Поражение непобедимых терций, или Битва при Рокруа

Поражение непобедимых терций, или Битва при Рокруа

Последняя терция. Картина современного испанского художника А. Феррер-Дальмау


Людовик XIII был болен. Вокруг его ложа в Сен-Жерменском замке, загородной резиденции королей, суетились врачи, пребывали в раздумьях придворные, неслышно пробегали слуги. Шепотом передавали друг другу имя Венсана де Поля. Рядом играл со своими приятелями пятилетний наследник престола. Пора беззаботного детства будущего Короля-Солнца таяла, как восковая свеча в руках отца Дине, исповедника короля. Вскоре дофину предстояло стать хоть и номинальным, но правителем. Умирающий монарх то впадал в забытье, то пребывал в болезненном сознании. В один из таких моментов он увидел стоящего у кровати принца Конде, представителя младшей ветви Бурбонов. Король тихо сказал ему об увиденном сне, в котором сын Конде, герцог Энгиенский одержал великую победу. Самого героя этого удивительного сновидения, породившего слухи о пророческом даре короля, не было поблизости, поскольку он возглавлял армию, марширующую во Фландрию. На ее пути лежал городок Рокруа. 14 мая 1643 г. жизнь оставила короля Франции, пять дней не дожившего до привидевшейся ему битвы.

Тридцатилетняя война стала первой по-настоящему общеевропейской войной, на порядок превзошедшей все предыдущие конфликты. В нее оказалось втянуто большинство государств тогдашней Европы, и по своему размаху, разрушениям и последствиям она оставила далеко позади все прежние конфликты, представлявшиеся теперь просто локальными феодальными разборками с участием 2–3 сторон. События 1618–1648 гг. оказали столь серьезное воздействие на сознание тогдашнего общества, что память о них сохранялась очень длительное время. Простым жителям центральной Европы, а особенно Германии, война принесла столь неисчислимые и растянувшиеся на долгие годы бедствия, что многие вполне серьезно считали себя очевидцами конца света.


Армии обеих противоборствующих сторон не утруждались рутинными проблемами логистики и решали вопрос обеспечения всем необходимым за счет повального разорения местного населения. Обыватель и раньше бедствовал от войн и конфликтов, которые вел его сеньор и повелитель за какие-то одному ему известные интересы, платил подати и налоги, страдал от постоя подгулявших вояк. Теперь все невзгоды сконцентрировались в один большой и, главное, непрекращающийся поток. Налогообложение в регионах, охваченных боевыми действиями, упростилось до изъятия всего ценного, съедобного, движимого, а далее практически любого имущества, не исключая жизни. Солдаты протестантских княжеств, прибывшие к ним на помощь шведы, имперцы или просто банды наемников, несмотря на различие языков, флагов и вероисповеданий, имели на удивление сходные соображения по поводу улучшения своего вещевого довольствия и пищевого рациона.

Иногда, в перерывах между сражениями и маневрами армий, появлялись какие-то люди, называющие себя властью, и с энтузиазмом начинали изымать то, что бережливые крестьяне сумели спрятать и зарыть от стихийных экспроприаторов. Господа доходчиво и не всегда терпеливо объясняли новым-старым подданным, что все это происходит для их же блага и спокойствия. И так продолжалось год за годом. Неурожаи, голод, болезни и эпидемии накладывались одним пластом черной реальности на другой, превращаясь в сплошную полосу испытаний.

Начавшись как очередное разрешение противоречий между католиками и протестантами, война быстро утратила религиозную составляющую. Испанские и австрийские Габсбурги сражались с целой плеядой протестантских государств за непоколебимость догматов католичества и свое величие. А потом в игру вступила Франция – католики с усердием убивали католиков, и к «искоренению ереси» Лютера или Кальвина это уже не имело никакого отношения.

Закат золотого солнца

Испанская империя являлась одной из самых могущественных государств Европы. Усилиями знаменитых и безвестных мореплавателей, конкистадоров и авантюристов ее владения раскинулись на четырех континентах, а периферийная монархия внезапно очутилась в высшей лиге. Все XVI столетие и с начала XVII мерно шагающие непобедимые терции, подобно древним римским легионам, утверждали волю хозяев Эскориала в Италии и Фландрии. Бородатые храбрецы в измятых доспехах, отчаянно богохульствуя и молясь, прорубали себе путь толедскими клинками сквозь тропические джунгли Вест-Индии к славе и богатству. Потоки золота и других дорогостоящих трофеев были успокаивающе полноводными. Они затопили сначала королевский двор, а потом и дворцы знати, монастыри и торговые дома. На какой-то период Испания могла себе позволить буквально все – «инкопесо» способствовали осуществлению самых требовательных и изысканных капризов. Останавливалось и приходило в упадок то, что можно назвать промышленностью. Денег хватало, чтобы покупать все самое лучшее из-за границы. От орудий до предметов роскоши. Испанцы стали себя вести с соседями высокомерно и вызывающе, считая себя доминирующей силой в Европе. Над империей не заходило солнце, Папа был благосклонен, и казалось, что звезда Испании никогда не потускнеет.

Но, как метко заметил господин Паганель, благоденствует не страна золота, а страна железа. Колоссальный приток золота и серебра начал стремительно стимулировать инфляцию и рост цен. Откормившиеся на торговле с испанцами, англичане справедливо решили, что выгоднее золото получать у испанцев методом насильственного изъятия. Проще говоря, пиратства. Наглые островитяне сделали это старинное ремесло одним из инструментов пополнения государственной казны. Потом адмирал Дрейк и атлантические штормы превратили в груду плавающих обломков Непобедимую Армаду. Солнце начало тускнеть. Мертвые подданные Монтесумы и Атаупальпы были отомщены. Золото, которого всегда мало, но стало вдруг чрезмерно много, разрушало испанскую экономику. Бунтовали Испанские Нидерланды, свирепствовали английские корсары, а в самой Испании вдруг выяснилось, что она полностью зависит от импорта нескончаемого перечня различных вещей и материалов, поскольку собственные отрасли оказались не развитыми или деградировали.

Разочарование и недовольство, зародившееся при царствовании Филиппа II, выросло в сильный ропот при Филиппе III. При Филиппе IV страна была охвачена уже открытым недовольством. Двор жил в иной реальности, тратя на себя колоссальные суммы. Король часто проводил время в молитвах, не забывая, впрочем, в перерывах устраивать балы, маскарады, бои быков и прочие весьма полезные в борьбе со скукой мероприятия. Крестьяне уже не могли вытягивать все более усиливающиеся налоги. Инфляция к 30-м годам XVII века приняла столь угрожающий характер, что в некоторых районах страны перешли на бартерный обмен. Морская торговля хирела. Каталония была охвачена восстанием, а желавшая получить независимость и расторгнуть Иберийскую унию соседняя Португалия стремительно сближалась с враждебной Францией. По иронии большинство товаров в тот же период завозилось контрабандой на голландских кораблях. Формально Испания и Нидерланды были врагами, но бизнесу, как известно, это безразлично.

Испания много и часто воевала, чтобы хоть как-то поддерживать стремительно падающий престиж. Расходы на этот способ «сохранения рейтинга» еще больше и быстрее разрушали агонизирующую экономику. Со вступлением в Тридцатилетнюю войну Франции (в 1635 г.) сухопутная дорога, по которой перебрасывалось все необходимое для испанской армии во Фландрию, прервалась. Единственным путем для осуществления снабжения был морской – через порт Дюнкерк. Находящиеся здесь войска оказались в непростом положении: с одной стороны, Мадриду было крайне важно удерживать собственные позиции во Фландрии, с другой стороны, у него не было для этого достаточно денег и солдат. Попытка доставки подкрепления и средств снабжения привело 31 октября 1639 г. к сражению у рейда Даунс, в котором голландцы нанесли серьезное поражение испанскому флоту. Фландрия стала почти изолированным от Испании театром военных действий, где командующий войсками кардинал-инфант Фердинанд Австрийский действовал на свой собственный страх и риск, умело сдерживая голландцев. Двор в Мадриде настолько слабо ориентировался в вопросах стратегии, что начал бомбардировать кардинала-инфанта странными депешами с требованиями отзыва части войск из Нидерландов для действий против Португалии. То есть командующий должен был лишиться части своих и без того ограниченных сил. Не выдержав переутомления, а может, и непробиваемой глупости Мадрида, осенью 1641 года кардинал-инфант скончался. Такая неблагоприятная атмосфера царила во Фландрии к началу французского наступления.

Решимость лилий

Франция длительное время наблюдала за бушевавшим в Европе пожаром, высчитывая время и место, когда можно было бы обнажить меч. Если Испания, гордый и могущественный сосед, неуклонно катилась к упадку, то Королевство Лилий, наоборот, набирало силу. Период бурных религиозных войн закончился в 1598 г. изданием Нантского эдикта и объединением страны под скипетром Генриха IV. Первый король династии Бурбонов был весьма гибок в государственном управлении и этим выгодно отличался от последних Валуа, неврастеничных сыновей Екатерины Медичи. Он сумел консолидировать разобщенное после гугенотских войн французское общество, сгладив наиболее острые углы. Его политика была направлена на усиление королевской власти, экономический и военный рост Франции. Генрих IV к моменту начала своего царствования унаследовал более 300 миллионов ливров государственного долга. Однако он и его талантливый министр финансов герцог Сюлли пошли по другому пути, нежели их испанские соседи. Чем ближе была пропасть, в которую катилась Испания, тем больше тратилось денег на всевозможные придворные радости. Генрих IV, напротив, стремился к сокращению расходов. Вскоре долг сократился до 100 миллионов и продолжал уменьшаться. Эти процессы необходимо отметить, чтобы лучше понять, в каком состоянии находилась Франция к моменту начала и кульминации Тридцатилетней войны.

Убитого монахом Равальяком короля после регентства Марии Медичи сменил юный Людовик XIII. Сочинитель куртуазных песен и отменный танцор, новый монарх не обладал качествами государственного управленца, но зато имел достаточно мудрости, чтобы поручить управление Францией человеку достойному, талантливому и надежному. Кардинал Ришелье стал Первым министром Людовика XIII и оставался им до самой своей смерти. Будучи человеком острого ума, жестоким и честолюбивым, Ришелье, однако, посвятил всю свою жизнь служению королю и Франции. Пока молодой король проводил время в фехтовальных залах, охотах и штурмах очередных фавориток, кардинал цементировал и укреплял его власть, пресекая на корню интриги и заговоры. Он отправил в ссылку королеву-мать и младшего брата короля, оказывавших на монарха «дурное влияние». Пять герцогов и четыре графа были арестованы его людьми, судимы и казнены за попытки сеяния смуты и заговоры. Именно благодаря Ришелье в 1628 г. после длительной осады была взята поддерживаемая англичанами гугенотская крепость Ла-Рошель. Так был положен конец попытке развязать новую религиозную войну.

Взвешенной, расчетливой и грамотной была и его внешняя политика. Считая главным врагом Франции Габсбургов, Ришелье прилагал множественные усилия для их всемерного ослабления. Тем не менее страна не спешила втягиваться в Тридцатилетнюю войну. Первая половина этого конфликта в целом прошла под перевесом Габсбургов, поэтому, формально оставаясь нейтральным, в 1630 г. Ришелье ссудил деньги Густаву Адольфу для вторжения в Германию. После гибели шведского короля в 1632 году кардинал способствовал, и в том числе финансово, созданию нового шведско-немецкого альянса против императора. Сокрушительное поражение шведов от имперцев при Нёрдлингене в 1634 году вынудило Францию к более активным действиям, и в мае 1635 г. она вступает в войну против Габсбургов. Объявление войны было обставлено в полузабытой средневековой манере: из Парижа выехали одетые в старинные наряды герольды с гербами Франции и Наварры, которые и вручили Филиппу IV акт о начале военных действий. Боевые действия разворачиваются в Северной Италии, Рейнланде и Фландрии.

Французская армия оказалась достаточно подготовленной к испытаниям. Ришелье много для этого сделал. Он предпочитал не безудержное наращивание численности войск, а их качественное техническое оснащение и обеспечение. При нем поощрялось выдвижение по службе талантливых командиров, несмотря на их социальный статус. Дисциплина была значительно усилена жесткими методами. Боролся Ришелье и за сокращение количества посторонних людей, сопровождающих армию в походах. Во время боевых действий армия не пополнялась за счет вражеских дезертиров, а военнопленные обменивались. Тем самым был сохранен ее однородный, национальный состав в отличие, например, от войск австрийских Габсбургов. Она была готова к реваншу за многочисленные поражения, полученные в сражениях с могучим соперником, терциями испанской короны.

Несчастливое начало

Первые годы участия Франции в войне ознаменовались традиционными успехами испанцев. В 1636 г. их войска вместе с имперцами смогли пересечь Пикардию и подвергнуть угрозе Париж. С большим трудом французам удалось стабилизировать положение. Испанские подкрепления доставлялись во Фландрию нерегулярно, а после сражения у Даунса это стало еще более затруднительной операцией. Боевые действия приобрели позиционный характер, где успех сопутствовал французам.

Умершего в 1641 г. кардинала-инфанта Фердинанда Австрийского, младшего брата короля, сменил энергичный и деятельный Франсиско де Мело, португальский маркиз Тор де Лагуна. После начала мятежа в Португалии с целью освобождения от унии с Испанией маркиз сохранил верность Мадриду и вскоре получил должность губернатора Испанских Нидерландов и главнокомандующего войсками во Фландрии. Зимой 1641–1642 гг. разными путями испанцам удалось усилить свою тамошнюю группировку, что позволило де Мело в 1642 г. перейти к активным действиям. Кульминацией успехов испанцев стал разгром французской армии маршала де Грамона при Гоннекурте 26 мая.

Кроме того, Францию постигло еще одно несчастье: кардинал Ришелье, столь длительно служивший свой стране, 28 ноября 1642 г. заболел, а 4 декабря скончался. Его преемником оказался кардинал Джулио Мазарини, итальянец, обладающий феноменальными способностями к интригам и политическим комбинациям. В узких кругах имел прозвище «брат Палаш». Вскоре ухудшилось здоровье и самого короля. Франция оказалась в кризисной ситуации, придавленная Ришелье внутренняя оппозиция взбодрилась, предчувствуя скорые перемены. Советники де Мело уговаривали его не трогать Францию, сосредоточившись на решении голландских вопросов и предоставив той вариться в собственных проблемах, однако губернатор рассудил иначе. По его мнению, потрясение, вызванное смертью Ришелье, и возможная скорая кончина самого Людовика XIII создает наиболее удачный момент для нанесения Франции решающего удара, целью которого было бы подписание выгодного для Габсбургов мира. Вскоре испанские войска начали движение на юг.

На поле под Рокруа

Поражение непобедимых терций, или Битва при Рокруа
Великий Конде


Ришелье загодя предвидел очередное испанское наступление вглубь Франции. Сотрясаемая смутами и мятежами, все более погружаясь в болото экономического хаоса, Испания нуждалась в передышке и выведению из игры такого опасного противника, как Франция. По его настоянию командующим армией был назначен молодой герцог Энгиенский, сын принца Конде. Этот, в детстве вспыльчивый и даже неуравновешенный, юноша к 22 годам стабилизировал свой характер, однако отличался резкостью и импульсивностью. Тяжело больной король и преемник Ришелье Мазарини не стали оспаривать этого решения. Предполагалось, что неопытность Конде будет компенсирована наличием при нем военных советников. В этой роли выступал опытный маршал л’Опиталь, имевший репутацию компетентного и осторожного военного. Но в вопросах планирования молодой герцог больше прислушивался к подходящим ему по возрасту и темпераменту дворянам Гассиону и Сиро, имевшим, впрочем, боевой опыт, приобретенный в войсках Густава Адольфа.

Де Мело приступил к действиям со свойственной ему энергией. Он решил начать кампанию с захвата укрепленного города Рокруа, защищаемого небольшим (около 1000 человек) гарнизоном. Разные источники дают различную численность испанской армии. Можно более-менее уверенно утверждать о 25–28 тыс. человек. Войска де Мело были прекрасно обучены, хорошо снабжены, их боевой дух был на высоте. Французы для них были привычным противником, над которым они не раз одерживали победу. В состав армии губернатора входили, кроме собственно испанцев, валлоны и итальянцы. Кроме того, в оперативном подчинении де Мело находился имперский корпус генерала Бека, состоявший в основном из немцев. Реалистичная оценка испанских войск, начавших вторжение, дает основание полагать, что они располагали 18 тыс. пехоты, 5 тыс. конницы, и 5 тыс. имперцев Бека. Имелось 18 орудий. Рокруа был взят в кольцо окружения 12 мая. 16 мая началось строительство осадных укреплений. Корпус Иоганна Бека был загодя послан занять замок Шато-Рено для улучшения линии коммуникаций и в предстоящем сражении участия не принял. Утром 18 мая испанские аванпосты доложили де Мело о приближении французской армии.

Герцог Энгиенский получил известие о смерти Людовика XIII вечером 16 мая, когда его армия находилась на марше западнее реки Мёз, направляясь к Рокруа. Он решил пока не сообщать войскам об этом печальном событии, чтобы не подрывать моральный дух. Утром 17 мая в Рюминьи командующий собрал своих офицеров на военный совет обсудить диспозицию сражения – кавалерийские разъезды уже сообщили об обнаружении армии де Мело. Мнения присутствующих на совете разделились. Маршал л’Опиталь справедливо указывал на не удобную для атаки местность. Земля перед испанскими позициями изобиловала кустарником, распаханными полями и болотами. Он предлагал ограничиться позиционными перестрелками, а потом осуществить обходной маневр, чтобы угрожать коммуникациям испанцев. Гассион и Сиро, более молодые соратники герцога, настаивали на решительном сражении. Смерть короля и предстоящее регентство вызывали беспокойство общества, и поэтому решительная победа была просто необходима.

В споре между мудростью и молодостью в этот раз победа досталась последней. Герцог Энгиенский решил дать сражение. Его армия состояла из 15 тыс. человек пехоты, 7 тыс. кавалерии и 14 пушек. План герцога состоял в выдвижении по узким лесным дефиле, оставив обоз позади. Если испанцы, заметив французов, покинут позиции, то следовало обойти их с фланга и выйти к Рокруа с тыла. В случае же, если де Мело останется на месте, то его вынудят вступить в сражение перед городом. Герцог сообщил собравшимся о смерти короля и призвал продемонстрировать верность новому сюзерену. Диспозиция была одобрена всеми, кроме л’Опиталя, оставшегося при своем мнении.

Поражение непобедимых терций, или Битва при Рокруа
Франсиско де Мело


На следующий день, 18 мая, французы успешно осуществили первую часть своего плана. Их армия практически беспрепятственно вышла на открытую равнину, встретив по пути только небольшой заслон из конных хорватов и испанцев, который при приближении противника ретировался. Де Мело тоже желал сражения не меньше своих оппонентов, считая, что новое, еще более масштабное поражение лилий серьезно усугубит положение Франции. Обе армии выстроились друг против друга на расстоянии не более 900 метров. Левый фланг испанцев состоял из германской кавалерии под командованием графа Изенбурга. Герцог Альбуркерке руководил валлонской конницей на левом. Центр состоял из пехоты – тут находились лучшие войска де Мело. Это были 8 терций: 5 испанских, 2 итальянских и одна бургундская. В большинстве своем, особенно испанские, они состояли из опытных ветеранов, помнящих боевые традиции дона Амброджо Спинолы. Вторую и третью линию пехотинцев позади терций составляли батальонные порядки, выстроенные в 10 шеренг по 50 человек каждая. Все 18 орудий большего, чем у французов, калибра располагались впереди. Центром руководил старый вояка валлон генерал Фонтен. Он был болен, но полон решимости участвовать в предстоящем сражении.

Французская армия расположилась аналогично испанской: кавалерия по флангам, пехота в центре. Правым флангом, который упирался в лес, командовал сам герцог Энгиенский, левый, расположенный в низине и соседствующий с болотом, возглавил л’Опиталь. Пехота была выстроена побатальонно в два эшелона. Имелся также смешанный резерв, состоявший из кавалерии и пехоты. Французы, отдавая дань великолепной испанской пехоте, возлагали большие надежды на свою превосходную конницу, которая количественно, да и качественно, превосходила противника. К шести вечера 18 мая французы закончили развертывание. Де Мело хоть и бодрился, однако отправил гонца к Беку с приказом немедленно идти к Рокруа. Немец, получивший приказ ближе к ночи и зная горячий характер своего командующего, отложил выступление до утра, полагая, что тот преувеличивает серьезность своего положения. Так или иначе, но имперцы Бека в сражении участия не приняли. Сработал «фактор Груши». Так через 172 года в Бельгии произойдет еще более знаменитое сражение, где неправильная или, скорее, слишком правильная трактовка ранее выданного приказа привела к поражению уже французской армии.

Битва при Рокруа могла бы начаться в этот же день, но один из командующих кавалерии Сеннетерр, такой же горячий, как и герцог Энгиенский, внезапно без приказа решил обойти фланг испанцев и выйти к Рокруа. Французской коннице пришлось совершать движение на виду у испанцев, и дело могло бы закончиться весьма плачевно для жаждущих славы, если бы герцог самолично не вернул конницу на исходные позиции, устроив пламенное внушение генератору этой идеи. Наступила ночь. Воспользовавшись темнотой, герцог Альбуркерке, беспокоясь за свой левый фланг, выдвинул тысячу мушкетеров в лес перед своими позициями, устроив засаду для вражеской кавалерии. Но удача благоволила не к солдатам Империи. Примерно в 3 часа ночи французскому командующему доложили о перебежчике из армии Мело. Тот сообщил две принципиально важные вещи: о мушкетерах в лесу и то, что Бека и его имперцев нет на поле боя.

«Только смерть сумеет заставить нас сдаться!», или Неудачные переговоры

Герцог Энгиенский решил атаковать до прибытия к противнику подкреплений. В четыре утра французская артиллерия открыла огонь, хотя темнота еще препятствовала точной стрельбе. Де Мело решил до подхода Бека принять оборонительный бой, надеясь на подкрепления. В 5 утра сражение началось французской атакой на оба фланга. Засада, на которую так полагался Альбуркерке, была быстро уничтожена, и лес был занят уже мушкетерами французскими. Гассион с 7 эскадронами кавалерии обошел левый испанский фланг и ударил в него. Альбуркерке успешно контратаковал французов, развернувшись в сторону атакующих и подставляясь под фронтальный удар уже самого французского командующего. Атака была поддержана плотным огнем из леса, и боевые порядки Альбуркерке пришли в полное расстройство.

Поражение непобедимых терций, или Битва при Рокруа


На противоположной стороне поля ситуация складывалась обратная. Французы осуществляли атаку галопом, их ряды смешались, и к Изенбургу и его германцам добралась уже плохо организованная толпа. Немцы пошли навстречу в совершенном порядке, рысью. Атакующие были остановлены и после яростной сечи обращены в бегство. Возглавлявший атаку генерал Ла Ферте был ранен и взят в плен. Изенбург, развивая успех, разделил свою конницу: меньшую часть он направил против вражеского обоза, а большую – бросил в атаку против французской пехоты.

Ситуация в центре также была нестабильна. Закаленные терции, подобно огромным бронированным черепахам, начали теснить своего противника. Вскоре французы лишись большинства своих орудий. К 6 утра казалось, что сражение герцогом Энгиенским проиграно. Однако молодой командующий имел свое мнение на этот счет. Как это часто бывало и еще будет в истории, чаши весов военного счастья порою опускаются вовсе не в ту сторону, где гири больше. Фланг Альбуркерке был совершенно расстроен, и герцог Энгиенский, оперативно перестроив свои еще бодрые эскадроны, нанес удар в тыл испанского центра, где располагались валлоны и немцы. Натиск французской конницы был стремителен, и противостоящие ей батальоны, в которых было слишком мало пикинеров и преобладали мушкетеры, были сметены и рассеяны.

Изенбург, увлеченно теснивший французскую пехоту, был атакован своевременно подоспевшим резервом, к которому вскоре присоединилась опомнившаяся после первой неудачной атаки конница. Немцы оказали сильное сопротивление (в отличие от конницы Альбуркерке это были более качественные войска), однако вынуждены были начать отход. Герцог Энгиенский без устали крушил второй и третий испанские эшелоны пехоты, и вскоре лучшая ее часть, испанские терции, оказалась в тактическом окружении. Генерал Фонтен не решился скомандовать отступление, поскольку не располагал точными сведениями о ситуации на флангах. Кроме того, он полагал, что вскоре к месту сражения должен подойти Бек.

Об этом помнил и французский командующий, который быстро привел в порядок потрепанную испанцами пехоту и, как только представилась первая возможность, бросил ее в атаку на испанские терции. Солдаты Империи в очередной раз подтвердили свою репутацию лучшей пехоты. Подпуская противника на близкое расстояние, испанцы давали убийственный залп, а потом атакующих встречала стена из пик. Французская конница бросается в новую атаку – всадников встречает ощетинившаяся стена. Место убитых занимали живые, теснее смыкались ряды. Терции таяли, однако были по-прежнему несокрушимы. Генерал Фонтен был убит во время отражения первой атаки, но его солдаты продолжали сражаться. Пока под Рокруа разворачивались такие драматические события, Гассион с отрядом кавалерии без особого труда захватил весь испанский обоз, армейскую казну и много других трофеев. Самому де Мело удалось покинуть поле сражения вместе другими отходящими в полнейшем беспорядке всадниками.

Три раза французы бросались на испанские терции и три раза вынуждены были отступить. К половине десятого утра герцог Энгиенский готовился атаковать в четвертый раз уже при помощи подтянутой сюда артиллерии. Со стороны испанцев, которых осталось к тому времени не более 8 тыс. человек, поступил сигнал начать переговоры. Их офицеры считали свое положение уже безнадежным – заканчивались боеприпасы, было много раненых. Французский командующий, которого вовсе не прельщала перспектива сражаться до последнего человека, готов был вступить в переговоры. В сопровождении офицеров он поскакал на холм, где держали позиции испанцы, но тут из их рядов прозвучали выстрелы. Может, какой-нибудь «капитан Алатристе» подумал, что противник снова наступает? Разъяренные таким обстоятельством, французы бросились в атаку, и началась резня, которую с трудом удалось прекратить к 10 часам. В живых осталось не более четверти испанцев.

Битва при Рокруа закончилась. Испанская армия потеряла, по разным оценкам, 5 тыс. убитыми и столько же пленными. Множество солдат разбежалось. Были потеряны более сотни знамен, вся артиллерия (18 полевых орудий и 10 осадных) и весь обоз. Есть данные, которые оценивают потери армии де Мело в 8 тыс. убитых и 7 тыс. пленных. Французы потеряли от 2 до 4 тыс. убитыми. Рокруа был деблокирован. Впервые доселе непобедимой испанской пехоте было нанесено столь серьезное поражение. Вестфальский мир 1648 г. завершил долгую Тридцатилетнюю войну, но не примирил Испанию и Францию, боевые действия между которыми продолжались до 1659 г. и закончились поражением Мадрида и королевской свадьбой. Финалом войны стала знаменитая битва в Дюнах 14 июня 1658 г., когда маршал Тюренн разбил испанские войска. По злой иронии судьбы и политического выбора ему противостоял победитель при Рокруа – Великий Конде – бывший герцог Энгиенский, соратник Тюренна по Фронде, перебежавший к испанцам. Испания все быстрее увядала, Франция возвеличивалась. Впереди ее ждала блистательная и богатая войнами эпоха Людовика XIV.
Автор: Денис Бриг


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Загрузка...
Комментарии 58
  1. Lester7777 23 мая 2016 07:26
    Битва, в которой погиб герой Артуро Переса-Реверте, великолепный Капитан Алатристе.
    "Это — испанская пехота!"

    Отличная статья, благодарю!
    1. DimanC 23 мая 2016 18:14
      а фильм получился полным отстоем. Даже эта фраза была как-то неуместной...
      1. Поморянин 24 мая 2016 09:31
        Цитата: DimanC
        а фильм получился полным отстоем.

        Учитывая то, что в нём снимались реконструкторы забесплатно?
    2. jktu66 25 мая 2016 20:46
      Статья-супер!!! Уже с год предпочитаю на ВО Военный Архив, надоела у.кро и экономическая тягомотина
  2. qwert 23 мая 2016 07:37
    Испанцы воевать умели.... в те времена
    1. SpnSr 23 мая 2016 23:18
      Бунтовали Испанские Нидерланды, свирепствовали английские корсары, а в самой Испании вдруг выяснилось, что она полностью зависит от импорта нескончаемого перечня различных вещей и материалов, поскольку собственные отрасли оказались не развитыми или деградировали.
      как напоминает советский союз! тоже многое было вынесено на периферию, и как эта периферия вела и ведет себя, а в те времена тем паче...
      это к аналогии!
      белая орда относительно всегда была цельным государством... поздние эпохи ближе к нам только подтверждают это! к примеру "поляки" в кремле, "швед" под Полтавой, наполеон, гитлер и самое близкое ес!!!
      институт папы, в более ранний период, был объединяющим фактором, но всякий раз когда "светский" правитель умирал, в белой орде(читай, европе) начиналась буча. основным фактором к этому была попытка захвата власти в белой орде(европе), особенно ввиду того, что многие из тогдашних правителей субъектов белой орды(европы), могли себя считать наследниками престола! пока они не определились в удовлетворении занимаемой территории, но всегда были не чужды прихватить кусок территории у соседа, особенно если сосед слаб или у него нет наследника!
      картинка сочная!
      1. SpnSr 24 мая 2016 09:42
        Цитата: SpnSr
        как напоминает советский союз!

        минусы это интересно, думал комент прочту, а тут вон оно чо!
        но куда более интересней было бы услышать реальные доводы! которых у вас нет и быть не может!!!, и в первую очередь по причине того, что историю можно интерпретировать по всякому, и на заборе тоже х... написано, однако это забор!
        а вот события современности как раз и говорят о том, что было именно так как описано в коменте, а другая трактовка истории, это простите х... на заборе, от чего забор остается забором, и не становится х....!!!
        почитайте историю внимательно! оцените сегодняшние события, и вы увидите причину и следствие!!!!!
        а все "истории" которые идут вразрез причинно-следственным отношениям современности, это простите фейк, для запудривания мозга!!!
    2. jktu66 25 мая 2016 20:54
      И шведы с франками какое-то время были крутыми вояками, похоже только русские и германцы в Европе смогли сохранять бойцовский характер последнее тысячелетие
      1. SpnSr 29 мая 2016 09:40
        Цитата: jktu66
        И шведы с франками какое-то время были крутыми вояками, похоже только русские и германцы в Европе смогли сохранять бойцовский характер последнее тысячелетие

        или это бойцов называли то франками то шведами! а германцы, как и шщведы это более позднее произведение, а вот эта картинка,
        как бы на поверку за всем шлаком не оказалось разгром европейской части атаманской империи!
        после чего империя распалась на более мелкие составляющие, а османы попытались перехватить нициативу, от чего геноциды тех, кто был несогласен с ними
  3. Reptiloid 23 мая 2016 08:07
    С удовольствием прочитал статью.
    .С удовольствием встретился со "старыми знакомыми"----французская аристократия и сопутствующие персонажи.
    Изучил схемы.Большое спасибо автору.
    1. Nekarmadlen 23 мая 2016 10:48
      Да уж ))) А Александр Дюма изображает выдающегося государственного деятеля кардинала Ришелье злобным демоном , терроризирующим благородных мушкетеров , хотя он всго лишь старался отстроить своевольное французское дворянство ....Хотя сам Дюма говорил " история это гвоздь , на который я вешаю свою картину "
  4. Комментарий был удален.
  5. Мур 23 мая 2016 09:14
    В фильме "Капитан Алатристе", считаю, великолепно показано:
    1. gaura 23 мая 2016 11:14
      Какая-то адская резня просто. Кто в ногах прополз, тот всех и убил, потому что человек с 2 метровым копьем ничего не видит и ничего сделать не может..
      1. Ратник2015 24 мая 2016 10:07
        Цитата: gaura
        Какая-то адская резня просто.

        Да, как и любая битва той эпохи. Для противодействия фалангам пикинёров были различные комбинации - например пеших щитоносцев с металлическими щитами и мечами, или тех же бронированных солдат с двуручниками, или те же небронированные "подныриватели" под копья. Но в итоге всё решила артиллерия.
    2. Алексей Т. (Опер) 23 мая 2016 12:15
      Бросаются в глаза две вещи:
      1. Почему кавалерия атакует без копий? Копье было основным оружием кавалеристов вплоть до 18 века, пистолет, меч (сабля) - вспомогательное оружие.
      2. Где алебардисты в терции? Именно они составляли задние ряды, прикрывая пикинеров от тех пехотинцев противника, которые прорывались в ближний бой.
      1. Мур 23 мая 2016 13:59
        Цитата: Алексей Т. (Опер)
        1. Почему кавалерия атакует без копий? Копье было основным оружием кавалеристов вплоть до 18 века, пистолет, меч (сабля) - вспомогательное оружие.

        Потому что это рейтары, которые ещё в 16-м веке отказались от копий в пользу 3-4-х пистолетов (длина около метра) и тяжёлой шпаги, что позволяло отстреливать жандармов и пикинёров, не входя в их "зону поражения", но не спасало от мушкетёров.
        От них кавалерию вообще ничего не спасало, кроме их же, мушкетёрской, возни со штатным вооружением smile .
        1. Алексей Т. (Опер) 23 мая 2016 14:25
          Ну может быть конечно. Хотя на мой взгляд достаточно странно. Учитывая не высокие ТТХ пистолетов XVI-XVII веков, эффективность их в сравнении с копьем под большим вопросом. Из него даже в коня попасть проблематично, не говоря уж о защищенном 5-мм кирасой двигающемся человеке.

          Но пока спорить не буду. надо будет Жукову этот вопросец задать.
          1. Svidetel 45 24 мая 2016 00:33
            Ну это вы явно загнули с "5-ти мм кирасой" . она была значительно тоньше, если судить по тому. что выставлено в музеях, 1.5-2 мм. Нетрудно подсчитать вес такой, 5-ти мм кирасы, он был бы неподъемный, во всяком случае для того, чтобы активно двигать в схватке.
        2. sivuch 23 мая 2016 15:48
          Формально жандармы еще существовали ,но и у них копье уже не применялось.Официально отменил еще Анри 4-ый,но,вероятно ,он лишь узаконил сложившееся положение.
          А алебарды и двуручники исчезли еще в 16 веке
          1. Алексей Т. (Опер) 23 мая 2016 16:23
            Цитата: sivuch
            А алебарды и двуручники исчезли еще в 16 веке

            Алебарды в качестве строевого оружия существовали вплоть до наполеоновских войн.

            Двуручники тоже применялись вплоть до конца XVII века.
            Вот здесь к примеру обзор артефакта - двуручника-фламберга конца XVI - начала XVII веков.

            http://mreen.org/armiya-frundsberga-armee-georg-von-frundsberg/dvuruchnyy-mech-f
            lambreg-1590-1617gg-obzor-artefakta-i-kratkiy-ekskurs.html
      2. Комментарий был удален.
      3. kalibr 23 мая 2016 15:27
        Во Франции копье как оружие всадника отменили в 1601 году.А про алебардистов у испанцев я что-то не слышал.Откуда про задние ряды? Я просто не встречал такого.
        1. Алексей Т. (Опер) 23 мая 2016 15:40
          Насчет испанцев, знаю что у них задние ряды терций составлялись из легких пикинеров (piqueros secos), вооруженных кузами, глефами и алебардами и облаченными в неполный доспех - кираса с тассетами, например, без защиты рук и плеч, соответственно, и без защиты ног.
          Хотя вполне возможно что к периоду битвы при Рокруа состав терций изменился в сторону уменьшения солдат вооруженных холодным оружием.

          Я пока не готов точно ответить. Постараюсь в ближайшее время уточнить.
          1. Riv 24 мая 2016 14:47
            Изменился, да. Аркебузиров стало больше. Но не у испанцев! При Рокруа они по сути и поплатились за свой консерватизм. Собственно этим битва и значима для истории военного дела: после нее окончательно сформировалось понятие "плотность огня".

            Огнестрельное оружие к тому времени уже достигло значительного совершенства и, как следствие, начало стандартизовываться под единый калибр. Мушкеты потеряли в весе, стали дешевле в изготовлении. Уже через несколько лет после Рокруа шведы блестяще продемонстрируют на поле боя линейную тактику.

            А потом выяснится, что она позволяет набирать в армию всякий сброд, в который унтер-офицеры сумеют вбить подобие дисциплины. Армии начнут стремительно расти в числе.
            Riv
            1. AK64 24 мая 2016 15:54
              Аркебузиров стало больше. Но не у испанцев!

              Есть и противоположное мнение: что причиной разгрома валлийских терций была недостаточно высокая доля пикинёров в них.
  6. Knizhnik 23 мая 2016 09:30
    Интересная статься.
    Следует добавить, что личный состав терций был очень качественным. Что не помешало им в итоге потерпеть поражение, впервые в истории.
  7. AK64 23 мая 2016 10:27
    Уж очень художественно.
    Буков много, А разбора полётов нет.
    Честно просто лень все эти художественные изыски читать.

    Глубокое ИМХО: "герой" битвы при Рокруа -- Бек. Именно его предательство и стало причиной поражения и разгрома.
    1. sivuch 23 мая 2016 10:50
      Да не был он никаким предателем.Просто основательный,нетороплиывй немец
      1. AK64 23 мая 2016 12:26
        Да не был он никаким предателем.Просто основательный,нетороплиывй немец

        Ну да -- основательно так не выполнил прямой приказ в виду неприятеля.
        А де Мело, надобно скзать, весь бой планировал довольно рисковано, с учётом войск Бека. И цель риска была -- полное уничтожение французов.
        Поэтому де Мело и пропустил французов через дефеле (вместо того чтобы бить их при дебушировании): будь Бек на месте, и французам просто некуда было бы бежать.

        Подобное же выкинул Груши в 1815-м. Но Груши хоть прикрылся приказом Наполеона. А вот у Бека приказ был немедленно идти на соединение.
        1. Ратник2015 24 мая 2016 10:09
          Цитата: AK64
          Ну да -- основательно так не выполнил прямой приказ в виду неприятеля.
          А де Мело, надобно скзать, весь бой планировал довольно рисковано,

          Кстати то же самое приключилось у Суворова с Меласом (таким же основательным немцем) в сражении при Треббии - тот также не выполнил прямого приказа задержав свободные силы у себя и поставив русские части на грань поражения.
      2. xan 23 мая 2016 13:30
        Цитата: sivuch
        Да не был он никаким предателем.Просто основательный,нетороплиывй немец

        Точняк! Без Бека ввязываться в битву при Рокруа было нельзя, испанцев было значительно меньше. А Бек воевал с Мело не первый год и знал, что тот всегда ненужно торопит. Мело надо было послать сто гонцов с твердым приказом и разъяснением, почему его надо выполнить. На мой взгляд виноват Мело, понимавший цену выполнения своего приказа, ну и Бек тоже естественно. После Рокруа испанская пехота не перестала быть отличной. А вот Испания как государство просто чемпион по упущенным возможностям, и все благодаря бюрократическому застою с феодальным оттенком и католической церкви с ее инквизицией. Единственная супердержава Средневековья профукала ростки капитализма и развитие новых производственных отношений, а с ними и свой статус. К испанским вооруженным силам претензий нет, воевали всегда достойно.
        xan
        1. AK64 23 мая 2016 13:36
          Точняк! Без Бека ввязываться в битву при Рокруа было нельзя, испанцев было значительно меньше.

          Можно. Просто план строить надо бы было по другому -- контратаковать когда французы дебушировали из дефеле.

          А Бек воевал с Мело не первый год и знал, что тот всегда ненужно торопит.

          Это позднейшие откоряки призванные обелить Бека. Предатель он (как и Груши в 1815-м)

          Испания как государство просто чемпион по упущенным возможностям, и все благодаря бюрократическому застою с феодальным оттенком и католической церкви с ее инквизицией. Единственная супердержава Средневековья профукала ростки капитализма и развитие новых производственных отношений, а с ними и свой статус.

          Это тоже легенда значительно позднейшего времени.
        2. Комментарий был удален.
  8. D-Master 23 мая 2016 10:31
    Автору огромное спасибо. Отличный экскурс в историю, очень подробное изложение материала, читается легко на одном дыхании. Ждем новых статей!
  9. chunga-changa 23 мая 2016 10:55
    Отличная статья.
  10. Оболенский 23 мая 2016 13:15
    Прекрасная статья. Прочитал с огромным удовольствием. Спасибо автору.
  11. Kenneth 23 мая 2016 13:53
    Не раскрыта тема участия Д'Артеньяна. :)
    1. kalibr 23 мая 2016 15:29
      Он в битве в Дюнах побеждал. См. "Железная Маска" с Жаном Маре!
      1. Kenneth 23 мая 2016 15:54
        Чисто по жизни прототип участвовать не мог так как вступил на службу на след год после битвы. Персонаж Дюма тоже не мог так как рота мушкетеров оставалась с королем в Париже и в битве не участвовала.
  12. Alexey-74 23 мая 2016 14:06
    Автору спасибо.
  13. certero 23 мая 2016 15:53
    Цитата: Алексей Т. (Опер)
    Ну может быть конечно. Хотя на мой взгляд достаточно странно. Учитывая не высокие ТТХ пистолетов XVI-XVII веков, эффективность их в сравнении с копьем под большим вопросом. Из него даже в коня попасть проблематично, не говоря уж о защищенном 5-мм кирасой двигающемся человеке.

    Рекомендую детальнее ознакомится с вопросом вооружения конницы того времени, в частности с рейтарами.
    Даже термин "кароколирование" появился, когда первая шеренга всадников после залпа перестраивалась в тыл для перезарядки.
    1. Kenneth 23 мая 2016 16:21
      Рекомендую ознакомиться хотя бы с википедией. Караколь маневр пехотных подразделений. Рейтары перезаряжались отъезжая на безопасное расстояние, или врубались в строй пехоты если выстрелы пробивали в строю достаточную брешь.
      1. Алексей Т. (Опер) 23 мая 2016 17:58
        Вопрос: а как они будут перезаряжаться в кавалерийской сшибке? С седла попасть из того пистоля во всадника - задача далеко не тривиальная. И на мой взгляд в этой ситуации копье-то понадежнее будет.
        1. Ратник2015 24 мая 2016 19:45
          Цитата: Алексей Т. (Опер)
          Вопрос: а как они будут перезаряжаться в кавалерийской сшибке? С седла попасть из того пистоля во всадника - задача далеко не тривиальная.

          Редко в атаке. Поэтому вооружались 2-6 пистолетами.
          Хотя конное караколирование практиковалось.
          Вообще у кавалерии всегда был вопрос - что лучше - удар холодным оружием на скаку или огонь с коня (например перед тем же ударом холодным оружием для проделывания брешей).
    2. Алексей Т. (Опер) 23 мая 2016 16:24
      Обязательно воспользуюсь Вашим предложением. Особенно если поможете соответствующими ссылками. smile
  14. Kenneth 23 мая 2016 15:56
    Теперь бы еще статью про то как в первый раз надрали холку непобедимым швейцарцам
  15. Plombirator 23 мая 2016 16:47
    Цитата: Kenneth
    Теперь бы еще статью про то как в первый раз надрали холку непобедимым швейцарцам

    Если Вы,уважаемый коллега о сражении у Сен-Жакоб-эн-Бирс 26 августа 1444 года,то почему бы и нет-тема интересная.Постараюсь написать к дате,если все будет хорошо.))
    1. Kenneth 23 мая 2016 17:10
      Надо-же не знал. Спасибо. Я имел в виду битву при Мариньяно, но она случилась много позже. Хотя при Сен-Жакоб-эн-Бирс у швейцарцев были задействованы ополчения, а не наемные части как при Мариньяно.
    2. Алексей Т. (Опер) 23 мая 2016 20:59
      И про битву при Павии тоже интересно было бы почитать. И про битву при Бикокке.
    3. sivuch 24 мая 2016 09:03
      И там тоже будет фигурировать цифра в 40000 французов дофина против 1500-2000 доблестных швейцарцев?
      И тогда уж можно вспомнить и кондотьера Карманьолу.У него тоже получилось
      1. Velizariy 24 мая 2016 11:08
        Речь шла о гарнизоне, в котором имелось от 15000 до 20000 швейцарских наемников. Не 1500-2000! Тоесть кроме этих наемников были еще кто то.
        Французская армия насчитывала примерно 40 000 человек
        1. sivuch 24 мая 2016 12:01
          Полагаю,что осетра надо очень сильно урезать -воинства в 40000 комбатантов у французов не было даже при Азенкуре,Вернее и Краване.А в сражениях последнего периода - Пате,Форминиьи,Кастильоне вообще никогда не набиралось даже и 10000.
          А что там писали отдельные хронисты - отдельный разговор,это как Геродот при Марафоне насчитал миллион персов
    4. Ратник2015 24 мая 2016 10:04
      Прекрасная статья, спасибо Денис ! Плюс заслуженно !
  16. Reptiloid 23 мая 2016 18:44
    Читал,что существует предположение о разного рода проклятиях у Индейцев. Да,индейское золото не пошло впрок Испанской империи(инфляция золота ), но у Индейцев ---тоже не идеал.Атавальпа(сам прямой потомок королей народа Киту),был ПРОКЛЯТ своим предшественником Васкаром,последним легитимным(чистокровным )Великим Инкой !За резню почти всего населения Куско,которую он устроил с целью упрочения своей власти!
    А у Моктесумы религиозные идеи были "выше" политических и экономических---надстройка выше базиса!Что и погубило Империю!Если бы Моктесума не "охотился за Жертвами",а ассимилировал бы другие племена, этого бы не было!
    Хотя это не оправдывает жестокостей конкистадоров.
    Милостив Стин.гл."Государство инков.Слава и смерть " сыновей солнца"".Москва. "Прогресс"1986.
    Уорвик Брей."Ацтеки.Быт.Религия.Культура."Москва.Цетрполиграф.2005.
  17. mamont5 24 мая 2016 18:17
    Благодарю! Очень интересно.
  18. Villiam Wolf 24 мая 2016 22:55
    Великолепная статья! Спасибо! wink
  19. napalm 27 мая 2016 15:58
    Очень интересно спасибо. А если и про выше названные битвы будут статьи то вообще будет здорово.
  20. JääKorppi 30 мая 2016 11:44
    Отличная статья!! Прекрасное и понятное описание сражения и причины поражения испанцев. Но! Она, как и многие другие статьи, при определение численности испанских войск не учитывает те подразделения, которые учавствовали в тот момент в осаде Рокруа! Гарнизон составлял около 1000 солдат, значит, чтобы не допустить попытку прорыва, как минимум около трёх тысяч испанской армии должны были в момент битвы занимать позиции вокруг города!
  21. AllXVahhaB 13 июня 2016 19:28
    Испанская терция сила!!!
  22. alexej123 26 сентября 2016 15:55
    Спасибо Денис! Других слов просто нет.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня