Фронтовое небо маршала Е.Ф. Логинова

Фронтовое небо маршала Е.Ф. Логинова


Маршал авиации Евгений Федорович Логинов отдал Аэрофлоту одиннадцать лет, а всего авиации сорок пять, пройдя путь от младшего военного летчика до министра гражданской авиации. Ему не было девятнадцати, когда в 1926 году сына капельмейстера военного оркестра и портнихи приняли в Ленинградскую военно-теоретическую школу летчиков. Закончив затем Борисоглебскую школу военных летчиков, молодой авиатор начал уверенное движение по командирским должностям в частях ВВС, сначала под Ленинградом, затем на Дальнем Востоке. Старший летчик, командир звена, командир отряда, помощник командира бригады... Войну Евгений Логинов встретил в чине подполковника, а закончил ее генералом. Руководимые им соединения Авиации Дальнего Действия (17-я авиационная дивизия и 2-й бомбардировочный авиакорпус), участвовали в боях за Москву и Ленинград, Брянск, Волгоград, Будапешт, Берлин.

После войны, окончив авиационный факультет Высшей военной академии Вооруженных Сил, Е.Ф. Логинов последовательно занимал должности генерал-инспектора Главной инспекции МО, начальника факультета и заместителя Краснознаменной военно-воздушной академии по учебной и научной работе, заместителя главнокомандующего ВВС СА. В 1959 году Е.Ф. Логинов назначается начальником Главного управления Гражданского Воздушного Флота при Совмине СССР, а в 1964 году, после преобразования Главного управления в Министерство, - министром ГА СССР. С его именем связаны многие крупнейшие преобразования в Аэрофлоте. Именно в шестидесятые годы в стране значительно расширилась сеть воздушных сообщений, бурное развитие получили международные полеты, самолетный парк пополнился новейшими реактивными авиалайнерами, значительно укрепилась материально-техническая база гражданской авиации. Его работа в Гражданской авиации - это особая тема, достойная отдельной статьи. В этой же речь пойдет о его участии в Великой Отечественной войне, на фронтах которой он сражался с лета 1941 года до ее окончания.


Фронтовое небо маршала Е.Ф. Логинова

В августе 1941 года Логинов получил назначение командиром 51-й дальнебомбардировочной дивизии, которая начала свою боевую работу в сражении под Москвой. Правда, в первые фронтовые дни пришлось «работать» не по специальности: война внесла существенные изменения в применение дальнебомбардировочной авиации. Тяжелые условия на фронте, быстрое продвижение противника вглубь страны, большие потери фронтовой авиации вынуждали использовать ее в основном для ударов по немецким танковым и механизированным колоннам. И чем дальше развивались военные действия, тем большая необходимость в этом ощущалась.

30 сентября 1941 года, в ходе осуществления германской операции «Тайфун», вторая танковая группа генерала Гудериана всей своей мощью ударила по войскам Брянского фронта и поставила их в тяжелое положение. Одно за другим появлялись новые направления: можайское, волоколамское, наро-фоминское, мало-ярославское, калужское, калининское... Ставка Верховного Главнокомандующего привлекла в помощь Брянскому фронту основные силы дальнебомбардировочной авиации (четыре авиадивизии, в том числе и 51-ю дальнебомбардировочную) и 81-ю авиадивизию особого назначения. Дальние бомбардировщики действовали ночью, давали возможность нашим наземным войскам выиграть время для перегруппировки и занятия новых оборонительных рубежей. Однако обстановка под Москвой катастрофически ухудшалась.

Авиация работала с огромным напряжением. Логинов проявлял поистине неистощимую энергию в поисках возможностей для повышения эффективности бомбовых ударов. В первую очередь, он, благодаря выполнению экипажами по три-пять заходов на цель, увеличил время воздействия на противника до 10-15 минут. Имея определенный опыт методической подготовки экипажей, он стал успешно применять специально разработанную для этого тактику. При сильной противовоздушной обороне самолеты обычно подходили один за другим таким образом, чтобы над целью находилось одновременно не менее трех-четырех, что рассредоточивало огонь зенитных орудий.

Особенно успешно дивизия действовала по аэродрому под Орлом (немцы организовали здесь основную базу своего воздушного флота, которая действовала на московском направлении). Только в октябре 1941-го экипажи дивизии смогли уничтожить и вывести из строя порядка 150 вражеских самолетов.

Другой успешный и широко известный боевой вылет был выполнен на аэродромный узел в районе Орши, куда противник стянул до 150 самолетов для ударов по советским войскам, ведущим оборону на московском направлении. Цель заманчивая, но исключительно сложная для полета. Аэродромы были прикрыты огромным количеством зениток. В воздухе постоянно патрулировали вражеские истребители. Поразить в темноте цели, которые днем отыскать нелегко, да еще под сильным вражеским огнем, было действительно нелегко.

Логинов решил сам повести группу бомбардировщиков. Немцы встретили наши самолеты сильным зенитным огнем. Небо усеяли хлопья от разрывов снарядов. С земли вверх тянулись пунктирные линии от трассирующих пуль вражеских пулеметов. Но экипаж Логинова действовал хладнокровно, смело и решительно. По его команде был умело произведен противозенитный маневр по высоте и направлению, экипаж сбросил бомбовый груз на стоянки самолетов. Этот маневр послужил сигналом для действия остальных экипажей. По освещенным целям нанесли удар следовавшие за лидером бомбардировщики. В результате советские летчики уничтожили до тридцати самолетов противника.

Фронтовое небо маршала Е.Ф. Логинова


Наступившая зима ограничила возможности противника в использовании автомашин. Основные перевозки стали производиться железнодорожным транспортом. Действия дальнебомбардировочной авиации по железнодорожным коммуникациям приобрели особо важное значение. Уже в конце ноября количество самолетовылетов на эти цели значительно возросло, а в начале декабря они стали основными. Особенно интенсивным бомбовым ударам подвергались железнодорожные узлы в Вязьме и Смоленске. От этих налетов немецкие войска понесли большие потери, а фронтовые части лишались существенной поддержки в пополнении свежими силами, техникой и боеприпасами. Все это существенно помогло наступлению Красной Армии, отбросившей фашистов от Москвы.

В составе Авиации Дальнего Действия.

5 марта 1942 года ГКО СССР принял постановление об организации АДД (Авиации Дальнего Действия). Дальнюю и тяжелую бомбардировочную авиацию вывели из подчинения командующего ВВС и передали в непосредственное распоряжение Ставки Верховного Главнокомандования. В состав АДД вошли восемь дальнебомбардировочных авиадивизий, несколько аэродромов, оборудованных взлетно-посадочными полосами с твердым покрытием. Передали в АДД и 17-ю дальнебомбардировочную авиадивизию, а ее командиром назначили полковника Е.Ф. Логинова.

Получив новое назначение, Е.Ф. Логинов продолжал совершенствовать тактику действий бомбардировщиков, широко используя накопленный опыт. Одной из задач, которую приходилось выполнять бомбардировщикам в ходе войны, было разрушение мостов через реки, которые служили важным объектом осуществления транспортных связей. Бомбовые удары по мостам имели свою особенность. Чем ниже высота полета над целью, тем меньше рассеивание сбрасываемых бомб, тем выше точность. Однако при бомбардировке с малых высот осколки и взрывная волна от собственной бомбы создавали угрозу повреждения самолета. Поэтому оборонная промышленность освоила производство специальных мостовых авиабомб МАБ-250. Они представляла собой 250-килограммовую фугасную авиабомбу, спускаемую на парашюте и снабженную захватами для зацепления за фермы ж/д моста. В результате самолет до ее взрыва успевал удалиться на безопасное расстояние.

Использование МАБ-250 требовало определенной методики. Требовалось отработать тактические приемы, обеспечивающие выход на цель в темное время суток и с малых высот, при одновременном преодолении противодействия всех средств вражеской ПВО. Командование АДД поручило 17-й авиадивизии провести учебные бомбардировки крупного железнодорожного моста, находящегося в Подмосковье. Логинов активно занялся выполнением этого ответственного задания. Бомбы, естественно, сбрасывались без взрывателя, а в остальном обстановка была создана как в боевых условиях. Для выполнения поставленной задачи отобрали лучшие экипажи. Летчики изучили авиабомбу МАБ-250, тщательно отрабатывали оптимальные варианты бомбосбрасывания. Каждый учебный вылет подробно анализировался, вносились соответствующие коррективы. Командование АДД обобщило опыт применения МАБ-250, авиачастям были даны конкретные рекомендации, в результате чего экипажи дальних бомбардировщиков с успехом уничтожали ей мосты и переправы.

Фронтовое небо маршала Е.Ф. Логинова

По приказу Ставки, ночью 18 мая 1942 года порядка семидесяти самолетов 3-й и 17-й авиадивизий АДД произвели бомбардировку железнодорожных узлов Смоленска, Вязьмы, Полтавы и Харькова. Мощные массированные удары АДД наносила по Сещанской авиабазе противника, где базировались значительные силы немецких люфтваффе. Наши разведчики держали эту авиабазу под постоянным контролем, оперативно передавали командованию фронта сведения о ее деятельности. В частности, своевременно сообщили, что на аэродроме скопилось большое количество вражеских самолетов. Ночью 30 мая по аэродрому Сеща был нанесен мощный бомбовый удар, в результате которого было уничтожено около 80 фашистских бомбардировщиков. Кстати, в многосерийном фильме «Вызываем огонь на себя» был показан ночной налет на вражеский аэродром и впечатляющие его результаты: груды металлолома от самолетов, уничтоженные склады боеприпасов и бензохранилищ. Так вот, документальной основой этого сюжета послужили действия наших разведчиков и партизан, а также налет советских самолетов на Сещанскую авиабазу, в которой участвовали экипажи 17-й авиадивизии.

Рядом со смертью.

Лето 1942 года. Фашисты, прорвав фронт в районе излучины Дона, устремился к Волге. Наши войска отходили на восток. Битва на подступах к Сталинграду превращалась в центральное сражение Отечественной войны. Ставка Верховного Главнокомандования направляла в этот район почти все имеющиеся в ее распоряжении авиационные резервы, старалась высвободить для сражения на Волге лучшие и боеспособные авиационные части. Среди них была и 17-я авиационная дивизия генерал-майора авиации Логинова (это звание ему присвоили 6 мая 1942 года). Три полка дивизии (22-й, 750-й и 751-й) постоянно были в работе. Помимо выполнения главной задачи - действия по глубоким тылам немцев, они наносили удары и по фронтовым объектам: по скоплениям германских войск, в первую очередь, по переправам через Дон и Тихую Сосну.

Логинов умело руководил действиями бомбардировочных групп, которые летали на задания чуть ли не круглые сути. «Все мы, - вспоминал Герой Советского Союза И. Киньдюшев, сражавшийся в военные годы в соединениях, которыми командовал Е.Ф. Логинов, - с большим уважением относились к этому человеку. Уважали его за простоту, внимание к людям, а самое главное - за организаторское умение, талант авиационного командира. Потребность в бомбардировщиках была огромная, а их не хватало. Поэтому каждый самолет генерал стремился использовать эффективнее. Действия каждого экипажа Логинов брал под личный контроль. А нередко и лично вылетал в район бомбардировок».

На какое-то время малоизвестный городишко Коротояк стал объектом действий бомбардировщиков дивизии. В его районе у переправы скопилось значительное количество вражеских войск. Для выполнения заданий Логинов отобрал лучшие экипажи. А в одном из вылетов сам принял участие - полетел на ДБ-3, который повел майор Михаил Урутин. Вместе с привычными бомбами на наружные балки подвесили специальные устройства, начиненные зажигательными ампулами. Для безопасности транспортировки ампулы пересыпали песком, хотя определенная опасность все-таки сохранялась - одного попадания даже осколка снаряда хватало для воспламенения. И, тем не менее, загружая эти зажигательные ампулы, шли на риск, поскольку они имели сильное психологическое воздействие на врага. Когда часть ампул разбивалась в воздухе, под бомбардировщиком появлялась быстро спускающаяся на землю огненная лавина, которая накрывала большую площадь.

Вылетели ночью. Цели обнаружить не составляло труда: там догорала подожженная при бомбардировке вражеская техника. На высоте 1400 метров экипаж стал на боевой курс. Навстречу нашим самолетам немцы открыли шквальный огонь. Разрывы вражеских снарядов то и дело вспарывали небо. Штурман майор Мацепрас сбросил наружную подвеску. Темное небо прорезала широкая и длинная полоса яркого огня - это горящие ампулы устремились к земле. Урутин вывел бомбардировщик из зоны обстрела и повернул на повторный заход. Он со снижением вывел машину к самой цели. С малой высоты Логинову было удобнее вести наблюдение, чтобы максимально детально оценить действия своих экипажей. Однако в этот момент вражеские зенитки участили огонь. Урутин попытался вывести ДБ-3 из опасной зоны, но не успел. Один из снарядов попал в самолет. Бомбардировщик задрал нос, затем накренился и стал терять высоту. Кабина наполнялась дымом. Бомбардировщик загорелся. В наушниках Логинов услышал голос Урутина: «Всем покинуть машину!»

Мацепрас быстро открыл нижний люк. Надо покидать бомбардировщик. Логинов вывалился из самолета и сразу же дернул за вытяжное кольцо парашюта. И вовремя - запас высоты был небольшим. Приземлился удачно, на дно оврага. Сразу стал высвобождаться от парашютных лямок. И тут же ощутил сильную боль в ноге. В изнеможении откинулся на спину. Осколок от разорвавшегося снаряда зацепил его. Осторожно пошевелил второй ногой, руками... Вроде бы все в порядке.

С первыми лучами солнца, установив по карте примерное местонахождение, отправился в путь, на восток. Решил держаться поближе к дорогам, надеясь, что, может быть, встретит наши отступающие войска. Но двигались лишь колонны германских танков и мотопехоты. Приходилось проявлять осторожность и осмотрительность. Малейшая оплошность могла привести к тому, что его обнаружат. Старался обходить оживленные места, чтобы не встретиться с врагом. Ориентировался по отзвукам артиллерийского огня, доносившегося с линии фронта.

Еще один день прошел в пути. Беспокоила раненая нога. Только на третьи сутки Логинов вышел к Дону и на подручных средствах переплыл его. Лишь оказавшись на другом берегу, вздохнул с облегчением. Кажется, все испытания позади. Но неожиданно начались неприятности. Его, ступившего на берег, задержали бойцы из боевого охранения. Попробовал убедить бойцов, что он свой, советский летчик, сбит под Коротояком, но те не поверили. А сообщение Логинова, что он командир дивизии, вовсе сочли за домысел. К счастью, после прибытия на полковой командный пункт на выяснение личности комдива времени не потребовалось. Здесь уже знали о сбитом самолете с генералом на борту. За Логиновым быстро прислали самолет По-2. Майор Урутин, стрелок-радист Гаранкин и воздушный стрелок Шариков, покинувшие самолет вслед за Логиновым, также сумели прорваться к своим. А вот судьба штурмана Мацепраса оказалась трагической. Покинув самолет, он преждевременно раскрыл парашют. Его стропы зацепились за хвостовое оперение и штурман погиб...

Берлин, Ржев, Сталинград…

Врачи настояли, чтобы Логинова положили во фронтовой госпиталь. Но там он пробыл недолго - через две недели вернулся в строй. За наскоро сбитыми столами, стоявшими в сосновом бору, расселись пилоты и штурманы. На стволах сосен развесили карты, схемы, таблицы расчетов. Слегка прихрамывая, опираясь на палку, появился Логинов. Все дружно встали, по-уставному приветствуя командира. И с радостью, и с любопытством. Если пожаловал еще не оправившийся полностью от ранения комдив, значит, предстоят важные задания. Логинов, умевший ценить время, сразу же перешел к делу. Неторопливо и четко зачитал приказ о нанесении массированных ночных ударов по вражеским военно-промышленным объектам и коммуникациям, находящимся на предельном радиусе действия самолета Ил-4. Закончив чтение приказа, комдив сообщил, что ночью 19 июля им поручено произвести налет на объекты Кенигсберга. Полеты в глубокий вражеский тыл врага требовали от экипажей умения бережно расходовать топливо. Логинов назвал фамилии наиболее опытных и умелых командиров экипажей, способных также выдержать большое напряжение.

Фронтовое небо маршала Е.Ф. Логинова


Сразу же после разбора стали готовиться к полетам. Начался новый этап деятельности соединения, которым командовал Логинов - налеты на германские военно-промышленные объекты. В числе этих объектов, конечно, был Берлин, что, помимо военного, имело еще и большое политическое значение.

На 27 августа назначили очередной налет на немецкую столицу. Самолеты взлетели в сумерках. Шли над морем до траверзы Штеттина. Потом резко свернули на юг. Внизу проплывала вражеская территория. Не единожды фашистские прожекторы пытались поймать наши бомбардировщики, вели по ним огонь и зенитки. И вот столица гитлеровского рейха. С высоты легко распознавались крупные промышленные и военные объекты. Вниз полетели бомбы. На земле возникли огненные шапки взрывов, появились языки пламени. Черный дым столбами поднимался в небо.

Обратный полет прошел без происшествий. Приземлившись на своем аэродроме, узнали, что германское радио передано сообщение, что Берлин бомбила английская авиация. Летчики (а они в силу специфики своей деятельности прослушивали эфир) обычно спокойно относились к такой дезинформацией. Но в этот раз они обратились в «Правду» с просьбой отпечатать листовки о том, что это именно русские бомбят Берлин. И в очередном боевом вылете сбросили их над фашистской столицей. Пусть немцы знают правду.

В тяжелые дни августа 1942 года 17-ой авиадивизии приходилось действовать на западном направлении. В конце лета войска Западного и Калининского фронтов вели подготовку к проведению Ржевско-Сычевской операции. Она должна была несколько облегчить сложное положение под Сталинградом - оттянуть на себя силы противника, сковать его резервы и помешать их переброске к волжским берегам. 30 июля части Калининского фронта начали наступление на участке левого фланга, однако прорвать мощную вражескую оборону и продвинуться вперед не смогли. Общее наступление перенесли на 4 августа. Оно нуждалось в активной поддержке авиации. Ставка поставила перед АДД задачу: массированными ударами способствовать прорыву сильно укрепленной вражеской обороны.

Шесть авиадивизий АДД выполняли эту задачу. 250 бомбардировщиков наносили массированные удары по немецким войскам в районе Ржева. Летчики 17-й авиадивизии шли к цели во второй волне наших групп. Налеты эти оказали заметную помощь нашим войскам. После возобновления наступательных действий войсками Западного и Калининского фронтов к 20 августа было освобождено 610 населенных пунктов.

Фронтовое небо маршала Е.Ф. Логинова

Ночью 24 августа самолеты АДД провели бомбардировку фашистских войск в районе Сталинграда, где крайне осложнилась обстановка. Даже ранее запланированные удары некоторых соединений перенацеливались с западных направлений на сталинградское. 17-я авиадивизия генерала Е.Ф. Логинова бомбила скопления фашистов на переправах через Дон в 35-60 километрах северо-западнее Сталинграда.

Основными задачами АДД, согласно плану Ставки, были борьба с немецкими резервами, срыв вражеских оперативных перевозок по железным дорогам, уничтожение германских самолетов на аэродромах. И, в первую очередь, расположенных за пределами радиуса действия фронтовой авиации.

В первые дни контрнаступления стояла плохая погода. Авиация оказалась на приколе. Но как только погода улучшилась, 17-я авиадивизия, как и все соединения АДД, начала активные действия. Три дивизии были нацелены на окруженную группировку. Основной удар по центру наносила 17-я авиадивизия АДД. Для воздушных ударов использовалась каждая возможность. Ночью 15 января дивизия бомбардировала аэродром в районе Питомника, который активно использовался немецкими транспортными самолетами, снабжающими окруженную 6-ю армию. От ударов наших бомбардировщиков были подожжены и сгорели шесть транспортных Ju-52.

Гвардейцы.

В начале весны 1943 года наиболее отличившиеся в борьбе с врагом соединения и подразделения АДД были удостоены звания гвардейских. В числе их и 17-я авиадивизия, получившая наименование 2-й гвардейской.

По решению ГКО от 30 апреля 1943 года были проведены организационные изменения в АДД. На базе одиннадцати отдельных авиадивизий сформировали восемь авиакорпусов. Цель этих преобразований - усилить мощь бомбардировочных соединений в предстоящем наступлении на всем советско-германском фронте. Генерал-лейтенант Е.Ф. Логинова стал командиром 2-го авиакорпуса.

Боевое крещение 2-й авиакорпус АДД принял в Курской битве. Он активно участвовал как в оборонительных, так и в наступательных боях. Его экипажи днем и ночью вели бомбардировку обороны противника, передвигающихся вражеских войск, магистралей, по которым велось снабжение фронтовых частей. В то же время корпус выполнял основную свою задачу - действовал ночью по глубоким немецким тылам. Особенно весомый вклад состав корпуса внес в освобождение Брянска, за что получил наименование: 2-й Брянский авиакорпус дальнего действия.

...После победы под Курском советские войска развернули наступление по освобождению левобережной Украины и Донбасса, западных областей Российской федерации, восточных районов Белоруссии, форсированию Днепра. Авиакорпус Е.Ф. Логинова принимал участие почти во всех этих операциях, помогал нашим наземным войскам взламывать оборону противника и успешно развивать наступление. В тот же период летчики корпуса продолжали бомбить глубокие тылы противника.

Весной 1944 года полки и дивизии дальних бомбардировщиков, в том числе и 2-ой Брянский авиакорпус, участвовали в упорных боях за Крым. Его бомбардировщики наносили воздушные удары по оборонительным сооружениям, артиллерийским позициям, железнодорожным узлам, кораблям и аэродромам противника, оказывали поддержку советским войскам в прорыве глубоко эшелонированной обороны противника на Перекопе и Сивашском плацдарме, в боях за Севастополь.

В марте-апреле 1944 года, одновременно с участием в боях за Севастополь, корпус Е.Ф. Логинова начал действовать в интересах войск, развернувших наступление по освобождению правобережной Украины. Ударами по железнодорожным дорогам, мостам, резервам они поддерживали войска фронтов, обеспечивая успешное завершение освобождения правобережной Украины.

Освобождение Европы.


Фронтовое небо маршала Е.Ф. Логинова

Чем энергичнее развивалось наше наступление на всем протяжении советско-германского фронта, тем все дальше на запад перемещались цели для действий авиакорпуса Е.Ф. Логинова. Активное участие он принимал в Белорусской операции, в освобождении Минска и Бреста, за что его авиачасти были удостоены наименования этих городов. Многие авиаторы корпуса проявляли образцы мужества и геройства. Стоит отметить, что Евгений Федорович постоянно следил за тем, чтобы эти ратные подвиги не оставались без внимания: будь то доброе слово, благодарность в приказе или представление к государственной награде.

Наша Армия продвигалась на запад. Летчики Е.Ф. Логинова отличились в боях за взятие Будапешта, Гданьска. Памятными стали дни штурма Кенигсберга в апреле 1945 года. Фашисты стремились превратить этот старинный город-крепость в неприступную цитадель. Мощные стены зданий и сооружений, многометровые глубокие рвы, доты, дзоты и другие укрепления способствовали тому.

7 апреля бомбардировщики корпуса вслед за фронтовой авиацией нанесли мощный массированный удар по оборонительным пунктам, сооружениям и германским войскам в районе Кенигсберга. Тщательно продуманные и хорошо организованные действия обеспечили успешное выполнение задачи.

Завершился боевой путь генерала Е.Ф. Логинова и его корпуса в боях за Берлин. За годы войны все части корпуса были удостоены звания гвардейских и награждены орденами. А само соединение восемнадцать раз отличалось в приказах Верховного Главнокомандующего.

Источники:
Киньдюшев И. И. К победным рассветам. - М.: Воениздат, 1978. С. 90-147.
Скрипко Н.С. По целям ближним и дальним. М.: Воениздат, 1981. С. 170-172, 203-208, 231-244.
Цыкин А. Дальняя авиация в Великой отечественной войне . // От «Ильи Муромца» до ракетоносца: Краткий очерк истории Дальней Авиации. М.: Воениздат, 1975. С. 87-132.
Баулин Е. Не зная сна, не зная тишины. // Гражданская авиация. 1995. №5. С.34-37.
Шишов Л., Ворожейкин А. Летать рожденный // Крылья Родины: сб. статей. М.: ДОСААФ СССР, 1983. С.132-133.
Автор: Инженер-технарь


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Загрузка...
Комментарии 7
  1. parusnik 23 июня 2016 07:57
    Замечательный человек, славный боевой путь..Жаль, не оставил после себя мемуар, много чего интересного мог рассказать..Спасибо автору..
    1. ranger 23 июня 2016 11:28
      Цитата: parusnik
      Жаль, не оставил после себя мемуар, много чего интересного мог рассказать..Спасибо автору..


      О Логинове много написано в воспоминаниях ГСС генерал-полковника В.Решетникова, служившего в годы ВОВ под его командованием...Эти мемуары также интересны и сами по себе в плане освещения деятельности АДД в годы войны и написаны хорошим литературным языком (называются 307 боевых вылетов)- по числу вылетов совершенных на бомбардировщике самим автором.
  2. Бифитер 23 июня 2016 08:25
    Статья интересная. Жаль маловато про материальную часть.
    1. стас57 23 июня 2016 10:18
      да ладно, вам, монархисту, противнику "кровавого сталина и ленина " какое дело до советского маршала?))
  3. qwert 23 июня 2016 10:39
    Сказать по правде про мостовые авиабомбы узнал впервые. Интересная штука.
    А насчет Логинова... Жизнь не только героическая, но и интересная. Сорок лет в небе. Война, Аэрофлот, полеты...
  4. Михаил Матюгин 23 июня 2016 20:57
    Уважаемый автор, не могли бы вы давать подписи к фото, а то совсем непонятно, откуда фотография и что на ней изображено (особенно лицам которые не являются профи в авиации) ?

    Цитата: Инженер-технарь
    Штурман майор Мацепрас сбросил наружную подвеску. Темное небо прорезала широкая и длинная полоса яркого огня - это горящие ампулы устремились к земле. Урутин вывел бомбардировщик из зоны обстрела и повернул на повторный заход. Он со снижением вывел машину к самой цели. С малой высоты Логинову было удобнее вести наблюдение, чтобы максимально детально оценить действия своих экипажей. Однако в этот момент вражеские зенитки участили огонь. Урутин попытался вывести ДБ-3 из опасной зоны, но не успел. Один из снарядов попал в самолет.
    Это позорный случай, который почему то показан как "героизм". А банально показано лишь то что советский генерал авиации не понимал банальности, известной любому старшему офицеру Вермахта и Люфтваффе - об использовании разведчиков-координаторов в качестве летающего штаба, и влез на своём самолёте в зону боевой работы. request

    Цитата: qwert
    Сказать по правде про мостовые авиабомбы узнал впервые. Интересная штука.

    Только применялись редко. А нередко были случаи когда лёгкие бомбы загружали, т.к. "вылет согласован" и т.п.

    И есть очень сильные сомнения в эффективности даже таких "мостовых" бомб на парашютах - ибо что может сделать 250 кг фугаска крупному жд мосту ?
    1. romex1 24 июня 2016 05:35
      что может сделать 250 кг фугаска крупному жд мосту ?


      уж повредить при попадании - это точно. А восстановление ж/д моста в военное время занятие не из простых.
  5. Михаил Матюгин 24 июня 2016 16:09
    Цитата: romex1
    уж повредить при попадании - это точно. А восстановление ж/д моста в военное время занятие не из простых.

    Вы это серьёзно ? ну не считая того что в ВВС Красной Армии почти небыло самолётов (исключая Пе-2), способных поражать мелкоразмерные цели днём ?

    И что же это немцы - наверное дурачками были - использовали для атак мостов в основном Ju-87 с бомбами 1000 кг и больше ?!?
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня