Краса русского войска. Пётр Иванович Багратион

«Князь Багратион... Неустрашим в сражении, равнодушен в опасности... Нравом кроток, несвоеобычлив, щедр до расточительности. Не скор на гнев, всегда готов на примирение. Не помнит зла, вечно помнит благодеяния».
А.П. Ермолов


Династия Багратионов считается одной из самых древних — в армянской и грузинской летописной традиции предком их являлся потомок легендарного библейского Давида по имени Наом, отстоящий всего на шестьдесят два поколения от прародителя всех людей Адама. От Наома род Багратионов ведется к Баграту III, который в 978 г. стал правителем Западной Грузии, а в 1008 г., объединив враждующие народы в самостоятельное государство, принял титул грузинского царя. Кроме того, среди предков прославленного русского полководца стоит выделить царя Давида IV Строителя, разбившего в августе 1121 г. огромную мусульманскую армию и освободившего родную страну от власти турок-сельджуков, знаменитую царицу Тамару, чья эпоха царствования именуется в истории Грузии «Золотым веком», царя Георгия V Блистательного, изгнавшего из Грузии в 1334 г. монгольские рати.

Краса русского войска. Пётр Иванович Багратион



Один из ближайших предков Петра Багратиона, царь Вахтанг VI, в 1723 г. вместе с семьей и приближенными был вынужден покинуть свое царство (Грузия подверглась очередному турецкому нашествию) и перебраться в Россию. Его племянник — царевич Александр — впоследствии поступил на службу в русскую армию, дослужился до звания подполковника и принимал участие в сражениях на Северном Кавказе. В комендантской команде, размещенной в Кизлярской крепости, военную службу проходил и сын царевича — Иван Александрович Багратион. А 10 июля 1765 в его семье родился сын Петр.

Свои детские годы будущий великий полководец провел в родительском доме на Богом забытой окраине империи, вдалеке от столиц, дворцов и гвардейского блеска. Именно это объясняет практически полное отсутствие каких-либо сведений о его первых годах жизни. Известно лишь, что Петр какое-то время занимался в школе для детей офицеров, открытой при комендатуре Кизляра. На этом его обучение закончилось, и впоследствии многие известные личности, хорошо знавшие князя, отмечали его довольно посредственное общее образование. В частности, русский военачальник Алексей Ермолов в своих воспоминаниях писал: «Князь Багратион, с самых юных лет совершенно без состояния и без наставника, не имел средств получить воспитание… От природы одаренный счастливыми способностями остался он без образования и в возрасте семнадцати лет был определен на военную службу».

Любопытна история первого посещения Петром Ивановичем Северной столицы России. Анна Голицына (урожденная княжна Багратион) на обеде у Григория Потемкина попросила принять ее молодого племянника под свое покровительство. Светлейший князь тотчас же отправил за ним гонца. К несчастью, юноша прибыл в город совсем недавно и еще не успел обзавестись пристойной одеждой. Багратиона спас дворецкий княгини Голицыной, некто по фамилии Карелин, одолживший ему собственное платье. В итоге перед «великолепным князем Тавриды» Багратион предстал в кафтане с чужого плеча. Коротко переговорив с ним, Потемкин определил парня в мушкетеры. Таким образом, славный военный путь полководца начался в Астраханском пехотном полку, преобразованном позднее в Кавказский мушкетерский. К слову, история эта имела продолжение. В 1811 князь Багратион — уже известный народный герой — с друзьями и родственниками проводил лето у княгини Голицыной. Однажды, внимательно вглядевшись в проходившего мимо старого дворецкого, полководец узнал своего спасителя. Ни слова не говоря, Петр Иванович поднялся и обнял пожилого человека, а затем торжественно произнес: «Не забыл ли ты, добрый Карелин, как в кафтане твоем я явился к Потемкину? Без тебя, может статься, я не был бы тем, чем ты теперь меня видишь. Тысячу раз тебе спасибо!».

Свои первые шаги в армии Багратион делал на воинственном Кавказе, где Российская империя спорила с Ираном и Турцией за право обладать стратегически важным перекрестком торговых путей. После разгрома турков в войне 1768-1774 годов Северная Осетия и Кабарда оказались присоединенными к Российской империи, что привело к недовольству местного населения. Движение против русских возглавил исламский проповедник, известный под именем шейх Мансур. Страстные слова Мансура, доходчиво и просто объяснявшие народу мудреные религиозные послания, снискали ему славу, а также власть над тысячами воинов-фанатиков. На руку шейху сыграло и февральское землетрясение на Кавказе в 1785, воспринятое местными жителями как проявление предсказанного проповедником гнева Аллаха. Когла известия об объявившемся мятежном вожде и народных волнениях дошли до Санкт-Петербурга, там не на шутку забеспокоились. Генерал-поручик Павел Потемкин, являющийся командующим русской армией на Кавказе, разослал по аулам грозную прокламацию, в которой предписывал местным жителям «не внимать лжепророчествам обманщика сего». Помимо слов последовали и практические действия — в сентябре 1783 в Чечню отправился военный отряд полковника Пьери, имевший целью пленить мятежного шейха. Отряд был усилен батальоном кабардинцев, сотней казаков и двумя ротами Томского полка. Среди прочих был там и унтер-офицер Петр Багратион, адъютант командира. В октябре месяце произошло первое сражение с повстанцами, в результате которого силы Пьери заняли Ханкальское ущелье. Спустя некоторое время приступом было взято и предано огню родовое гнездо шейха, аул Алды. Однако главную задачу выполнить не удалось — заранее предупрежденный о приближении русских Мансур вместе со своими воинами успел раствориться в горах.

На пути домой во время переправы через Сунжу русский отряд угодил в засаду и был почти полностью уничтожен. В этом сражении нашел свою гибель полковник Пьери, а его молодой адьютант получил первое ранение. Собиравшие трофейное оружие чеченцы обнаружили Багратиона среди тел убитых. Мансур проявил благородство, запретив воинам мстить за уничтожение аула, и Петру Ивановичу удалось выжить. Согласно одной из версий чеченцы вернули Багратиона без выкупа, сообщив, что «шейх не берет за настоящих мужчин денег». По другой версии выкуп за унтер-офицера все-таки заплатили. Как бы то ни было Петр Иванович возвратился в часть и продолжил службу. В составе Кавказского мушкетерского полка будущий полководец участвовал в походах 1783-1786 годов, проявив себя мужественным и храбрым воином, а жестокие сражения тех лет стали для него первоклассной школой военного дела. Судьба же шейха Мансура, преподавшего Багратиону первые уроки военного искусства, оказалась, как того и следовало ожидать, печальной. Во главе верных соратников он продолжал сопротивляться вплоть до 1791, когда войска русских осадили крепость турков Анапу. Мансур сражался вместе с остальными защитниками твердыни, пытался подорвать пороховой погреб, однако был схвачен и выслан в Санкт-Петербург, где очень скоро скончался от чахотки.

Краса русского войска. Пётр Иванович Багратион
Я. Суходольский, 1853 г. Штурм Очакова 6 декабря 1788 г.
Центральный военно-исторический музей артиллерии, инженерных войск и войск связи


В 1787 началась новая война с турками — Османская империя потребовала возврата Крыма, а также отказа России от протектората над Грузией и согласия на досмотр проходящих через Босфор и Дарданеллы судов. Получив категорическое «нет», султан Абдул-Хамид начал военные действия. В 1788 Кавказский мушкетерский полк оказался под Очаковым, где Екатеринославская армия генерал-фельдмаршала Потемкина-Таврического вела подготовку к штурму. Действовал главнокомандующий, к слову, в высшей степени вяло — штурм неоднократно откладывался, а осажденный турецкий гарнизон успел совершить две вылазки. Лишь в начале декабря 1788 в семь часов утра при 23-градусном морозе войска русских пошли на штурм. Продолжался он всего пару часов и был успешен. Отвага Багратиона, в числе первых ворвавшегося в крепость, был отмечена самим Суворовым. После этого Кавказский полк возвратился на Кавказ и принял участие в походе 1790 года против горцев и турок. В этом полку Петр Иванович оставался до середины 1792, последовательно пройдя все ступени от сержанта до капитана. А летом 1792 он был переведен в Киевский конно-егерский полк.

В марте 1794 в Польше вспыхнуло восстание, во главе которого встал участник войны за независимость Соединенных Штатов Америки, мелкопоместный шляхтич Тадеуш Костюшко. В мае этого года на подавление мятежа был отправлен крупный отряд под руководством Александра Суворова. В состав его входил и Софийский карабинерный полк, в котором к тому времени служил премьер-майор Багратион. В этом походе Петр Иванович проявил себя в качестве незаурядного командира, выказав не только исключительную храбрость в сражениях, но и редкостное хладнокровие, решительность и быстроту принятия решений. Суворов относился к Багратиону с доверием и нескрываемой симпатией, ласково называя его «князь Петр». В октябре 1794 двадцатидевятилетний Багратион получил звание подполковника.

В 1798 Петр Иванович — уже полковник — руководил шестым егерским полком. Однажды Алексей Аракчеев, любивший внешний порядок, нагрянул к Багратиону с внезапной инспекцией и нашел состояние вверенного ему полка «превосходным». Вскоре после этого князь получил звание генерал-майора. Во Франции тем временем происходили события, эхом отозвавшиеся по всей Европе. Великая французская революция, а также казнь Людовика XVI заставила европейские монархии разом забыть о прежних разногласиях и восстать против республики, самим существованием своим угрожающей устоям самодержавия. В 1792 Пруссия и Австрия, составив Первую коалицию, направили свои силы против Франции. Военные действия с переменным успехом шли вплоть до 1796, когда Итальянскую армию возглавил молодой генерал Бонапарт. Французы, уступая в вооружении и численности, в считанные месяцы изгнали австрийцев из Италии, а чуть позже под их контроль перешла Швейцария. Дабы остановить неуклонное расширение занятых французами территорий, в 1797 была образована Вторая коалиция, в которую вступила и Россия. В ноябре 1798 сорокотысячный корпус русских двинулся в Италию, а командующим объединенными русско-австрийскими силами был назначен Александр Суворов.

Краса русского войска. Пётр Иванович Багратион
Битва при Нови (1799). Картина А. Коцебу


В этом походе Багратион стал незаменимым помощником легендарного фельдмаршала. Во главе авангарда русско-австрийского войска он принудил сдаться защитников крепости Брешиа, овладел городами Лекко и Бергамо, отличился в трехдневной битве на берегах рек Треббии и Тидоне, дважды был ранен. В августе 1799 французская и союзная армии сошлись у города Нови. В этом бою Суворов доверил Петру Ивановичу нанести главный удар, в конечном итоге, решивший исход битвы. Победы русского гения испугали союзников и, опасаясь усиления влияния России, австрийцы настояли на отправке войск русских в Швейцарию на соединение с корпусом Римского-Корсакова. Одновременно союзники вывели из страны свои силы, оставив русских одних перед превосходящими силами врага. В таких условиях осенью 1799 начался знаменитый Швейцарский поход Суворова.

Уже на марше выяснилось, что путь через Сен-Готардский перевал практически непроходим — дорогу удерживали значительные силы неприятеля. В ходе третьей атаки лучшие бойцы Багратиона пробрались через скалы в тыл оборонявшихся и заставили их, бросив артиллерию, поспешно отступить. В дальнейшем Петр Иванович неизменно руководил авангардом, первым принимая на себя удары противника и прокладывая сквозь французские заслоны дорогу в горах. У Люцернского озера выяснилось, что дальнейшее продвижение возможно только через заснеженный перевал под названием Кинциг. Решение провести солдат по горной тропке протяженностью восемнадцать километров, называемой ныне «тропой Суворова», могло быть продиктовано лишь абсолютной уверенностью командующего в силе духа своих людей. Спустя двое суток войска вышли в Мутенскую долину и оказались в окружении противника в каменном мешке практически без боеприпасов и продовольствия. Посовещавшись, генералы приняли решение прорываться на восток. Возглавивший арьергард генерал-майор Багратион прикрывал выход из окружения. В составе шестого егерского полка, ставшего ядром его отряда, в живых осталось лишь шестнадцать офицеров и не более трехсот солдат. Сам Петр Иванович получил очередное ранение. Кампания 1798-1799 годов поставила Багратиона в первые ряды отечественной военной элиты. Суворов без колебаний доверял «князю Петру» самые ответственные и опасные задания, называя его «наиотличнейшим, достойным высших степеней генералом». Однажды он подарил Петру Ивановичу шпагу, с которой тот не расставался до последних дней жизни. Вернувшись в Россию, князь стал шефом лейб-егерского батальона, развернутого впоследствии в лейб-гвардии Егерский полк.

Краса русского войска. Пётр Иванович Багратион
1799 год. Русские войска под руководством А. В. Суворова проходят перевал Сен-Готард. Художник А. Е. Коцебу


В 1800 император Павел I в характерной для него бесцеремонной манере влез в личную жизнь Петра Ивановича, сосватав ему восемнадцатилетнюю фрейлину, внучатую племянницу Григория Потемкина, графиню Екатерину Скавронскую. Венчание прошло в сентябре 1800 в церкви Гатчинского дворца. Вместе супруги прожили не более пяти лет, а затем в 1805 жена Багратиона уехала под предлогом лечения в Европу. В придворных кругах различных стран княгиня пользовалась огромным успехом. Вдали от мужа она родила дочь, отцом ребенка по слухам являлся австрийский канцлер Меттерних. В Россию она так никогда и не вернулась.

В 1801 разногласия с Англией и Австрией привели к выходу России из войны с Наполеоном и заключению Парижского мирного договора. Однако мир этот длился недолго, и спустя четыре года Россия, Англия и Австрия основали Третью коалицию, нацеленную уже не против республики, а против принявшего титул французского императора Наполеона Бонапарта. Предполагалось, что, соединившись в Баварии, союзные силы (австрийская армия Мака и русская армия Кутузова) вторгнутся во Францию через Рейн. Однако ничего не вышло — в результате блестящего стремительного маневра французов силы австрийцев оказались окружены около Ульма и предпочли капитулировать. Кутузов со своей сорокотысячной армией оказался в сложнейшем положении. Лишенные какой-либо поддержки союзников, имея перед собой семь неприятельских корпусов, русские начали отходить на восток, ведя непрестанные арьергардные бои на протяжении четырехсот верст отступления. И, как и во время Швейцарского похода, отряд Багратиона прикрывал самые опасные участки, поочередно превращаясь то в арьергард, то в авангард.

В ноябре 1805 авангард французских сил под командованием маршала Мюрата взял Вену и вышел к Цнайму, стараясь отрезать пути отхода Кутузову. Положение русских стало критическим, и Петр Иванович получил приказ любой ценой остановить Мюрата. Согласно воспоминаниям участников, выставляя шеститысячный отряд русских воинов против тридцатитысячного авангарда противника, Михаил Илларионович перекрестил князя, прекрасно понимая, что отправляет его на верную гибель. В течение восьми часов Багратион отражал у селения Шенграбен яростные атаки французов. Русские не бросили своих позиций, даже когда враг, обойдя их, ударил в тыл. Лишь получив известие, что основные войска находятся вне опасности, Петр Иванович во главе отряда штыками проложил дорогу сквозь кольцо окружения и вскоре присоединился к Кутузову. За Шенграбенское дело шестой егерский полк — первый в русской армии — получил серебряные трубы с Георгиевскими лентами, а командир его был удостоен звания генерал-лейтенанта.

Краса русского войска. Пётр Иванович Багратион
Франсуа Паскаль Симон Жерар: Битва под Аустерлицем


Во второй половине ноября 1805 Михаил Илларионович, под давлением императора дал Наполеону генеральное сражение у Аустерлица. Самоуверенность царя имела самые печальные последствия. Стремительной атакой французы рассекли надвое и окружили основные силы союзников. Уже спустя шесть часов после начала сражения русско-австрийская армия была обращена в бегство. Лишь отдельные отряды на флангах под командованием Дохтурова и Багратиона не поддались панике и, сохранив боевые порядки, отошли. После Аустерлицкой битвы Третья коалиция распалась — Австрия заключила с Наполеоном сепаратный мир, а русские войска вернулись домой.

В сентябре 1806 против Франции была оформлена Четвертая коалиция, состоявшая из России, Швеции, Пруссии и Англии. В октябре прусский король предъявил французскому императору ультиматум, содержащий требование отвести армии за Рейн. В ответ Наполеон наголову разгромил пруссаков, выученных, главным образом, парадному шагу, в сражениях при Иене и Ауэрштадте. Оккупировав страну, французы двинулись навстречу русским, которые (в который уже раз) в одиночку остались один на один с грозным противником. Однако теперь место главы русской армии занимал престарелый и совершенно не способный к руководству фельдмаршал Михаил Каменский. Вскоре Каменского сменил Буксгевден, а его, в свою очередь, генерал Беннигсен. Передвижения войск сопровождались непрерывными стычками, и по установившейся со времен Швейцарского похода традиции командование арьергардом или авангардом русской армии (смотря по тому, наступала она или отступала) практически всегда доверялось Багратиону. В конце января 1807 Петр Иванович получил от Беннигсена приказ выбить французов из городка Прейсиш-Эйлау. По обыкновению князь лично повел свою дивизию в бой, враг был отброшен, а на следующий день две армии сошлись в генеральном поединке.

После кровавой битвы, победу в которой каждая из сторон приписывала себе, русские войска ушли в сторону Кенигсберга. Багратион по-прежнему командовал авангардом и все время находился с противником в плотном контакте. В начале июня он обратил в бегство неприятеля у Альткирхена, а уже спустя четверо суток сдерживал атаки французской кавалерии у Гутштадта, пока главные силы укреплялись в окрестностях Гейльсберга. В июне 1807 состоялось сражении под Фридландом, в котором русские войска потерпели поражение. В этом бою Багратион командовал левым флангом, по которому был нанесен главный удар противника. Артиллерийский огонь в сочетании с непрерывными атаками опрокинул части Петра Ивановича, который со шпагой в руке распоряжался в гуще боя, ободряя солдат своим примером. На правом фланге армия русских оказалась в еще более худшем положении — атаковавшие с трех сторон французы сбросили войска Горчакова в реку. Битва окончилась поздним вечером — русское войско лишь частично сохранило боевые порядки, и то, благодаря умелым действиям Багратиона, награжденного за Фридланд золотой шпагой с надписью «За храбрость». После этого французский и российский императоры перешли к мирным переговорам, увенчавшимся заключением Тильзитского мира.

В 1808 Багратион отправился на русско-шведскую войну. Будучи назначен командиром пехотной дивизии, он занял Вазу, Христианштадт, Або и Аландские острова. Составленный Александром I план решительного удара по шведам включал в себя зимний поход к Стокгольму по льду Ботнического залива. Большинство генералов, в том числе и главнокомандующий граф Буксгевден, категорически возражали против этого мероприятия, справедливо указывая на огромный риск, связанный с продвижением огромного количества войск и артиллерии по весенним льдам. Когда присланный императором для организации похода граф Аракчеев обратился за консультацией к своему старому знакомому Багратиону, то получил скупой ответ: «Скомандуете — пойдем». Став во главе одной из трех колонн, Петр Иванович успешно достиг шведского берега и занял местечко Гриссельгам поблизости от Стокгольма.

В короткий промежуток времени между войной со шведами и Отечественной Багратиону пришлось посетить Молдавию. В конце лета 1809 он возглавил Молдавскую армию, которая третий год без особых результатов действовала против Турции. Ходили слухи, что новое назначение явило собой почетную ссылку. Дело было в увлечении прославленным полководцем, овеянным славой военных походов, великой княжны Екатерины Павловны. Дабы пресечь непозволительный роман, Петра Ивановича произвели в генералы от инфатерии и послали воевать с турками. Прибыв на место, Багратион с суворовской решительностью и быстротой приступил к делу. Не снимая блокады Измаила, с войском всего в двадцать тысяч человек он в течение августа взял несколько городов, а в начале сентября наголову разбил корпус отборных войск турков, затем осадил Силистрию, а спустя три дня взял Измаил. На помощь осажденным в Силистрии туркам двинулись войска великого визиря, численность которых не уступала численности русского осадного корпуса. Багратион разгромил их в октябре в битве у Татарицы, а затем, узнав о том, что к Силистрии подходят основные силы великого визиря, благоразумно переправил войска через Дунай, чем вызвал неудовольствие государя. Весной 1810 Петра Ивановича на посту командующего сменил граф Николай Каменский.


К тому времени Петр Иванович, без сомнения, являлся любимцем всей русской армии и пользовался у солдат и офицеров безграничным доверием. Уважение своих людей князь заслужил не только редкостной храбростью на поле брани, но и чутким отношением к нуждам солдат, постоянно заботясь о том, чтобы его воины были здоровы, хорошо одеты, обуты и вовремя накормлены. Обучение и воспитание войск Багратион строил на базе разработанной великим Суворовым системы. Подобно своему учителю он прекрасно понимал, что война есть опасный и тяжелый труд, в первую очередь, требующий упорной подготовки, самоотдачи и профессионализма. Неоспорим его вклад в разработку практики ведения арьергардных и авангардных сражений. По единодушному признанию военных историков, Петр Иванович являлся непревзойденным мастером организации этих весьма сложных видов боя. Используемые князем методы управления войсками всегда отличались тщательной планировкой предстоящих действий. Внимание к деталям выразилось и в багратионовском «Наставлении пехотным офицерам в день сражения» подробно рассматривавшим действия в колоннах и в рассыпном строю, а также методы ведения огня с учетом местности. Особое внимание Петр Иванович обращал на поддержание в солдатах веры в силу русского штыка, воспитание в них духа отваги, смелости и упорства.

В начале сентября 1811 Багратион занял место командующего расквартированной на Украине Подольской (позднее второй Западной) армии. На случай вторжения Наполеона был разработан план, согласно которому одна из трех армий русских брала на себя удар основных сил неприятеля, в то время как остальные действовали в тыл и во фланги французов. Этот проект, созданный прусским военным теоретиком Пфулем, изначально являлся порочным, так как не рассматривал возможность одновременного продвижения врага по нескольким направлениям. В итоге к началу войны силы русских оказались раздробленными, насчитывая всего 210 тысяч против 600 тысяч воинов «Великой армии», вступившей в пределы России в ночь на 12 июня 1812 близ города Ковно. Директивы, поступающие в армии, ясности не вносили, и Петр Иванович на свой страх и риск принял решение отводить силы к Минску, где намеревался объединиться с первой армией. Этот поход явил собой довольно сложный фланговый маневр, выполненный в непосредственной близости к противнику. Французы угрожали тылу и флангу, корпус Даву отрезал пути отхода второй армии с севера, заставляя Багратиона постоянно изменять направление движения. Бои же с превосходящими силами французов грозили огромными потерями и, соответственно, утратой приобретаемого от объединения русских армий преимущества.

К середине июля корпусу Даву удалось перекрыть путь стремившейся переправиться на противоположный берег Днепра армии Багратиона. В районе Салтановки произошла ожесточенная битва, после которой русские вышли к Смоленску и успешно объединились с основными силами. Марш второй армии по праву вошел в число выдающихся деяний военной истории. Оценивая значение похода, один военный писатель первой половины девятнадцатого века отмечал: «Глядя на карту и взявши для проверки циркуль в руки, легко даже при поверхностном взгляде убедиться, как мало князю Багратиону было оставлено шансов для достижения соединения... Да будет разрешено мне задать один вопрос — был ли какой-нибудь генерал когда-либо поставлен в положение более критическое и вышел ли какой-либо военный из подобного положения с большею честью?».

Краса русского войска. Пётр Иванович Багратион
Н. С. Самокиш. Подвиг солдат Раевского под Салтановкой


В середине августа под давлением общественности российский император был вынужден назначить на место командующего русской армией выдающегося полководца Михаила Кутузова. Вопреки установленной военной стратегии, заключающейся в том, что победа достигается разгромом врага в генеральном сражении, фельдмаршал постановил выводить силы русских из-под удара и изматывать неприятеля в арьергардных стычках. Переход в контрнаступление командующий планировал лишь после усиления армии резервами и численного превосходства над врагом. Вместе с отходом на восток на захваченных французами землях стихийно развертывалось партизанское движение. Петр Иванович одним из первых осознал, насколько мощным является эффект совместных действий вооруженного народа и регулярной армии. Во второй половине августа в Колоцком монастыре состоялась встреча Багратиона и Дениса Давыдова, результатом которой стал приказ: «Ахтырского гусарского полка подполковнику Давыдову. Извольте взять пятьдесят гусар полка и от генерал-майора Карпова сто пятьдесят казаков. Предписываю вам принять все меры, дабы тревожить неприятеля и стремиться забирать фуражиров их не с фланга, а в тылу и в середине, расстраивать парки и обозы, сносить переправы и отбирать все способы». Расчет Багратиона на действенность диверсионной деятельности во вражеском тылу полностью оправдался. Очень скоро партизаны при поддержке главнокомандующего сражались на всей оккупированной территории. Помимо отряда Давыдова, сформированы были партизанские группы под руководством генерала Дорохова, гвардии капитана Сеславина, капитана Фишера, полковника Кудашева и многих других.

22 августа 1812 русская армия оказалась в районе Бородина, перекрыв две ведущие на Москву дороги (Старую и Новую Смоленские), по которым наступали французы. Замысел Михаила Илларионовича заключался в том, чтобы, дав противнику оборонительное сражение, нанести ему максимальный урон и изменить соотношение сил в свою пользу. Позиция русских занимала по фронту восемь километров, левый фланг примыкал к труднопроходимому Утицкому лесу, а правый — у деревни Маслово к Москве-реке. Самым уязвимым участком позиции являлся левый фланг. Кутузов писал в своем послании Александру I: «Слабое место позиции сей, находящееся с левого фланга, я постараюсь исправить искусством». В этом месте главнокомандующий поставил самые надежные войска второй армии Багратиона, приказав укрепить фланг земляными сооружениями. У деревни Семеновской было устроено три полевых укрепления, впоследствии получивших название Багратионовых флешей. Западнее деревни, в километре от русских позиций, находилось передовое укрепление — Шевардинский редут. Бой за него, разыгравшийся 24 августа, стал кровавой и грозной прелюдией к сражению. Наполеон бросил тридцать тысяч пехоты и десять тысяч конницы против оборонявшего укрепление двенадцатитысячного русского отряда. Жестокий картечный и ружейный огонь в упор сменила рукопашная схватка. Под напором противника русские организованно отошли, однако в семнадцать часов дня Багратион лично повел гренадерскую дивизию в контратаку и выбил французов из редута. Схватка продолжалась до темноты и лишь поздно вечером, согласно приказу Кутузова, Петр Иванович оставил позицию. Бой за редут выявил намерение Наполеона нанести основной удар по левому крылу армии русских — именно на этом направлении он сосредоточил главные силы.

Краса русского войска. Пётр Иванович Багратион
Атака на Багратионовы флеши. Александр АВЕРЬЯНОВ


Краса русского войска. Пётр Иванович Багратион
Генерал П.И.Багратион отдаёт приказ. Александр АВЕРЬЯНОВ


Краса русского войска. Пётр Иванович Багратион
Князь П.И. Багратион в Бородинском сражении. Последняя контратака. Александр АВЕРЬЯНОВ


К решающему сражению, согласно существовавшему военному обычаю, готовились как к смотру — все офицеры тщательно брились, переодевались в чистое белье, надевали парадные мундиры и ордена, султаны на кивера и белые перчатки. Благодаря этой традиции можно практически достоверно представить князя в его последнем сражении — с тремя звездами орденов святых Владимира, Георгия и Андрея, с голубой Андреевской лентой. Бородинская битва началась на рассвете 26 числа артиллерийской канонадой. Французы первым делом ринулись к деревне Бородино, однако то был отвлекающий удар — главные события развернулись у батареи Раевского и на Багратионовых флешах. Первая атака состоялась около шести часов утра. Войска «железного» маршала Луи Даву были остановлены ураганным артиллерийским и ружейным огнем. Спустя час последовала новый штурм, в ходе которого французы добрались до левой флеши, однако вскоре были оттуда выбиты контратакой. Неприятель подтянул резервы, и в восемь часов была организована третья атака — несколько раз флеши переходили из рук в руки, но в итоге русские удержали их. В течение четырех последующих часов корпуса Нея, Мюрата, Даву и Жюно еще пять раз предпринимали отчаянные попытки добиться успеха. Самой яростной стала восьмая атака, которую русские войска встретили штыковым ударом. Военный историк Дмитрий Бутурлин, являвшийся участником этого боя, отмечал: «Последовала ужасная сеча, в коей с обеих сторон были истощены чудеса сверхъестественной храбрости. Артиллеристы, конные и пешие обеих сторон, перемешавшись вместе, представляли ужасное зрелище громады воинов, препирающихся с бешенством отчаяния». В ходе восьмой атаки осколок ядра раздробил князю левую ногу, однако Багратион оставался на поле боя, пока не удостоверился в том, что кирасиры отбросили французов.

Краса русского войска. Пётр Иванович Багратион
Художник А.И.Вепхвадзе. 1948 г.


Краса русского войска. Пётр Иванович Багратион
Ранененого Багратиона выносят с поля боя. Иван ЖЕРЕН


С большим опозданием из раны полководца были удалены инородные тела, включая осколок ядра. Рана была признана докторами чрезвычайно опасной и причиняла князю нестерпимую боль, однако от ампутации Петр Иванович наотрез отказался. В одном из последних писем императору он говорил: «Я нималейше не сожалею о сем ранении, всегда быв готов пожертвовать на защиту отечества и последнею каплею моей крови...» Полководца, прожившего на полях сражений всю жизнь, отвезли в имение его хорошего товарища, князя Бориса Голицына — в деревню Симы во Владимирской губернии. 12 сентября 1812, спустя семнадцать дней после ранения, Петр Багратион умер от гангрены.

В 1839 знаменитый Денис Давыдов предложил Николаю I перенести прах генерала, имя которого стало символом русской военной славы, на место Бородинской битвы. Император согласился с этим, и с тех пор на Курганной высоте, где когда-то высилась батарея Раевского, стояло простое черное надгробие — могила Багратиона. В 1932 могила прославленного полководца подверглась варварскому разорению, памятник был восстановлен лишь спустя полвека, а останки Багратиона, обнаруженные среди мусора, были торжественно перезахоронены.

По материалам книги А. Микаберизде «Лев русской армии» и еженедельного издания «Наша история. 100 великих имен»
Автор: Ольга Зеленко-Жданова


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Комментарии 16
  1. svp67 10 июля 2015 05:29
    "Бог рати он" - так называли Петра Ивановича, те кто с ним служил. Великий Человек, Великого времени русской Истории.
    1. Alena Frolovna 10 июля 2015 14:30
      Памяти Петра Ивановича Багратиона посвящается.

      "Князь Багратион - наиотличнейший генерал, достойный высших степеней" А.В. Суворов.


      Он ставил честь, на жизни кон
      И из солдат, до генерала
      Великий князь Багратион
      Прошёл в немеркнувшейся славе.

      Он шёл на бой, словно на бал.
      Награда вешалась к награде.
      То отступавших прикрывал,
      При наступленье - в авангарде

      Его Суворов называл,
      Письмо царице отправляя,
      -« Наиотличнейший генерал»
      И на награды намекал.

      Прошёл он много славных битв.
      И был везде неординарен.
      А в Бородинском бое сбит
      С коня ядром, смертельно ранен.

      Но не покинул поля он,
      Где в штыковую шли солдаты.
      И, закалённый духом войн,
      С носилок слал приказы свято.

      И, убедившись, что с французом сладил,
      Покинул битву славный командир.

      Память о нём жива в народе.
      Она в названьях разных мест.
      Она в стихах,
      в коде сраженья "Багратион".
      Для полководцев - это честь.
      Сергей А.М.
    2. THE_SEAL 11 июля 2015 00:17
      Наполеон высоко ценил Багратиона. Считал его лучшим генералом в русской армии.
    3. Комментарий был удален.
  2. parusnik 10 июля 2015 07:37
    В 1932 могила прославленного полководца подверглась варварскому разорению..Дураков всегда хватало..
  3. Rigla 10 июля 2015 09:01
    Очередной пример. когда под сенью Империи все малые народы превращаются в героев и наслаждаются своими правами равными между всеми гражданами Империи, и наоборот когда уходят от Империи то оскотиниваются мгновенно...
  4. Игарр 10 июля 2015 09:37
    Блистательная карьера.
    Тяжелая смерть, от гангрены.
    И - вечная память - знаменитого полководца русских войск.
    ...
    А то, что он был грузин (мегрел, сван, гуриец, имеретинец, хевсур....картвели.. - кто знает?) только добавляет уважения к этому знаменитому человеку.
    Дай Бог нам всем такими быть.
  5. Rostislav 10 июля 2015 09:59
    Великая страна, великие люди.
    1. jktu66 10 июля 2015 23:41
      Великая страна, великие люди.
      Живу на улице Багратиона , и день рождения мой тоже сегодня, 10 июля. smile
  6. ЯМЗ-238 10 июля 2015 10:09
    Великий Полководец!!!! Светлая память ему!
  7. qwert 10 июля 2015 11:09
    Цитата: Игарр
    А то, что он был грузин (мегрел, сван, гуриец, имеретинец, хевсур....картвели.. - кто знает?) только добавляет уважения к этому знаменитому человеку.
    Дай Бог нам всем такими быть.
    Соотечественником он нам был....
    1. jktu66 10 июля 2015 23:42
      Соотечественником он нам был....
      и русским для друзей и врагов smile
  8. kursk87 10 июля 2015 11:12
    Отвага, храбрость и мужество Петра Ивановича просто удивляет. Превосходный военный теоретик, тактик, стратег, он был настоящим русским военным. Мы можем поистине гордится тем, Багратион является нашим соотечественником и ни разу не подвел ни русского солдата, ни российский народ. Вечная слава Петру Ивановичу Багратиону, подвиги твои бессмертны!!!
  9. 97110 10 июля 2015 12:42
    изгнавшего из Грузии в 1334 г. монгольские рати.
    Орда окончательно стала "фашистской". А рать, как явление русское, конечно, достойна такого украшения. Держите себя в руках, автор всё-таки.
  10. KIBL 10 июля 2015 17:50
    Великие дела свершал великий Человек!!!
  11. домохозяйка 10 июля 2015 19:59
    Рать означает войско. Русские могли так назвать любое войско. Орда - не войско, а государство. Багратион - наша русская слава! Как бы доблестно ни сражались французы при Бородино, они славы иметь не могут, ибо захватчики. Русские всегда побеждают, когда воюют за правое дело. good
  12. moskowit 10 июля 2015 20:22
    Когда в 1943 году пришло время в наградную систему СССР ввести орден для награждения за личные подвиги солдат и сержантов, то первоначальный вариант ордена получил название "Орден Багратиона", потом при окончательном утверждении солдатской награды , получивший своё знаменитое название орден "Слава".
    "Так 20 июля 1943 года родилась идея солдатского ордена, который поначалу решили назвать «Орден Багратиона» в честь героя Отечественной войны 1812 года Петра Ивановича Багратиона.
    Подписав решение Наркомата обороны о создании новой награды, Хрулев утвердил творческую группу из девяти человек. В нее вошли главный художник Центрального Дома Красной Армии ев, архитекторы Военпроекта Телятников, Бархин и несколько других художников.
    В течение месяца, не отрываясь от основной работы, все они трудились над эскизами солдатского ордена. В результате в Наркомат обороны было представлено двадцать шесть рисунков. После обсуждения Андрей Васильевич Хрулев отобрал четыре.
    Шло время. Завершилась Курская битва. Советские войска продолжали теснить фашистских захватчиков с нашей земли. И вот второго октября, в субботу, Хрулева вызвал на доклад об орденах Верховный Главнокомандующий.
    — Солдатский орден? — переспросил Иосиф Виссарионович Сталин, выслушав Хрулева.— Что же, идея хорошая. Солдатский орден нужен. Есть необходимость отметить главного труженика войны.
    Сталин рассмотрел все четыре рисунка и остановился на эскизе Николая Ивановича ева. Художник представил орден в виде пятиконечной звезды с медальоном в центре. На медальоне — выпуклый профиль полководца Багратиона."

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня