Кратко о сравнении флотов
Какой-либо повод для научного анализа здесь отсутствует. ВМФ России и ВМС США существуют раздельно друг от друга, в разных временных эпохах. Так же, как флоты Первой и Второй мировой войны.
Статистические методы не работают. При многократном количественном разрыве считать средний возраст корабельного состава не имеет смысла. Так же, как и определять %-ое соотношение новых и старых кораблей. В реальности эти % будут выражаться различным числом кораблей для каждого из флотов. Слишком различным, чтобы относиться к такому расчету всерьез.
Феномен “средней температуры”
Достаточно исключить из расчетов “устаревшую технику” (корабли, построенные до 2001 г.), как выяснится неожиданное. За первые 15 лет наступившего века американские верфи передали флоту 36 эсминцев (включая экспериментальный “Замволт” и бёркообразный “Финн”, еще официально не принятые в состав ВМС, но уже спущенные на воду и вышедшие на испытания).
PCU (pre-comission unit, объект на стадии достройки) Джон Финн. Пройдет еще пара месяцев, и код PCU сменится на USS (Корабль Соединенных Штатов).
Не менее серьезные результаты показала верфь “Дженерал Дайнэмикс Илектрик Боут”. В указанный период времени были введены в строй 12 многоцелевых атомных подлодок класса “Вирджиния” и одна АПЛ для специальных операций “Картер” (класса “Сивулф”).
Из крупных игроков — два атомных авианосца, “Рейган” и “Джордж Буш”. Еще один (“Форд”), признанный крупнейшим боевым кораблем в истории, был спущен на воду в 2013 г., этой осенью он пополнит боевой состав ВМС.
Из других авианесущих кораблей были построены:
— вертолетоносец с неожиданным названием “Америка” (авиакрыло из 30 вертолетов, “Харриеров” и F-35);
— два универсальных десантных корабля класса “Уосп” (“Иводзима” и “Макин Айлэнд”, каждый вдвое крупнее Мистраля);
— экспедиционная плавбаза-вертолетоносец “Пуллер” (78 тыс. тонн).
Из экзотики — морская радарная база системы ПРО, получившая обозначение SBX.
![Кратко о сравнении флотов](/uploads/posts/2016-04/1459718792_images1190365_radar_my_phunutoday.jpg)
Следующий пункт — шесть быстроходных боевых кораблей прибрежной зоны (LCS), дублирующих задачи сторожевиков, тральщиков и охотников за субмаринами.
Из других крупных единиц: 11 десантных кораблей типа “Сан Антонио” и два морских терминала для загоризонтной высадки бронетехники: “Гленн” и “Монфорд Поинт”.
В сумме — “бригада” из семидесяти кораблей океанской зоны средним возрастом меньше десяти лет. Вот вам и вся статистика.
Без учета “устаревших” кораблей, построенных в период 1980-90х гг., самым старым действующим кораблем остается “Нимиц” (1975 г). Впрочем, возраст не так страшен для авианосущих кораблей. Их основное оружие непрерывно эволюционирует. За прошедшие 40 лет на палубе “Нимица” сменилось три поколения морской авиации (“Фантом” — F-14 — “суперхорнет”).
И снова о русской угрозе
В реальности все несколько иначе, чем на красивом трейлере российского флота. Успехи отечественных кораблестроителей, ожидаемо, оказались намного скромнее.
За прошедшие 15 лет российский флот получил многоцелевую атомную подлодку “Гепард” (пр. 971), многоцелевой атомоход “Северодвинск” (пр. 885) и три подводных ракетоносца стратегического назначения типа “Борей”.
Четыре дизель-электрические лодки пр. 636.3 (модернизированные “Варшавянки”). Тридцать лет назад такие “черные дыры” представляли смертельную угрозу, однако, в начале XXI века, баланс сил несколько изменился. Лодкам не хватает анаэробной СУ, без которой им не выжить в условиях современой ПЛО (вынуждены всплывать раз в 3-4 дня вместо двух-трех недель у зарубежных аналогов).
Из надводных единиц — пять фрегатов (“Горшков”, “Касатонов”, “Григорович”, “Эссен”, “Макаров”). Четверо их них еще официально не приняты в строй, но мы можем уверенно говорить о них, как о построенных кораблях. Основной фронт работ остался позади; три фрегата уже вышли на этап швартовых испытаний и ГСИ.
При желании, можно занести в этот список еще семь корветов пр. 20380 и 11611. Говорить о более мелких единицах — МАК и МРК не имеет смысла.
Что такое корвет или малый ракетный корабль?
Залп малых кораблей Каспийской флотилии равен половине залпа эсминца “Берк” (96 пусковых шахт). Дальнейшие комментарии излишни.
В отличие от кораблей меньших классов, эсминец еще способен поражать боеголовки баллистических ракет и сбивать спутники на низких околоземных орбитах. Не считая крупных гидроакустических станций, вертолетов и пр. оборудования военного назначения на его борту.
В этом смысле боевая ценность “малюток” сильно преувеличена. Неужели кто-то всерьез решил приравнять МРК к эсминцам? Что ж, статистика все стерпит.
О техническом факторе вспоминать не любят вообще. Суровая истина состоит в том, что в составе ВМФ РФ, как и других флотов мира, в принципе, отсутствует техника, имеющаяся в распоряжении американских моряков.
Морская база ПРО, подводные ракетодомы, несущие в своих хребтах по 150 “Томагавков”, ракетно-артиллерийский эсминец и шестимегаваттный радар “Иджис”...
В своё время, пытаясь удержаться на пике прогресса, СССР генерировал множество свежих и уникальных контр-решений (сверхтяжелые ПКР, титановые подлодки, космическая система разведки “Легенда”).
Современный ВМФ вынужден довольствоваться лишь теми из доступных технологий, реализация которых не требует больших затрат. В результате получается то, чего и следовало ожидать.
Флот — это не только корабли. Это в немалой степени морская авиация.
Потенциал морской авиации ВМФ России, несомненно, возрос с началом поставок палубных истребителей МиГ-29К (4 единицы) и истребителей берегового базирования Су-30СМ (8 единиц для авиации Черноморского флота).
На другой чаше весов — пять сотен F/E-18E и 18F “Супер Хорнет”, поставленных на палубы американских авианосцев с началом нового века.
Из других зарубежных инноваций — создание патрульного беспилотника “Тритон” (модифицированный для морских задач БПЛА “Глобал Хок”). 15-тонный аппарат c 40-метровым крылом и радаром кругового обзора, способный обследовать за сутки до 7 млн. кв. километров поверхности океана. Помимо РЛС с активной ФАР, в инструментарий дрона входит аппаратура радиотехнической разведки и комплекс оптических датчиков с лазерным дальномером для визуального распознавания целей. Новейшая история флота.
Эпилог. “Слон и моська”?
Любимое занятие наших “диванных экспертов” — заведомо бессмысленное сравнение потенциалов флотов России и США. Оно содержит не больше смысла, чем упоминания о “памперсах” и регулярные статьи об озабоченности американского командования в связи с “нарастающим отставанием в области морских вооружений от России и Китая”. Накопленный потенциал так велик, что американские адмиралы могут “не подниматься на мостик” до середины века.
В отличие от них, нам расслабляться противопоказано. Приведенная выше статистика отчетливо показывает, сколь эффективно идет перевооружение ВМФ России. И сколько еще предстоит сделать, чтобы выйти если не на равный (что невозможно ни по экономическим, ни по геополитическим соображениям), то на адекватный уровень по сравнению с “вероятным противником”. Притом, сразу объявлять такую армаду своим противником излишне опрометчиво. Лучше сделать все, чтобы ВМС США оставались союзником или, хотя бы, нейтралом.
Иначе зачем рваться в битву, в которой невозможно победить?
Впрочем... Количественный и качественный уровень ВМФ России и США таков, что у них меньше шансов вступить друг с другом в бой, чем у кораблей периода Первой и Второй мировой войны.
Из положительных моментов стоит признать, что сложившаяся ситуация не нова и имеет своё логичное объяснение географического характера. История англосаксов неразрывно связана с морем. У нас все совершенно иначе.
Положа руку на сердце, спросим: какие серьезные военные последствия имела Цусима? Японцы дошли до Москвы? Нет — вот и весь ответ. Так же, как и потеря части Севастополя во время Крымской войны и его повторная оккупация в годы ВОВ. Все это были совершенно незначительные, второстепенные неприятности для огромной сухопутной державы.
“Скованные одной цепью”: БПК “Адмирал Пантелеев” и эсминец “Лассен”. Отработка дозаправки на ходу в море.
Информация