Исповедь участника "АТО" или новый фейк?

6 октября на сервисе хранения заметок Evernote появилось сообщение от имени участника так называемой антитеррористической операции. Человек представляет сведения о том, что сегодня происходит на Донбассе. Предлагаем читателям сделать вывод, может ли информация от опубликовавшего её лица быть правдой, или это всего лишь очередной фейк из числа заполонивших СМИ и интернет.

К сожалению, не можем опубликовать оригинал текста, так как он содержит ненормативную лексику. Представляем вариант текста с полным сохранением смысла, но без содержания «особенно неформатных» слов и терминов. Некоторые специфические термины оставлены — для передачи контекста.


Редакция «Военного обозрения» предлагает материал на суд читателей. Сам материал автором был опубликован как ответ на следующий запись:

Задолбали уже. Сколько же будут тянуть с этими ватниками? Перестрелять бы всех. А они перемирие заключили.


Исповедь участника "АТО" или новый фейк?


Часть I.

ROM:

Пусть меня забанят, но я устал молчать.

Закрой рот, сволочь! Что ты знаешь о войне, вша диванная? Я неделю назад пришёл домой оттуда. Я тебе расскажу, как всё происходит.

Призвали нас в начале июля. Два дня нам пудрили мозги «воспитатели» с эстонским акцентом. В основном про рашку кряхтели. Агрессоры, нарушители и подобная байда. Гимн Украины пели чуть ли не ежечасно. Потом пару дней на комплектовку и отправка. Вот тут начинается ерунда с гранатой. Прибыли мы вечером, 25 человек. Рядом грохочет что-то. Бабахает сильно. Построили, посчитали и отвели в наши палатки.

Пока устроились, появились человек 20 в красивой форме, нашивки «Правого Сектора», броня, пистолеты... И начали отбирать всё ценное, что увидят. Мы пробовали огрызнуться — нас избили серьёзно. Налетело их ещё человек 10. Оказалось, это «комендантская рота». Нацгвады. Наутро нам представили нашего командира — ст.лейтенанта и ещё двух сержантов. Паскуда та ещё. Выбрал бойцов, у которых форма поновее, и увёл куда-то. Привёл где-то через час. В рванье каком-то. Некоторые комки в застиранной крови.

Где-то через неделю первый бой. Да и не бой это был. Накануне нам выдали боезапас к нашим АКашкам. Господи! Я не знаю, где они хранили цинки и как, но когда мы их вскрыли, там были просто ржавые комки, а не патроны. Я первый раз такое увидел. Потом кое-как набили рожки этим мусором. Рано утром нас подняли, дали сухпай, и марш 14 км. Не доходя километра полтора до какой-то цели, по нам шарахнуло что-то. Мы предположили, что миномёты. Второй взвод, который шёл вереди, перестал существовать в принципе. Туда прилетели сразу 4 снаряда. Мы кинулись к лесу, но начало взрываться и там. Мы побежали обратно.

Я не помню, как мы дошли, но меня в чувство привёл конкретный пинок моего односельчанина. Я упал. И только тогда я узнал, почему наши доблестные вооружённые силы понаставили в глубоком тылу столько блокпостов. Нас криками и пулемётными очередями мягко убеждали возвращаться выполнять боевую задачу. Потом часа через два, когда мы были готовы стрелять в ответ, нам разрешили войти в расположение. Разоружили и опять избили. Да, за пулемётом, и ещё тот, кто нас бил, были всё те же откормленные рожи нацев.

Через два дня после переформирования нас отправили опять под Донецк. «Напутствовал» нас командир нацев и какой-то поляк. Нас предупредили, что за бегство с поля боя или переход к противнику нас расстреляют. Через неделю был второй бой. Но какой-то странный. Выдали боезапас, забрали документы, все личные вещи и приказали занять неприметную позицию.


Предупредили, что если сильно припрёт, то отойти мы можем только в ближайшую рощицу, потом подтвердить по рации отход.Потом подогнали ещё кого-то. Где-то в обед нас накрыло. И серьёзно накрыло. По нам и снайперы работали, и миномёты. Выехал один БМП сепаров и нахально стал нас расстреливать издалека. А у нас самое сильное вооружение - это подствольник у зама и автоматы. Мы все откатились в какую-то рощицу. Зам отрапортовал по рации.

Вот тут стали происходить странные вещи. Сначала рация уточнила, к той ли рощице мы отошли? Зам сказал, что да. Нам приказали ждать. Вот тут началось. Один залп "Градов" ударил по сепарам. Не знаю, попали или нет, далеко было. Зато два других сделали из рощицы, в которой должны были сидеть мы, чуть ли не озеро. Мы сдуру перепутали дислокацию. Зам выключил рацию и мы пошли к своим.

Наученые опытом, сделали большой крюк. Пришли к своим. Те удивились, нас когда увидели. Нам потом шепнули, что нас уже списали. Нацва кинулась на нас, но после пары очередей в воздух попрятались. Боезапас-то при нас был. Вот такая жесть творится. Много потом было всего. Жуткий голод. Иностранные инструкторы. Нехватка всего! Патронов, брони, солярки. Был плен. Потом «Градами» разнесли здание, где нас держали. Сепаров накрыло всех, а нас осталось 7 человек.

Два дня мы добирались до своих. За всё время шатания там я не видел российских танков или ещё какой-то техники. А вот закрашеные украинские флаги видел на технике.Там комиссовали всех и отправили в тыл в одну эскадрилью. Помурыжили СБУшники нас там неделю. Взяли кучу подписок и отправили по домам. По документам я проходил службу в РАТО какого-то аэродрома. А комиссован по контузии. Из за «неосторожного обращения со средствами индивидуальной защиты». То ли противогаз, то ли саперная лопата выстрелили... Я не знаю. Нам не разъяснили.

Вот так. «Перестрелять!» Куда?! Кого стрелять собрался?

Сейчас я уехал в рашку. После такого предательства моей страны я решил, что у меня будет новая Родина. Повестка убила во мне украинца. Не к лицу ты мне, вышиванка. Я не прощу тебе ни Олега Славко, ни Петра Пасого, ни Петра и Николая Трип(ф)оновых. Это мои друзья, которые погибли там. Не понять, за что. Семья со мной. Документы готовятся. У меня специальность редкая. Востребованная. И пошли вы все.

Часть II.

— Здравствуйте.

Ваше сочувствие и жалость мне не нужны.
Да. Я и правда в России. Оформляю документы, потом на работу устраиваться буду.

Моё сообщение отредактировал модератор того форума, а потом админ вообще удалил его.
Кэп просил подтвердить разрешение на копирование. Можно, мне всё равно.
Вот только не понял, что вы ещё хотите узнать у меня.

— Нет, я не кадровый военный. Я работал на заводе высокоточных техногий токарем-мастером. Меня вызвали в отдел кадров, а потом в военстол и дали расписаться. А кто не пошёл, того на проходной выдергивали, и всё равно давали им расписаться. Давали два дня и всё. Я подерживал АТО, потому что ЮВ раскалывает Великую Украину.— Мотивируют тем, что русские войска заняли нашу землю, а сепаратистов там всего ничего. Что мирных жителей там уже почти нет, а те что есть, они помогают русским.

Скажу правду, может, там и есть русские с чеченцами, но лично я не видел ни одного. Ни когда работали, ни когда в плену был. Со мной в плену был Саша Головко, откуда-то из-под Харькова. Нас провели по развалинам одного из районов, показали лужи крови, какие-то куски, морг, он умом и тронулся. Мы не ожидали такого.
Я не был у нацев, они как-то особенно жили. Подчинялись только своим командирам, питались отдельно, куда-то иногда исчезали, потом появлялись. Мы иногда сопоставляли, кто что видел и слышал, нам казалось, что они-то как раз знали, что вообще происходит. О расстрелах мы слышали, но не у нас.

— Я сейчас в самом Новосибирске. Устраиваюсь на работу. Вчера пошёл посмотреть в общежитие, где живут беженцы. Познакомился с двумя семьями. Не хватило смелости сказать им. Хочу извиниться за всё-за всё. Я обязательно вернусь. Неправильная война и страдали они и мы неправильно. Может, кто-то считает это за дурость, может, это так и есть?

— Кэп, я пришёл.

Я всё-таки ходил к беженцам. И сказал, что я воевал. Мы сильно подрались и я неделю лежал в больнице. Пусть меня побили, но я искренне извинился. Конечно, этого мало за то, что мы убивали людей. Они тоже в нас стреляли. Вчера мне позвонили оттуда. Николай, один из переселенцев. Мы встретились. Он извинился, но сказал, чтобы я больше к ним не ходил. Я не пойду.

Устроился работать. Работаю на заводе. Меня вчера спрашивали про издевательства над мирными жителями. Я слышал про это. Но это не мы. Нас держали далеко от местных жителей. И как издеваться над гражданами, я не знаю. Не умею, и не стал бы. Мы стреляли только по солдатам. По солдатам стреляли и нацгвады, и наёмники, но издалека. Иногда по нам попадали. Извинялись.

Обещали матерям отправлять деньги с получки. Но мы, конечно, не верили. Старались держаться подальше от них.Если кому-нибудь расскажем, обещали найти и убить. Но мы уверены были, что их убьют раньше.

В интернете разговаривал со своими сослуживцами. Почти всех, с кем воевал, убили.
Вчера звонил сосед мой. Меня ищут, хотят вручить повестку опять в военкомат. Убедил соседа ехать сюда. Может, получится.

Он хороший человек, будет плохо, если его заставят стрелять. Он обещал приехать в этом месяце, даже если не он, то семья приедет. Я с его женой в одном классе учился. Не чужие. Пока всё, потом ещё зайду.


Ссылка на оригинал
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

62 комментария
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти