Испанская ошибка Наполеона. Сломить народ и сплотить

12 неудач Наполеона. На финише 1808 год. Император всё ещё верил в то, что сможет решить испанскую проблему одним решительным ударом.


С ним были лучшие из лучших


Переговоры в Эрфурте с Александром I не стали для него триумфом, но на какое-то время позволили не опасаться удара в спину. Можно было вести за Пиренеи лучшие силы армии. В итоге Великую армию составили 8 корпусов и резерв, силы которых достигали 250 тысяч человек.

28-тысячный I корпус остался под началом Виктора, получившего маршальский жезл совсем недавно. Маршал Бессьер передал командование II корпусом Сульту (28 тысяч человек), а сам возглавил кавалерийский резерв, в III корпусе маршала Монсея было 18 тысяч человек, в IV Лефевра – 20 тысяч. 24 тысячи маршала Мортье составили V корпус, в VI корпусе у маршала Нея было 29 тысяч человек, в VII генерала Сен-Сира — 35 тысяч, в VIII генерала Жюно – 19 тысяч. Гвардией командовал генерал Вальтер.



Несмотря на то, что его силы не были собраны в единый кулак, Наполеон рассчитывал воспользоваться тем, что испанские армии были разбросаны практически по всей северной части страны. Он также стремился ударить по противнику до присоединения к нему английской армии генерала Мура, которая от Лиссабона спешно двигалась к Саламанке.

Испанцы, которых насчитывалось не менее 200 тысяч, в свою очередь, возобновили атаки на разделённые французские корпуса. Первой перешла в наступление левофланговая Галисийская армия Блейка, которая к концу сентября вытеснила французов из Бильбао. Французам угрожал удар в тыл со стороны 32-тысячной испанской группировки.

50-летний Жоакин Блейк, уроженец Малаги с ирландскими корнями, был одним из самых опытных и энергичных испанских генералов. Своим наступлением он начал воплощать в жизнь весьма смелый план окружения наполеоновских войск. Дэвид Чандлер, самый авторитетный из современных исследователей походов Наполеона, жёстко раскритиковал замысел испанцев, прежде всего за то, что ни одна из наступающих армий не располагала достаточными силами.

Испанская ошибка Наполеона. Сломить народ и сплотить

Генерал Хоакин Блейк


Однако если бы испанцы, объединившись с английской армией Мура, сумели опередить Наполеона в сосредоточении всех сил, план мог и сработать. Но это если бы разрозненным испанским армиям не противостоял сам император французов. Наполеон быстро стягивал свои корпуса к центру, готовя наступление на Мадрид, в котором не собирался обращать внимания ни на какие препятствия. К тому же, удар слева Блейку не удался. 31 декабря он атаковал при Сорносе IV французский корпус, сменивший силы Сульта, но был отброшен. Войска маршала Лефевра, преследуя галисийскую армию, снова заняли Бильбао.

К этому времени французы уже перешли в наступление по всем направлениям. Только малочисленный III корпус Монсея был оставлен в качестве прикрытия против испанской армии центра под командование генерала Кастаньоса численностью более 30 тысяч человек. Кастаньоса подкрепляла 25-тысячная Арагонская армия генерала Палафокса, 28-летнего светского ловеласа, ставшего настоящим героем осады Сарагосы. Ему приходилось считаться с тем, что арагонцы, занимавшие правый фланг, который по плану должен был ударить навстречу Блейку, категорически не желали сражаться вдали от границ своей провинции.

А Наполеон со II и VI французскими корпусами, гвардией и резервами уже выдвигался к Бургосу, не дожидаясь пока корпуса Мортье и Жюно ещё следовали к Пиренеям. Неутомимый Блейк оставил все попытки угрожать правому крылу французов, отступив к Эспиносе. После двухдневной схватки с корпусом Виктора отходить пришлось уже к Леону, где Блейк смог собрать только 15 тысяч человек из своих 32-х. При этом Наполеону не удалось преградить отступление остаткам армии Блейка силами Сульта, который ограничился тем, что очистил от противника Бискайю и занял Старую Кастилию вместе с Леоном.

После этого за левый фланг испанцев принялся уже маршал Ланн, явно засидевшийся в испанском захолустье. Со своими 30 тысячами человек Ланн переправился через реку Эбро в Лодосе и атаковал при Туделе куда более многочисленные Арагонскую и Андалузскую армии. Несмотря на то, что в них было не меньше 45 тысяч, поражение было полным, и испанская верховная хунта, при всём своём бессилии, даже отстранила от командования генерала Кастаньоса, победителя Дюпона.

Польская слава Сомосьерры


Примерно в это время Наполеону стало известно о том, что генерал Джон Мур вот-вот приведёт 20 тысяч англичан к Саламанке. I корпус Виктора присоединился к императору в Бургосе, а Лефевр с VI корпусом из Бильбао уже передвинулся в Вальядолид, и ему ставится задача ударить по тылам Палафокса и Кастаньоса, разбитых Ланном. От англичан Наполеон прикрывается тремя кавалерийскими дивизиями, направленными в Паленсию, а Лефевр вынудил Палафокса с армией запереться в Сарагосе.

Разбитый Кастаньос сумел собрать около 12 тысяч человек на перекрёстке в древнем Калатаюде, к юго-востоку от Сарагосы, и двинул их через Сигуэнсу на Мадрид. Без единого серьёзного сражения Наполеон расшвырял испанские армии, словно старую мебель. Обеспечив себя с флангов, император направил свои I корпус, гвардию и резервную кавалерию прямиком на Мадрид. На его пути стояла последняя нетронутая из испанских армий – Кастильская.



Под командованием генерала Бенито де Сан-Хуана было около 20 тысяч человек, из которых 8 тысяч обороняли у Сомосьерры дефиле в горах Гвадаррамы. Испанцы с полным основанием считали свою позицию неприступной. Через теснину Сомосьерры в то время проходила всего одна узкая дорога с несколькими поворотами. Обход позиции был практически невозможен, или же требовал массу времени и не давал обходящему никаких преимуществ.

Генерал Сан-Хуан вполне грамотно расставил на поворотах дороги свои четырёх-орудийные батареи – их было всего четыре. Дорога оказалась простреливаемой пушками испанцев на протяжении нескольких километров. Испанский командующий учёл почти всё, но не мог учесть беспримерной доблести польских улан, сражавшихся за Наполеона.



Французская армия втянулась в дефиле у Сомосьерры 30 ноября, причём император вместе со штабом и эскортом из кавалеристов, не ожидая отпора, ехали впереди колонн. Первыми, кому достался залп испанских пушек, оказались гвардейские Конные егеря, которыми командовал Филипп де Сегюр, автор бесподобных мемуаров. Ядра долетали даже до наполеоновской свиты, а эскадрону Сегюра пришлось отступить.

Многотысячная французская колонна вынуждена была остановиться среди гор, со склонов которых им вполне могли угрожать испанские герильяс. Нужно было подтягивать артиллерию, но Наполеон не хотел ждать. Рядом с ним был только второй эскадрон эскорта – польские уланы Яна Козетульского, не имевшие пик и формально числившиеся в армии у Наполеона шеволежёрами. Император приказал ему атаковать батареи в лоб, сказав Козетульскому: «поляки, возьмите мне эти пушки». Кто-то из офицеров свиты, услышав приказ, набрался смелости возразить императору, сказав, что это невозможно.

«Как? Невозможно? Я не знаю такого слова! Для моих поляков нет ничего невозможного!» — отвечал император. Козетульский тут же пустил эскадрон в галоп. Историки, причём не только польские и французские, до сих пор спорят, что кричали уланы — Vive l'Empereur! или что-то славянское – матерное. Первую батарею польские герои смели, несмотря на то, что под Козетульским была убита лошадь и невзирая на ураганный огонь.



Впрочем, насколько ураганной могла быть пальба тогдашних пушек, можно прочитать у Толстого, но и вторую батарею полякам удалось сбить сразу. После крутого поворота в ущелье их вёл уже лейтенант Дзевановский. Серьёзные потери, особенно среди офицеров, пошли уже на третьей батарее, где ранили саблей лейтенанта Ниголевского, а под Дзевановским была убита лошадь.

Однако уланы неслись дальше, и с ходу взяли четвёртую батарею, вслед за тремя первыми. Добивала испанцев пехота – дивизия Рюффена, прошедшая мимо уже не страшных батарей. Ворота в Мадрид были фактически открыты. 2 декабря французы были у стен Мадрида, а 4 декабря вступили в поверженную испанскую столицу.

Неуловимые англичане


К тому времени англичане генерала Мура успели обосноваться в Саламанке, и им на подкрепление в Ла-Корунье высадились полки генерала Бейрда. Соединившиеся в Майорге английские войска решили ударить по II корпусу французов, который оказался в Сальдане слишком далеко от главных сил Наполеона. Располагая уже 25 тысячами человек, Мур направился в Саагун против Сульта, на помощь которому уже спешил Наполеон, выступивший 22 декабря из Мадрида. Под личным командованием императора были VI корпус, гвардия и резервная кавалерия. Наполеон стремительно двигался на Тордесильяс, чтобы отрезать армию Мура от моря. В это время VIII корпус Жюно успел вступить в Бургос, чтобы подкрепить Сульта, и только часть французской конницы оставалась в Мадриде. Маршал Лефевр с частью своего IV корпуса занимал Талаверу, а I корпус Виктора обосновался в Толедо.


Генерал Джон Мур, не побеждённый Наполеоном и павший при Ла-Корунье


27 декабря Наполеон прибыл в Медину дель Рио-Секко, но генералу Муру, сумевшему собрать уже 30 тысяч человек, удалось уйти из-под удара. Вряд ли англичане смогли бы тогда устоять перед мощной французской армией. Впоследствии наполеоновским маршалам уже никогда не выпадет шанса сразиться с ними при таком преимуществе в силах. Наполеон промаршировал за армией Мура только до Асторги, что уже совсем недалеко от Атлантики.

Дальше англичан преследовали маршал Сульт и генерал Жюно, у которых было не больше 35 тысяч человек, но ведь английский командующий этого не знал. Впрочем, ещё и корпус Нея в виде резерва двигался несколько позади Сульта и Жюно. Джон Мур только 12 января добрался до Ла-Коруньи, имея под своей командой к тому времени уже всего 19 тысяч человек. От его измученной полуголодной армии успели отколоться почти все испанские союзные войска. А тут ещё из-за непогоды из Виго в Ла-Корунью не смогли добраться английские корабли.

Генералу Муру не оставалось ничего другого, как принимать сражение. Корпус Сульта атаковал его позиции 16 января, но не добился серьёзного успеха. Однако сам Джон Мур был смертельно ранен в бою, зато его войска успели осуществить долгожданную посадку на суда. И только 20 января Ла-Корунья сдалась французам. Наполеон заставил себя самого поверить в то, что англичане больше не вернутся в Испанию, ограничившись небольшой дырой в Континентальной блокаде, которой оставалась Португалия. С теми войсками, которые не гонялись за англичанами, он вернулся в Вальядолид ещё 1 января.

Пока император совершал свой поход к Асторге, маршал Лефевр отбил испанский набег на Мадрид, а герцогу Инфантадо, который сменил генерала Кастаньоса, крепко досталось от корпуса Виктора при Уклесе. Это обошлось испанцам в 30 орудий и 8 тысяч пленных. После блистательной победы при Туделе V французский корпус Мортье и III корпус, который от стареющего Монсея принял генерал Жюно, общей численностью 40 тысяч человек, под командованием маршала Ланна, приступили к осаде Сарагосы.

В то же время в Каталонии продолжал одерживать победы генерал Гувьон Сен-Сир, который со своим VII корпусом в итоге оттеснил испанскую армию Вивеса, которого сменил генерал Рединг, отступить к Таррагоне.

В Париж, по делу, срочно


Всего за два месяца Наполеон рассеял все противостоявшие ему испанские армии, вынудил англичан покинуть Пиренеи, вернул в столицу короля Жозефа, усмирил Каталонию и приступил к осаде Сарагосы – последнего оплота старой Испании. Казалось, что страну вполне можно считать покорённой. Лучше было бы, конечно, своей, как Италию, ведь не зря же Наполеон упразднял инквизицию, закрывал монастыри, отменял феодальные привилегии и внутренние таможенные пошлины.

С сугубо военной точки зрения короткую испанскую кампанию Наполеона можно считать безупречной. Быстрота и натиск не хуже суворовских сочетались с традиционной пунктуальностью, которую демонстрировал верный Бертье во главе наполеоновского штаба. Даже случайное поражение не могло угрожать точности расчетов императора. Он сломил сопротивление народа, до этого разобщённого как никакой другой, но в итоге и сплотил его.


Маршала Бертье многие историки считают автором половины наполеоновских побед


Скорее всего, если бы Наполеону не пришлось отбыть из Испании, и страна и народ надолго остались бы подобием французской колонии – не самой покорной, но тихой. Не французам, а англичанам пришлось бы в дальнейшем сражаться на чужом поле. Французы уже были готовы к вторжению в Андалусию и Португалию, но из Парижа Наполеону сообщили, что Австрия в ближайшие дни начнёт новую войну.

Наполеон немедленно отправился в Париж, что лишь подтверждает признание им ошибки со столь глубоким вмешательством в испанские дела. Впрочем, ещё когда война в Германии даже не началась, Наполеону пришло сообщение, вроде бы обещавшее решение. 21 февраля пала Сарагоса. Её защищали 20 тысяч испанских регулярных войск и 40 тысяч жителей, под командованием молодого генерала Палафокса. Город всё же не смог удержаться против двух французских корпусов.

Новый перелом не в пользу французов случился в Испании позже, когда в дело всерьёз ввязалась Британия. У Наполеона так ничего и не получилось с Испанией, поскольку там своё слово неожиданно сказал народ, а не только общество. В России Наполеон даже не стал предлагать народу свои «европейские перемены», считая русских недостаточно цивилизованными для этого.

Среди прочих испанских ошибок Наполеона нередко забывают одну, едва ли не главную. Победа в Испании на самом деле вряд ли помогла бы наполеоновской Франции одержать верх в торговой войне с Англией за счёт континентальной блокады. Возможно, что более перспективным вариантом для Франции было бы оставить все Пиренеи по ту линию фронта, что, между прочим, могло бы потом сработать и в случае с Россией.
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

18 комментариев
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.

Уже зарегистрированы? Войти

  1. Boris55 24 мая 2019 07:50 Новый
    • 2
    • 1
    +1
    Опять ошибка? А может элементарная бездарность, с одной стороны, и героизм народа, с другой? Но нет. Бездарность - славим, а про героизм - помалкиваем.
  2. Albatroz 24 мая 2019 08:49 Новый
    • 12
    • 3
    +9
    Да, Наполеон сражений в Испании не проигрывал, а вот его маршалы...
    Как сам появлялся - гром победы, как уезжал... Надо конечно было лично доводить кампанию до конца, но Бонапарт, уже император, и уже не мог позволить себе такую роскошь. Куча больших и малых дел, труба зовет.
    И еще Император встретил в Испании консервативное общество, и недостаточно "цивилизованный" народ опрокинул его расчеты, ответив партизанской войной.
    По идее это должно было насторожить перед вторжением в России, заставить задуматься об аналогиях.
    1. yehat 24 мая 2019 15:19 Новый
      • 0
      • 0
      0
      нельзя недооценивать роль воодушевления, которое Наполеон оказывал на французские войска
      это совершенно меняло боеспособность и даже лояльность войск
      пример польских улан тому подтверждение.
      даже без гениальности, наполеону порой просто хватало присутствовать и давать убийственные команды вроде лобовой атаки.
      а у его маршаллов такое влияние было далеко не у всех.
      и тут возможно, наполеон сделал ошибку, присваивая слишком много славы французской армии лично себе.
    2. sivuch 26 мая 2019 09:22 Новый
      • 0
      • 0
      0
      А если еще вспомнить характер взаимоотношений самих маршалов . Что , Бони не знал , что Ланн ненавидит Бесьера , Ней - Массена , а Сен-Сир - вообще всех ?
      1. Михаил Матюгин 27 мая 2019 13:16 Новый
        • 1
        • 0
        +1
        Цитата: sivuch
        А если еще вспомнить характер взаимоотношений самих маршалов . Что , Бони не знал , что Ланн ненавидит Бесьера , Ней - Массена , а Сен-Сир - вообще всех ?

        Вот-вот, а это показывает его как относительно слабого организатора, который "завязал" всю свою огромную империю на себе самом - и при малейшем кризисе она падала.
  3. Хозяин Трилобита 24 мая 2019 10:48 Новый
    • 2
    • 1
    +1
    Умилило :
    Однако если бы испанцы, объединившись с английской армией Мура, сумели опередить Наполеона в сосредоточении всех сил, план мог и сработать.

    Если бы кто-то вообще сумел бы хоть раз опередить Наполеона в развертывании, сосредоточении и маневре, то Наполеоном был бы он, а не сам Наполеон.
    На мой взгляд, все неудачи и поражения Наполеона обусловлены исключительно тем, что он брался за решение принципиально нерешаемых задач, три четверти из которых, несмотря ни на что, успешно решал. smile
    Есть у меня несколько душевных заноз исторического плана: очень жалею, что не произошли некоторые события, крайне интересно было бы посмотреть как бы это выглядело и чем бы кончилось. В их числе, безусловно, возможное, в иных обстоятельствах, прямое, непосредственное столкновение на театре военных действий Суворова и Наполеона. Но не судьба.
  4. Trapper7 24 мая 2019 11:03 Новый
    • 2
    • 0
    +2
    Как всегда гордыня, тщеславие и чрезмерное упование на самого себя)
    А ведь у Наполеона был уникальный шанс сохранить Испанию в качестве верной союзницы, а вместо этого - долгая и кровопролитная война с партизанами.
  5. arturpraetor 24 мая 2019 12:41 Новый
    • 2
    • 0
    +2
    50-летний Жоакин Блейк

    Хоакин. Право слово, он же не француз! "J" в испанском языке читается как "Х", но не как "Ж". На каталонском вроде да, J это Ж, но Блейк не каталонец.
    Скорее всего, если бы Наполеону не пришлось отбыть из Испании, и страна и народ надолго остались бы подобием французской колонии – не самой покорной, но тихой. Не французам, а англичанам пришлось бы в дальнейшем сражаться на чужом поле.

    Далеко не факт. Сильно в этом сомневаюсь. Была бы упертая и упоротая партизанщина, отказ от заключения мира со стороны хунт и генералов, и кровопролитная борьба до последнего. Если громить полевые армии Наполеон умел, то с партизанами воевать удавалось ему плохо, да и не особо доводилось до Испании и России - в Центральной Европе и Италии никто особо не партизанил, и не вел такую "нечестную войну".
    1. podymych 27 мая 2019 11:44 Новый
      • 0
      • 0
      0
      Ну конечно, Хоакин, проморгал... офранцузивание...
  6. Баурсак 27 мая 2019 06:44 Новый
    • 0
    • 0
    0
    Господин модератор, странно... Комментария моего нет, а ответ на него есть. Причём нет и уведомления, что комментатор удалён. Правила сайта не нарушал - не имею такой привычки. Может, Вы такой наполеонофил, что не допускаете критики Наполеона ? Ну так займитесь тогда "Войной и миром".
  7. wolf20032 27 мая 2019 12:17 Новый
    • 0
    • 2
    -2
    Очередной, малочитаемый текст. Чего стоят только "разбросанная старая мебель, явно засидевшийся Ланн". Друг мой, тексты, описывающие боевые действия надо сопровождать картами хорошего качества, или описывать их так, что бы читателю было понятно и без карт - что происходит, но для этого надо быть Л.Н. Толстым, а ты явно не тянешь на классика. "Авторитетнейшего" Д. Чандлера в приличном обществе упоминать неприлично. Был он британцем и события описывал примерно также, как ты, только там везде побеждали англичане, но что то понять из текста без карт у него также невозможно. Теперь к Кожетульскому. Что такое - Император взял, находившийся под рукой, второй эскадрон? Второй от чего? А почему не первый? Что значит - оказался под рукой? Подобное отношение к названиям на самом деле, героических подразделений Великой армии удручает в своей беспечности. Итак, он взял эскадрон не потому, что он оказался под рукой, а потому, что в этот день в составе конвоя Императора находился 3 ий эскадрон польского полка шеволежеров гвардейской кавалерии. В составе гвардии была, представь себе, кавалерия, один из эскадронов которой ежедневно заступал на дежурство при особе Императора. В этот день это был эскадрон под командованием капитана Яна Кожетульского. И был он шеволежерским, а не уланским. И не 2 - ой, а 3 - ий. Как обычно - бездарно, людям не в теме непонятно и скучно, скучно, скучно. И последнее - Император не говорил про своих поляков, для которых нет ничего невозможного, так он говорил про свою гвардию, которая была очень интернациональна. Он сказал, дословно - невозможно? Я не знаю такого слова! Завязывал бы ты с написанием текстов. Они в школьные учебники и то не годятся.
    1. Михаил Матюгин 27 мая 2019 13:21 Новый
      • 0
      • 0
      0
      Цитата: wolf20032
      И был он шеволежерским, а не уланским. И не 2 - ой, а 3 - ий. Как обычно - бездарно, людям не в теме непонятно и скучно, скучно, скучно. И последнее - Император не говорил про своих поляков, для которых нет ничего невозможного, так он говорил про свою гвардию, которая была очень интернациональна.

      Ну зачем же вы так строги к автору ? Он всё же честно старался и его 3я часть намного лучше первых двух. А такие мелочи как номера эскадронов - ну это уже очень глубокие частности (тем более, что личную охрану Бонопартия всегда нёс элитный эскадрон гвардейских конных егерей, и к нему лишь добавлялись для усиления определённые эскадроны других подраздлений).

      Хотя да - действительно, польский эскадрон был тогда ещё шевольжерским ("легкоконным"), а не уланским (т.е. поляки действительно имели облегчённое снаряжение и были без пик).
  8. wolf20032 27 мая 2019 12:23 Новый
    • 0
    • 0
    0
    Цитата: Boris55
    Опять ошибка? А может элементарная бездарность, с одной стороны, и героизм народа, с другой? Но нет. Бездарность - славим, а про героизм - помалкиваем.

    Позвольте полюбопытствовать - чья бездарность?
  9. Rey_ka 27 мая 2019 13:24 Новый
    • 0
    • 0
    0
    У Наполеона не было цели в завоевании Российской империи! Простое желание принудить Александра 1 исполнять подписанные соглашения. Война 1812 года первая война принуждению к миру!
    1. Михаил Матюгин 28 мая 2019 11:50 Новый
      • 1
      • 0
      +1
      Цитата: Rey_ka
      У Наполеона не было цели в завоевании Российской империи! Простое желание принудить Александра 1 исполнять подписанные соглашения. Война 1812 года первая война принуждению к миру!

      У него большинство войн такие - "принуждение к миру", а на самом деле - обыкновенные завовевания. Ну и стратегические планы кампании менять "на коленке" тоже не характеризуют его как военного гения - первоначальный двухлетний план наполеоновского генштаба войны против Российской империи - был намного более опасным. Но тут сличились очередные "испанские неприятности" и якобы великий гений решил покорить Россию за одну осень...
  10. wolf20032 27 мая 2019 13:51 Новый
    • 1
    • 2
    -1
    Цитата: Михаил Матюгин
    Ну зачем же вы так строги к автору ? Он всё же честно старался и его 3я часть намного лучше первых двух. А такие мелочи как номера эскадронов - ну это уже очень глубокие частности

    Ну а как иначе? Дьявол в мелочах. А такие мелочи как раз и указывают на полное незнание автором сути излагаемого. Из этой, по большому счету ничего не решающей атаки (пехота генерала Рюффена к вечеру все равно взяла бы батареи), можно было бы сделать героический эпос, очередной штрих к легенде, а у него это описано, как атака 2 го эскадрона, прошу прощения. Да и все остальное откровенно говоря - пустота.
  11. wolf20032 28 мая 2019 14:45 Новый
    • 0
    • 0
    0
    Цитата: Михаил Матюгин
    Ну и стратегические планы кампании менять "на коленке" тоже не характеризуют его как военного гения - первоначальный двухлетний план наполеоновского генштаба войны против Российской империи - был намного более опасным.

    Позвольте полюбопытствовать про первоначальный двухлетний план? Где с ним можно ознакомиться? Кто его автор? Какие цели преследовались этим планом? Какие задачи ставились перед Великой армией? Вопрос важен, так как никакого генштаба у Императора отродясь не было. А если он таки был, вопреки тому, что мне известно, то это Ваше открытие тянет на нобелевку.
  12. Sunstorm 18 июля 2019 19:38 Новый
    • 1
    • 0
    +1
    На мой взгляд испанцы не смогли правильно оценить свои силы и силы противника...Ну понять эту ошибку можно ведь еще "совсем недавно" Испания наводила шороху на всю Европу, однако в этот период армия уже устарела...Впрочем если бы Испанцы сразу сделали ставку на истощение французов (с использованием местного фанатичного населения и гористого рельефа...)...то вполне себе возможно что Наполеон никогда бы не пришел на Бородино.