Как шили для фронта и что такое "печальные именинники"

Предлагаю вам, уважаемые читатели, некие картинки будней швейных фабрик нашей страны в годы Великой Отечественной войны. По ним, этим картинкам, очень чётко прослеживается полная самоотдача тех, кто трудился над пошивом одежды для солдат.

Сарапульская швейная фабрика (Удмуртская АССР)
Лишь за первые десять дней войны производительность труда здесь выросла более чем в два раза. Теперь увеличенные дневные нормы выдавали уже не отдельные люди, а целые бригады и даже цеха. Вот выдержка из газеты того времени «Красное Прикамье»: «...Работница цеха №1 Мещерякова на почти тысячном митинге сказала: «Я двух сыновей проводила на фронт биться за Родину. Я наказала им: «Бейте врага беспощадно!» А здесь, на производстве, тоже буду бить по врагу стахановской работой. Я прежде выполняла норму не ниже ста двадцати процентов, теперь буду давать не менее ста пятидесяти процентов нормы ежедневно...»


После работы женщины спешили на курсы медицинских сестёр. А двадцать три работницы фабрики учились, чтобы стать инструкторами противовоздушной и химической обороны. Кроме того, на фронт ушли электрики, шофёры, механики. Все эти профессии освоили женщины, и в рекордно быстрые сроки, поэтому производство ни на день не давало сбоев (это можно сказать про все фабрики, о которых здесь будет рассказано).

А ведь существовали ещё огромные проблемы с электроэнергией. Поэтому фабрика обратилась с просьбой к заводу №284 с тем, чтобы получить во временное пользование дизель. Он выдавал электроэнергию в пределах пятидесяти киловатт, а фабрика работала в две смены, по двенадцать часов каждая, и лишь иногда — по десять. Поэтому дизель работал почти круглые сутки.

Ещё одной серьёзной проблемой стали перебои с фурнитурой и запасными частями к швейным машинам, ведь фабрика с начала войны не получала ничего. Но и здесь нашли выход. Пуговицы принялись изготавливать из отходов алюминия, которые попросили у завода №203. вдумайтесь в цифру: из этих отходов изготовили более шести миллионов пуговиц! Подобным образом справились и с изготовлением крючков, петель и даже некоторых деталей для швейных машин.

Фабрика шила буквально всё, что требовалось нашим солдатам: от шинелей до нательного белья и чехлов для фляг. Более того, из отходов производства и упаковочной ткани предприимчивые женщины мастерили тапочки, носовые платки и даже детские сорочки.

Работницы внесли и довольно крупную сумму в Фонд обороны страны. Для этого, начиная с начала августа 1941 года и до конца войны, они несколько дней в месяц трудились в колхозе.

Было у фабрики и своё подсобное хозяйство: 52 с половиной гектара посевной площади и 12 гектаров сенокосных угодий. Большой урожай овощей, овса и гороха получали ударницы, но ничего не брали лично себе. Основную часть передавали столовой предприятия и около сорока процентов — детскому саду. Часто выдавали продукты и семьям, остро нуждающимся в питании.

И ещё факт: во время «отдыха» от смены женщины спешили в госпитали. Они установили здесь дежурство и помогали местному медицинскому персоналу.



Сызранская швейная фабрика (Саратовская область)
До лета 1942 года эта фабрика была швейным комбинатом. К началу Великой Отечественной войны здесь трудились почти шестьсот человек. А уже к осени 1941 года — менее трёхсот. Но несмотря на это, первые два военных года фабрика перевыполняла план на 30 процентов. Более того, осенью 1942 года работницы взялись за новое для них дело — пошив шинелей. Освоили его всего за десять дней и за два последних месяца этого года выпустили почти пятьдесят одну тысячу шинелей.

Отчаянно не хватало машин для раскроя тканей. Приходилось складывать по пятнадцать слоёв материи, тогда резали вручную. Машины не справлялась, а руки выдерживали...

Не хватало и сырья. Чтобы не было простоев, женщины дополнительно шили из того, что было, шаровары и гимнастёрки. На предприятии трудились работницы с маленькими детьми, в дома к которым пришли похоронки. Этим семьям заготавливали и привозили дрова. Специально для них лишь за 1943 год сшили около ста пар детской обуви (хотя сама фабрика не была обувной, но выучились и этому).


Только в 1945 году план выполнить не удалось. Но это было связано с тем, что появилось новое, улучшенное сукно для шинелей. Теперь пошив требовал больше отведённого по плану времени. Кроме того, перед самой Победой фабрика получила конвейер, о котором давно мечтала. Правда, для его установки потребовалось убрать каменную стену, соединяющую два пошивочных цеха, перенести печи и перестроить несколько входов. Кто это сделал? Тоже женщины. Оттого и снизилась в тот год их производительность труда. Впрочем, глагол «снизилась» можно смело ставить в кавычках...

Тюменская швейная фабрика
До Великой Отечественной войны здесь шили гимнастёрки и шаровары для военных училищ Тюмени. Но уже в начале июля 1941 года к этим изделиям прибавились патронташи, погоны, петлицы, чехлы для фляг, нательное бельё. Производительность выросла до 170 процентов в год. На фабрике был заведён обычай: один день в неделю объявлялся «фамильным» (день семьи Ивановых, Петровых и так далее). Речь шла о работницах с маленькими детьми, получившими похоронку или извещение о пропаже без вести мужа. В этот день все, кто мог, приносили гостинцы (гостинцами считали всё — от крупы и овощей до сахара). А после окончания рабочего дня специально назначенные дежурные шли домой к «именинникам», помогали по хозяйству, занимались с детьми, проводили уборку. Каждая мать имела право оставить заявку на проведение такого «своего» дня, если видела, что её семья находится в бедственном положении. Никто из работниц фабрики не проверял, действительно ли в семье нет продуктов или денег. Всем верили на слово и знали, что в такое трудное время никто не станет притворяться. Среди «печальных именинников» была закройщица Татьяна Ермолова, в самом начале войны получившая похоронку на мужа и двух братьев и оставшаяся с четырьмя детьми. Общим решением собрания швей в семью Ермоловых стали приходить обязательно один раз в десять дней — без лишних напоминаний. Так ребятишки и сумели прокормиться.

Швейные фабрики Кыргызстана
В военные годы здесь располагались не только «свои» фабрики (их к июню 1941 года было девять), но и эвакуированные из городов России и Украины. Кроме того, в это время создали овчинно-шубно-клееваренный завод, чулочную и галантерейную фабрики. Построили и прядильную фабрику, и кожевенный завод. Вообще, к лету 1945 года в Кыргызстане было уже двадцать фабрик, которые за четыре года выпустили около шести миллионов швейных изделий и почти миллион пар чулок и носков.

Подробнее остановимся на трикотажной фабрике имени Микояна, которая в октябре 1941 года переехала из Харькова во Фрунзе. К моменту переезда выделенное для размещение здание не было закончено. Однако ни рабочие, приехавшие из Харькова (семьдесят человек), ни местные труженики не собирались ждать окончания строительства. И на первом же собрании решили трудиться в незаконченных помещениях. Главным для них было поставлять фронту вещи: фуфайки, футболки, майки, бельё. Более того, едва в самые короткие сроки закончилось строительство, как работницы (в основном ведь это были женщины) начали выпускать верхний трикотаж, чулки, носки. А к концу 1942 года этих изделий было уже более сорока наименований, и год от года объём продукции увеличивался.

И ведь нельзя забывать, что далеко не все женщины изначально работали на швейной фабрике. В первые же дни войны сюда пришли работать несколько тысяч бывших домохозяек, которые не имели никакой специальности и опыта. Учились на ходу, а процент брака был практически равен нулю.

Вологодская фабрика «1 Мая»
Трудившиеся здесь женщины работали, как правило, по две смены подряд. В первую шили гимнастёрки, телогрейки, брюки, куртки. А во вторую занимались ремонтом одежды. Её специально присылали с фронта огромными партиями. Причём речь идёт не о мелких порезах или дырках — с этим бойцы справлялись сами, на местах. Нет, на фабрику присылали вещи, которым надо было буквально дать вторую жизнь. За годы войны работницы отремонтировали около тридцати тысяч единиц одежды! Известен случай, когда швейная бригада (старшей в ней значилась Татьяна Анатольевна Швецова) не выходила из цехов более трёх суток. Спали поочерёдно по полтора часа. Лишь двоих членов бригады отправили домой: у них были маленькие дети.

В свободное от работы время (даже сама фраза странно звучит, но, тем не менее) ходили в лес собирать еловую и сосновую хвою. Доставляли её в фармацевтические пункты для изготовления лекарственных настоек. Летом собирали ромашку, зверобой, мать-и-мачеху, подорожник. Опять же, не для себя — для аптек и госпиталей. Кажется, возвратное местоимение «себе» в военные годы вообще употреблялось очень редко...
Автор:
Софья Милютинская
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

31 комментарий
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти