Дорилей 1097: премьера прошла достаточно успешно

В ноябре 1095 г. Папа Урбан II (1042-1099) обратился к большому собранию нобилитета и священнослужителей Франции в Клермоне с вдохновенной проповедью, в ходе которой призвал к экспедиции в помощь христианам востока — прежде всего византийцам — против турок, а также к освобождению Иерусалима и прочих святых мест из рук неверных

Дорилей 1097: премьера прошла достаточно успешно

Крестоносцы осаждают Дамаск. Хроника Д’Эрноля Бернарда ле Трезо (конец 15 в.). Британская библиотека. Собственно, миниатюр 1097 года практически не сохранилось, да и кто бы их под стенами Дорилея рисовал.


Как известно, истинность религиозных планов крестоносцев нередко подвергалась сомнению, хотя понятно, что именно вера играла существенную роль в причинах поступков и представителей нобилитета, и простых людей, «взявших крест» и отправившихся освобождать Иерусалим. Бесспорно, нобилитету импонировала вероятность получить в собственность землю, и таким образом закрепиться на Востоке в качестве владетельных сеньоров, в то время как менее родовитых паломников, коих было большинство, устроила бы просто перемена своей участи к лучшему.

Крестовый поход в то время рассматривался не как поход, как таковой, то есть военная акция, а как паломничество, за участие в котором крестоносцам, по заверениям папы, отпускались все грехи. Естественно, они могли рассчитывать на материальное вознаграждение в случае, если исход военных действий будет успешным. Призыв Урбана повлек за собой бурную реакцию: многие крупные нобили западного христианства тут же «взяли крест» и принялись собирать силы для кампании. Среди предводителей оказался старший брат короля Англии и младший – короля Франции, не считая прочих, не менее значительных лидеров. Сами короли отправиться в поход не имели права, так как находились под папским отлучением, наложенным на них за многочисленные грехи!

Урбан планировал начало крестового похода 15 августа следующего года, в праздник Успения пресвятой Богородицы. До этого момента князьям и прочим нобилям давалось время на сбор средств и людей для предстоящего похода. Таким образом, постепенно сложились четыре крупных коалиции. Северофранцузскую возглавляли граф Робер II Фландрский, герцог Робер II Нормандский (брат короля Англии Вильгельма II), граф Этьен де Блуа, а также граф Юга де Вермандуа, младший брат французского государя.

Прованскую группу рыцарей возглавлял граф Раймон Тулузский, главный командующий всего крестового похода (он считал себя таковым, хотя, по сути, им не являлся – прим. авт.), и Адемар, епископ Ле-Пюи, он же папский легат – официальный представитель папы римского при войске крестоносцев. Лотарингских крестоносцев «курировал» местный герцог, Годфруа Буйонский (де Буйон) и его братья – Эсташ III, граф Булонский (де Булонь), и Бодуэн (обычно называемый Бодуэном Булонским). Кроме того, существенную роль играли норманнские рыцари из Южной Италии, возглавляемые князем Боэмоном Тарантским и его племянником Танкредом. Все эти группы вышли в путь каждый своим маршрутом с целью встретиться и объединиться под Константинополем.

НАРОДНЫЙ КРЕСТОВЫЙ ПОХОД

Кроме армий, собранных князьями, образовывались и стихийные, менее организованные «войска», не признающие никакой дисциплины и не признающие подчинение. Самым известным из таких «формирований» стали массы простолюдинов во главе с Петром Отшельником или Пустынником. И хотя это войско считалось скверно вооруженным и практически лишенным организации сборищем бедноты, «армия» из 20 000 чел. все же включала в себя ядро из 700 рыцарей и прочих бойцов. И хотя это было боевое звено профессионалов, ему не хватало двух важных составляющих – хорошего военачальника и материальных ресурсов. Крестоносцы этой волны прибыли к Константинополю в августе 1096 г., то есть еще до того, как лучше организованные силы выступили из Европы, и, несмотря на предостережения византийского руководства, потребовали немедленно переправить их на азиатский берег, где господствовали сельджуки. Спешка, вне сомнения, являлась следствием отсутствия централизованного командования и влиянием проблем, связанных со снабжением. К несчастью для них, 21 октября члены народного крестового похода столкнулись с сельджуками Кылыч-Арслана. Паломники сражались хорошо до тех пор, пока рыцари, поддавшиеся на уловку обратившихся в притворное бегство легковооруженных турецких конников, не были окружены и перебиты.


Осада Константинополя христианами в 1204 г. Миниатюра их хроники Карла VII Жана Картье, около 1474 (размеры 32 × 23 cm (12.6 × 9.1 in)). Национальная библиотека Франции.

Когда основной боевой отряд похода и его предводители оказались выведенными из игры, оставшиеся бойцы и нонкомбатанты обратились в беспорядочное бегство, в ходе которого многие погибли. Около 3000 человек избежали всеобщей резни и позднее влились в ряды участников Первого крестового похода.

В КОНСТАНТИНОПОЛЕ

Тем временем прочие войска крестоносцев выступили в поход, с тем, чтобы сойтись под Константинополем. Сбор растянулся на несколько месяцев, однако Годфруа де Буйон и крестоносцы из Лотарингии прибыли к месту встречи первыми, как раз под Рождество 1096 г. Последними – на исходе апреля 1097 г. – цели достиг Боэмон Тарантский с норманнами из Южной Италии и за ним Раймон Тулузский с войском из Прованса и Лангедока. Когда паломники подошли к Константинополю, между главным крестоносцем и византийским императором Алексеем I возникли серьезные разногласия. В конце концов, с трудом, согласия удалось достичь. Стороны заключили соглашение в отношении судьбы территорий, которые, как предполагалось, западные паломники отвоюют у мусульман. Договор с византийцами не был официальным союзом. Алексею приходилось учитывать всю сложность политической обстановки, а также реакцию различных исламских государств. И в случае провала похода крестоносцев, учитывать печальную судьбу народного крестового похода. В итоге военная поддержка со стороны императорских войск оказывалась ограниченно. Тем не менее, помощь императора дала крестоносцам ряд существенных преимуществ.

Византийцы предоставляли военную помощь, в том числе и небольшим войском, возглавляемым полководцем Татикия, выступавшим представителем императора во время кампании. Кроме того, византийцы располагали малыми судами, которые использовались при осаде Никеи. Косвенная поддержка состояла в предоставлении информации о политической обстановке на местах, данных географического и топографического характера, и информации о наличии оружия противника.


ПОХОД

Ближе к концу весны крестоносцы «составили» развернутый план «боевых действий» против турок-сельджуков. Рыцари-воины собрали огромное войско, числом около 70 000 чел. Это вместе с большим количеством нонкомбатантов (так называемого «обслуживающего персонала» войска). Однако среди них было немало таких, кто имел оружие, умел обращаться с ним, и таким образом мог в случае чего встать в один ряд с воинами и сражаться не хуже их. Были среди войска и женщины: жены, служанки и шлюхи. Таким образом, «рать» получилась совершенно огромная, и было понятно, что такой армии еще не бывало в XI веке. Войско это в количественном соотношении было в три-четыре раза больше армии Вильгельма Завоевателя, той самой, которая вторглась в Британию 31 годом ранее.

Настало 6 мая 1067 года. Главная цель похода – город Никея, являющийся в те времена столицей Румского султаната Кылыч-Арслана, была достигнута. Сам султан в это время находился на востоке. Пытаясь хоть как-то выиграть время в этой непростой политической ситуации, султан хотел воспользоваться возможностью захватить древнюю римскую крепость Мелитена. Но, получив известие о подходе крестоносцев к стенам родного города, где оставалась его семья, вынужден был вернуться назад.

НИКЕЯ В ОСАДЕ

Крестоносцы подступили к стенам города, и началась его осада. Султан не спешил развертывать войско для сражения. Это давало ему возможность или усилить военную охрану города, или принимать бой с христианами в поле и тем самым вынудить их снять осаду. 16 мая Кылыч-Арслан напал на их войско. Они выстраивались лагерем, намереваясь перекрыть проход через южные ворота города. В начале отряды крестоносцев пропустили момент нанесения удара, но прованское войско сумело сгруппироваться и нанести ответный удар по неприятелю. Кроме того, туркам не повезло с рельефом местности. Атакуя крестоносцев в узком промежутке между городскими стенами и холмами, поросшими густым лесом, и не имея возможности быстро маневрировать, турецкие конные лучники несли серьезные потери. Крестоносцы же, имея прочное снаряжение и превосходство в физической силе, чувствовали себя в бою гораздо увереннее и имели больше возможностей для маневра.

Потерпевший поражение султан вынужден был отступить, открыв тем самым крестоносцам путь к городским стенам. И началась новая волна осады. Для взятия стен города решено было использовать специальные механизмы, а схемы для постройки этих машин и материалы для их изготовления были предоставлены византийцами. Крестоносцы получили еще и корабли для блокирования города с озера, лишая тем самым защитников и горожан возможности завозить по воде продовольствие и питьевую воду. Кроме постройки осадных машин, крестоносцы взялись копать подкоп под стены города.

Когда завязался бой, жена султана попыталась бежать из города, однако была схвачена византийской корабельной командой. Вскоре защитники города поняли, что ситуация безнадежна и приняли решение негласно договориться с греками о капитуляции. Город был сдан византийским войскам в ночь на 19 июня.

И СНОВА МАРШ

Крестоносцы планировали двигаться в Сирию, Палестину и к своей главной цели – Иерусалиму. Маршрут движения был проложен по византийской военной дороге, ведущей на юго-восток, к Дорилею, затем пересекавшей Анатолийское плато и уходившей в направлении Сирии. Маршрут позволял наладить отношения с потенциальными союзниками, христианскими княжествами Армении, которые могли оказать помощь в борьбе как против турок, так и против византийцев, отношения крестоносцев с которыми дали трещину сразу после Никеи. Крестоносцы не тратили времени понапрасну и продолжили кампанию при первой же возможности. Не прошло и недели, как первые воинские подразделения снялись с места. Учитывая размер армии и отсутствие настоящих командных структур, войско крестоносцев для удобства разделилось на две группы. Авангард, включая и маленький византийский отряд Татикия, насчитывал не более 20 000 человек. В состав отряда входили дружины Боэмона Тарантского, Танкреда, Этьена Блуасского и Робера Нормандского. Основные силы, следовавшие за авангардом, насчитывали свыше 30 000 человек. Туда входили отряды графа Роббера Фландрского, Годфруа Буйонского, Раймона Тулузского и Юга де Вермандуа.

Тем временем Кылыч-Арслан произвел перегруппировку сил и объединился с турками-данишмендами, заключив с ними союз. Это дало его войску прибавку в 10 000 всадников. План султана заключался в устройстве засады разделившимся отрядам крестоносцев.

Выбрав удобное место, там, где соединялись две долины, султан решил выманить рыцарей на открытое поле и окружить их как раз в тот момент, когда пехота не смогла бы их прикрыть. Такая тактика позволяла туркам использовать свое численное превосходство на основном участке поля боя, а конным лучникам – пространство для маневра. Румский султан не хотел повторять ошибок, допущенных под Никеей.

РАЗВЕРТЫВАНИЕ ВОЙСК

О приближении турок крестоносцы узнали вечером 30 июня, хотя о количестве войск неприятеля они, судя по всему, точных данных не имели.


Робер Нормандский в битве с мусульманами в 1097–1098 гг. Картина Дж. Дасси, 1850 г.

Следующим утром авангард крестоносцев продолжил выступление на равнину. Тогда и стало понятным, что турки движутся большой массой, приближаясь с юга. Раскрыв планы турок, крестоносцы разбили лагерь, который одновременно мог быть и оборонительной базой. Возведением его занимались пешие воины и нонкомбатанты из состава авангарда, они же разместили лагерь в месте выхода на равнину двух долин так, чтобы заболоченные участки местности прикрывали западные подходы. Боэмон поставил конных рыцарей перед лагерем так, чтобы они преградили путь наступавшим турецким всадникам. Основная армия христиан приближалась с запада, но находилась еще в 5–6 км от авангарда.

И ГРЯНУЛ БОЙ…

Едва крестоносцы разбили лагерь, разгорелась битва. Боэмон пошел против турок с основным ядром конных рыцарей. Поступая так, он играл на руку неприятелю. Когда рыцари выдвинулись, они попали под обстрел конных лучников. Отделенные от оборонявшей лагерь пехоты, рыцари не могли сойтись в рукопашной с кочевниками, и конные лучники осыпали врага градом стрел. Тогда же небольшая часть турецкой конницы атаковала христианский лагерь и прорвалась в него.

Конницу крестоносцев оттеснили к южной оконечности лагеря, где всадников собрал Робер Нормандский. Когда порядок и строй восстановились, рыцари смогли организовать оборону южного угла лагеря, где у турок уже не было такого простора для маневра, как раньше.


Битва при Дорилее. Иллюминированная рукопись 15 в. «Продолжение истории», Гуэльмо Тирский. Национальная библиотека Франции.

В ходе битвы крестоносцы начали постепенно выдыхаться. К счастью для Боэмона и всех прочих, около полудня подошла помощь от крестоносцев основного отряда. Понадобилось несколько часов для того, чтобы рыцари главного соединения смогли вооружиться и покрыть расстояние в 5–6 км, которое разделяло два контингента. Причина состояла в отбившихся от своих отрядов воинов и просто дезертирах, которые мешали продвижению помощи к авангарду. Первым подтянулся отряд во главе с Годфруа де Буйоном. Рыцари атаковали из долины с запада, выходя в левый фланг туркам. В тот момент последние все еще бились с рыцарями авангарда в южной оконечности лагеря крестоносцев. Недостаточно защищенная, а иногда и вовсе бездоспешная, конница сельджуков очутилась между двумя силами рыцарей-крестоносцев, надежно защищенных доспехами.

Последующие подкрепления крестоносцев из состава основного войска под началом графа Раймона прошли через линию друмлинов (длинных гряд холмов и гор – последствий сползания ледников), разбросанных вдоль западной окраины равнины. Подобное естественное прикрытие позволило крестоносцам передвигаться незамеченными, и помогло зайти в тыл турецкой армии.

Появление противника с этой стороны оказалось весьма неожиданным для турок, понесшим и без того серьезные потери. Их войско панически бежало. Битва закончилась, началось преследование, в ходе которого крестоносцы разграбили лагерь врага. Однако потери у обеих сторон были примерно равными: 4000 человек у крестоносцев и около 3000 человек у турок.


Схема битвы.

Итоги…

Дорилей стал знаковым местом для крестоносцев. Да, они подверглись опасности из-за отсутствия единого командования, позволив тем самым противнику атаковать себя уже на марше.Однако у крестоносцев все же хватило способности действовать слаженно, единой силой, следствием чего стало победным первое сражение в поле.

Продуманная стратегия ведения битвы явилась следствием высоких лидерских качеств князей крестоносцев, способных оперативно реагировать на новые и непривычные обстоятельства и служить авторитетом для воинов. Битва при Дорилее открыла византийцам путь для освобождения Анатолии, а крестоносцам она позволила продолжить их поход в Сирию.

И НЕМНОГО ЦИФР…
Силы противоборствующих сторон
КРЕСТОНОСЦЫ (приблизительно)
Рыцари: 7000
Пехота: более 43 000
Всего: более 50 000
ТУРКИ - СЕЛЬДЖУКИ (приблизительно)
Кавалерия: 10 000
Всего: 10 000
Автор:
Светлана Денисова
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

8 комментариев
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти