Наружная экспозиция Военно-исторического музея ТОФ
На днях решил почистить память смартфона и наткнулся на фотографии, сделанные в сентябре 2025 года во Владивостоке. Среди них оказались снимки экспонатов Военно-исторического музея Тихоокеанского флота, представленных в наружной экспозиции. В связи с чем я решил сделать фотоотчёт, являющийся продолжением цикла, посвященного военно-историческим памятникам, береговым батареям и музеям Владивостока, и активные ссылки на предыдущие статьи есть в конце данной публикации.
Сейчас музей ТОФ находится в исторической части города, недалеко от Набережного Цесаревича, по адресу улица Светланская, 66, в двухэтажном здании, построенном в начале 20 века для офицерских семей Сибирского флотского экипажа. На Светланскую музей переехал в 1997 году, а до этого с 1950 года располагался в здании бывшего лютеранского храма на улице Пушкинской, 14.
В первой половине сентября во Владивостоке стояла очень приятная, по-настоящему летняя погода, располагавшая к пляжному отдыху и неторопливым пешим прогулкам. После подъёма с набережной, немного утомившись, моя супруга присела отдохнуть на скамейку среди оружейного дворика, а я занялся фотосъёмкой экспонатов.
Крылатая авиационная ракета Х-22
Справа от входа в музей почти вплотную к зданию располагается сверхзвуковая авиационная противокорабельная ракета Х-22.
Носителями ПКР этого типа являлись бомбардировщики-ракетоносцы Ту-16К-22, Ту-22К, Ту-22М2/3 и Ту-95К-22. Поздние модификации крылатых ракет Х-22 до сих пор остаются на вооружении, входят в состав боевой нагрузки дальних бомбардировщиков Ту-22М3 и регулярно применяются в боевых действиях.
Во времена СССР часть ракет оснащалась «специальной» боевой частью с энерговыделением 350 кт-1 Мт, что давало возможность наносить удары по вражеским эскадрам и крупным сухопутным объектам в условиях активных радиоэлектронных помех, используя инерциальное наведение. Для индивидуального поражения крупных кораблей предназначались конвенционные противокорабельные ракеты с активной радиолокационной головкой самонаведения с параболической антенной, укрытой под обтекателем в носовой части, оснащённые кумулятивно-осколочной боевой частью массой 960 кг. Боевая часть ПКР содержала 630 кг взрывчатого вещества ТГАГ-5 (смесь тротила, гексогена и алюминиевой пудры).
Сама ракета достаточно громоздкая и тяжелая. Длина фюзеляжа составляет 11,6 м. Диаметр — 0,94 м. Стартовая масса — до 5780 кг. Крыло треугольной формы со стреловидностью по передней кромке 75,5°. Заднее оперение — крестообразное, со складным подкилевым гребнем и складной верхней частью киля. В качестве силовой установки применён традиционный для 1960-х годов жидкостный реактивный двигатель, работающий на очень недружелюбных к техническому составу компонентах. В качестве горючего используется токсичная жидкость «Самин» (ТГ-02), а окислителем служит 27% раствор тетраоксида азота в концентрированной азотной кислоте (АК-27И). На маршевом участке (высота полёта 10-12 км) ракета способна разогнаться до скорости более 4М. Дальность стрельбы может достигать 600 км. Эта крылатая ракета уже не соответствует современным требованиям по помехозащищённости АРГСН в случае применения против вражеского флота и имеет низкую точность при нанесении ударов по сухопутным целям.
Торпедный катер пр. 123К
В оружейном дворике прямо напротив крыльца музея установлен торпедный катер пр. 123К.
Данный проект являлся вариантом эволюционного развития торпедного катера М-123бис, который, в свою очередь, ведёт родословную от малого торпедного катера типа «Комсомолец» (пр. 123), испытанного в 1940 году. Проект 123К, появившийся в 1950 году, от предыдущей модификации пр. 123бис отличался наличием радиолокационной станции, предназначенной для обнаружения и опознавания целей, отсутствием броневой защиты рубки (управление было вынесено на открытый мостик), упрощённой системой постановки дымовых завес. Также эта модификация получила более совершенные средства связи.
Полное водоизмещение катера пр. 123К с корпусом, выполненным из дюраля, составляло 22,5 т. Длина – 19,3 м. Ширина наибольшая – 3,6 м. Осадка – 0,8 м. Два дизеля М-50 мощностью по 900 л.с. каждый обеспечивали максимальную скорость 50 уз. При скорости хода 17 уз. дальность хода достигала 400 морских миль. Катер мог действовать при волнении до 4 баллов. Автономность – 1 сутки. Экипаж – 7 человек.
Основное вооружение состояло из двух трубчатых торпедных аппаратов ТТКА-45-52 для 450-мм торпед 45-36Н или 45-36НУ. Торпеды этого типа при скорости 41 уз. имели дальность стрельбы 3 км. При скорости 32 уз. дальность достигала 6 км. Для защиты от воздушного противника в кормовой части катера имелась 14,5-мм спаренная зенитная пулемётная установка 2М-5, наведение на цель которой осуществлялось мускульной силой стрелка. Суммарный темп стрельбы ЗПУ составлял 1100 выстр./мин. При начальной скорости пули 850 м/с, прицельная дальность стрельбы по сухопутным и морским целям – до 2 км. Эффективная по воздушным целям – до 1000 м, потолок – до 700 м. Питание пулемётов ленточное, в ленте по 80 патронов на ствол. Для предохранения расчета из трёх человек от пуль и мелких осколков установка в передней части имела броню толщиной 8 мм и 4 мм в задней. Вес установки – 550 кг.
Согласно справочным данным, с 1951 по 1955 год было сдано 205 торпедных катеров пр. 123К. В связи с бурным развитием радиолокационных средств обнаружения надводных целей и управляемого ракетного оружия малые торпедные катера, имевшие ограниченную дальность и автономность, быстро утратили свою актуальность, и их начали выводить из эксплуатации в начале 1960-х. Кроме того, 450-мм парогазовые торпеды, скопированные с итальянского прототипа во второй половине 1930-х, к середине 1950-х безнадёжно устарели.
На закате своей карьеры в советском ВМФ с большей части катеров пр. 123К торпедные аппараты были демонтированы, и частично разоруженные катера использовались для выполнения разного рода вспомогательных задач. Некоторое количество торпедных катеров переделали в радиоуправляемые скоростные мишени, которые использовались при проведении артиллерийских стрельб. В СССР последний катер пр. 123К списали в 1978 году.
Сверхмалая подводная лодка пр. 908 «Тритон-2»
За торпедным катером у каменной стенки, ограждающей территорию музея от дороги, спускающейся к морю, посетители видят сверхмалую подводную лодку пр. 908 «Тритон-2», предназначавшуюся для доставки и эвакуации водолазов-разведчиков, минирования причалов и кораблей противника, а также исследования морского дна. По имеющейся информации, эту субмарину в прошлом использовали подводные диверсанты 389-го морского разведывательного пункта (он же «Холуай»), дислоцированного на острове Русский.
Корпус лодки проекта 908 выполнен из алюминиево-магниевого сплава и рассчитан на глубину погружения 40 метров. Электродвигатель мощностью 11 л.с. обеспечивал подводную скорость хода 5 узлов. Дальность плавания под водой – до 60 миль. Надводное водоизмещение составляет 5,7 т. Подводное – 15,5 т. Длина – 9,5 м. Ширина корпуса – 1,9 м. Лодкой управляли два человека, внутри могли разместиться четыре водолаза. Автономность – 12 часов.
Всего до середины 1985 года на Адмиралтейских верфях в Ленинграде было построено 13 СМПЛ пр. 908. В настоящее время все лодки этого типа выведены из эксплуатации.
Якоря и гладкоствольные пушки
Также в экспозиции имеются очень интересные экспонаты периода Русско-японской войны 1904-1905 гг., участвовавшие в обороне Порт-Артура и снятые с кораблей русского флота.
Вдоль каменной стенки справа от сверхмалой подводной лодки пр. 908 «Тритон-2» размещены якоря с русских кораблей 19-го и начала 20-го века. По некоторым экспонатам заметно, что они долго находились в морской воде.
Рядом с якорями на грунте лежат гладкоствольные дульнозарядные пушки, использовавшиеся в корабельной артиллерии и в береговой обороне.
120-мм пушка Круппа
За гладкоствольными орудиями находится 120-мм пушка Круппа. К сожалению, не удалось найти подробной информации, касающейся характеристик и года выпуска этой артиллерийской системы. Возможно, с этим поможет кто-то из читателей.
Известно, что несколько таких орудий было захвачено в Китае после подавления восстания боксёров, и впоследствии они использовались в ходе обороны Порт-Артура, а после поражения Российской империи в войне были вывезены во Владивосток. В щите 120-мм пушки, представленной в Музее ТОФ, видны пробоины от осколков артиллерийских снарядов.
120-мм пушка системы Кане обр. 1892 г.
Рядом с трофейным крупповским орудием находится 120-мм пушка системы Канэ обр. 1892 г. с крейсера «Изумруд», который после Цусимского сражения прорвался к Владивостоку сквозь кольцо японских кораблей. Однако бегство оказалось неудачным. «Изумруд» сел на камни в заливе Владимира и был взорван экипажем. Данная пушка поднята в 1988 году и, по всей видимости, является единственным сохранившимся в России орудием из задействованных в Цусимском сражении.
Выпуск таких орудий был налажен на Обуховском заводе в Петербурге. 120-мм пушками Канэ в российском флоте вооружались корабли различных типов. Орудия этого типа участвовали в Гражданской и Великой Отечественной войне.
Для своего времени это была вполне эффективная артиллерийская система, которая благодаря использованию унитарного боеприпаса могла делать до 15 выстр./мин. При длине ствола 45 калибров (5400 мм) начальная скорость осколочного снаряда массой 23 кг составляла 730 м/с, а максимальная дальность достигала 12 800 м. Масса орудия – 7100 кг. Расчёт – 7 человек.
Образцы участвовавшие в Русско-японской войне и обороне Порт-Артура
На противоположной стороне площадки представлены экспонаты, участвовавшие в Русско-японской войне и обороне Порт-Артура.
Помимо артиллерии здесь имеется морская сфероконическая гальваноударная мина обр. 1877 г. и фрагменты электрического прожектора системы Манжена с броненосного крейсера «Баян». Прожектор время не пощадило, мина же, напротив, находится в хорошем состоянии.
Во время Русско-японской войны 1904—1905 гг. наш флот на Дальнем Востоке использовал 2 520 гальваноударных мин.
Мина обр. 1877 г. весила 175 кг и снаряжалась двухпудовым зарядом пироксилина. В 1908 году началось производство сферических гальваноударных мин, снаряжаемых более мощным и негигроскопичным тротилом, которые быстро вытеснили мины обр. 1877 г.
Первым от здания музея установлено 6-дюймовое (152,4-мм) орудие обр. 1877 г. на станке Пестича, использовавшееся в береговой обороне.
Изначально это орудие разрабатывалось как осадное и имело лафет с колёсным ходом. Специально для использования в батареях береговой обороны была разработана система компенсации отдачи, состоявшая из П-образной люльки, которая после выстрела скользила по наклонным рельсам на орудийной платформе и воздействовала на буфера, а затем возвращала пушку в исходное положение под действием пружин.
Масса орудия — около 4200 кг. В стволе длиной 28 калибров (4267 мм) снаряд, весивший 37,26 кг, разгонялся до 460 м/с и при угле возвышения 45° мог улететь на 7800 м. Орудия применялись в Русско-турецкой войне 1877—1878 годов, Русско-японской, Первой мировой и Гражданской войне.
9-дюймовые (229 мм) береговые мортиры образца 1877 года активно использовались при обороне Порт-Артура, также несколько десятков таких орудий к началу Первой мировой имелось в оборонительных сооружениях Владивостокской крепости.
Благодаря способности вести огонь по навесной траектории береговые мортиры имели возможность пробивать слабо защищённую палубу, а также поражать цели в складках местности.
Снаряд массой 132 кг с донным взрывателем снаряжался чёрным порохом. Максимальная дальность стрельбы не превышала 8 км. Скорострельность — 1 выстрел за три минуты. Понятно, что артиллерийская система с такими характеристиками к началу Первой мировой уже являлась анахронизмом. Тем не менее на береговых батареях Владивостока 299-мм мортиры оставались до середины 1920-х годов.
В обороне Порт-Артура на батареях литер «А» и «Б» имелись 6-дюймовые (152,4-мм) пушки обр. 1877 г. на береговом лафете Дурляхера.
Особенностью такого лафета являлась возможность опустить орудие после выстрела за бруствер, что делало его менее уязвимым.
6-дюймовая пушка обр. 1877 г., сохранённая в коллекции музея, несёт на себе следы, оставленные осколками японских крупнокалиберных снарядов.
По меркам второй половины 19-го века это было вполне эффективное орудие, сменившее в крепостной и береговой артиллерии дульнозарядные пушки. Однако к началу Первой мировой оно безнадёжно устарело.
В Русско-японской войне использовались 6-дюймовые крепостные мортиры Круппа обр. 1879 г. Первая партия мортир была заказана в Германии. Позже их производство велось на Обуховском и Пермском заводах.
При практическом применении выяснилось, что 152-мм снаряды обладают хорошим разрушительным действием. Но сама мортира при весе около 350 кг недостаточно скорострельная, точная и дальнобойная.
Вспомогательными орудиями в береговой обороне, предназначенными для пристрелки, противодействия миноносцам и отражения морских десантов, являлись 57-мм скорострельные пушки Норденфельда.
57-мм орудие, принятое на вооружение в 1892 году, вело огонь унитарными выстрелами с металлической гильзой. Выстрелы снаряжались стальной или чугунной гранатой, весящей 2,7 кг, а также шрапнелью с трубкой двойного действия и картечью. При использовании бездымного метательного заряда начальная скорость чугунной гранаты составляла 554 м/с. Дальность стрельбы – до 5500 м. Боевая скорострельность – до 15 выстр./мин. Расчёт – 5 человек. Образец, представленный в оружейном дворике Музея ТОФа, также участвовал в боях Русско-японской войны и имеет отметины от осколков.
На площадке рядом с полевыми орудиями размещена 102-мм морская пушка обр. 1911 г., разработанная конструкторами Обуховского сталелитейного завода, где к 1916 году было выпущено 225 орудий этого типа.
Орудие, представленное в экспозиции, входило в состав артиллерийского вооружения эскадренного миноносца «Войков» типа «Новик» (бывший «Лейтенант Ильин»), служившего на Тихоокеанском флоте с 1936 по 1949 год.
102-мм морская пушка с длиной ствола 60 калибров (6284 мм) при угле возвышения 30° имела максимальную дальность 16 300 м. Масса артустановки – 3950 кг. Скорострельность – до 15 выстр./мин. Расчёт – 7 человек. Стрельба велась унитарными патронами массой 30 кг со снарядом массой 17,5 кг и латунной гильзой с зарядом 7,5 кг. В боекомплект орудия входили осколочно-фугасные, шрапнельные, ныряющие и осветительные снаряды. Начальная скорость осколочно-фугасного снаряда составляла 823 м/с. Для своего времени орудие обладало высокими характеристиками. Но из-за невозможности вести огонь по воздушным целям оно быстро устарело.
Помимо морских орудий и артиллерийских систем береговой обороны в экспозиции есть полевые орудия конца 19-го — начала 20-го века. Из имеющихся самой миниатюрной артиллерийской системой является 57-мм капонирная пушка обр. 1892 г. Примерно полсотни таких орудий обороняли Порт-Артур, и в ходе боевых действий русская армия потеряла 18 пушек.
Орудие разработано фирмой Норденфельда, весило около 300 кг. Стрельба велась боеприпасами размерности 57 х 224R. Начальная скорость 2,6 кг осколочного снаряда достигала 410 м/с. Максимальная дальность стрельбы 6,4 км. Эффективная – до 2,7 км. Скорострельность – 10 выстр./мин.
Также в коллекции музея имеется довольно-таки редкая 3-дюймовая (76,2-мм) полевая пушка обр. 1900 г.
Это орудие характеризовалось высокими для своего времени боевыми свойствами, являлось одним из лучших в своём классе и обладало высокой прочностью. Прицельные приспособления пушки состояли из квадранта и угломера. Снаряд массой 6,4 кг покидал ствол длиной 2410 мм со скоростью 590 м/с. Прицельная дальность составляла 8500 м. Скорострельность – до 10 выстр./мин.
В 1877 году фирма «Krupp» получила заказ на 1100 легких полевых 87-мм пушек. В том же году выпуск таких орудий наладили на Обуховском заводе, где до мая 1900 года изготовили 3191 пушку.
87-мм лёгкая полевая пушка обр. 1877 года в боевом положении весила 360 кг. В минуту хорошо обученный расчёт делал до 8 выстрелов. Максимальная дальность стрельбы осколочной гранатой – 5900 м. Дальность стрельбы шрапнельным снарядом, содержавшим 140 пуль, – до 3400 м. Эффективная дальность картечного выстрела – до 250 м. Для стрельбы использовались метательные заряды на чёрном порохе, дававшие густой белый дым, что демаскировало огневую позицию и затрудняло прицеливание.
К 1904 году 87-мм полевые пушки считались устаревшими, но, несмотря на это, они использовались не только в Русско-японской, но и в Первой мировой войне.
Артиллерийской системой того же поколения является 6-дюймовая (152,4-мм) полевая мортира обр. 1883 г. системы Круппа с лафетом, спроектированным российским инженером Энгельгардтом А. П. Валовое производство мортир велось на Обуховском заводе и в Перми. Всего изготовили 150 единиц.
Стальная граната весом 30,7 кг, снаряженная 6,3 кг мелинита, покидала ствол длиной 1274 мм с начальной скоростью 237 м/с и летела на дистанцию до 3,7 км. Также в боекомплекте имелись гранаты, снаряженные чёрным порохом, и шрапнельные снаряды. Скорострельность – 2 выстр./мин.
Трофейные артиллерийские орудия
В экспозиции музея имеется несколько трофейных орудий. Трудности возникли с идентификацией образца, подписанного как «Горная 75-мм пушка «тип 36» (Китай)». По всей видимости, это трофей, захваченный РККА в 1945 году в ходе Советско-японской войны.
В Китае в ходе Второй мировой под наименованием Type 36 действительно использовались 75-мм горные пушки, которые в конце 1930-х были приобретены в Германии. Но немецкая пушка 7,5 cm Gebirgsgeschütz 36 (Geb.G.36), разработанная компанией Rheinmetal, внешне сильно отличается от представленного орудия. Гораздо больше данный экспонат похож на японскую 75-мм горную пушку Type 94, у которой не хватает части деталей противооткатного механизма.
Японскую горную пушку, весившую в боевом положении 535 кг, в течение получаса можно было разобрать на 11 частей. Для её переноски требовалось 18-20 человек или 6 вьючных лошадей. Углы вертикальной наводки Type 94 составляли от -2° до +45°. В горизонтальной плоскости цели могли поражаться в секторе 40°. Максимальная дальность стрельбы – 8000 м.
Неподалёку стоит японская 150-мм гаубица Type 38, являющаяся лицензионной копией орудия 15 cm sFH 02. Прототип был создан фирмой «Krupp» и выпускался по лицензии предприятием «Osaka Arsenal» с 1911 года.
Гаубица массой 2035 т имела длину ствола 1800 мм. Масса снаряда – 36-40,5 кг. Начальная скорость – 290-325 м/с. Максимальная дальность стрельбы – 7400 м. Скорострельность – 3 выстр./мин.
Редким для российских военно-исторических музеев экспонатом является 17-фунтовая (калибр 76,2 мм) британская противотанковая пушка Ordnance Quick Firing 17-pounder, считающаяся лучшей специализированной артиллерийской системой союзников, предназначенной для борьбы с тяжелой немецкой бронетехникой.
Выпуск 17-фунтовой противотанковой пушки начался в 1943 году. При длине ствола 55 калибров (4191 мм) подкалиберный снаряд массой 3,588 кг, разогнавшись до 1200 м/с, на дистанции 450 м пробивал 190-мм броневую плиту, расположенную под прямым углом. Обычный калиберный бронебойный снаряд массой 7,7 кг с начальной скоростью 883 м/с на той же дистанции пробивал 100-мм броню. В боекомплекте также имелись выстрелы с осколочно-фугасными снарядами. Практическая скорострельность – 10 выстр./мин. Боевой вес орудия достигал 3000 кг. Расчет состоял из 6 человек.
К сожалению, данный образец, попавший в Советский Союз в годы Корейской войны, имеет плохое техническое состояние. Ввиду неисправности противооткатных устройств ствол находится в заднем положении, и не имеется бронированного щита, что искажает первоначальный вид орудия.
122-мм гаубица М-30 обр. 1938 г.
Советская буксируемая артиллерия представлена 122-мм гаубицей М-30 обр. 1938 г. Орудие оснащено новыми колёсами с неродными протектированными шинами и радует глаз свежей краской.
М-30 является одной из наиболее удачных советских предвоенных артсистем. Имея массу в боевом положении около 2500 кг, гаубица могла поражать цели на дальности до 11 800 м. В горизонтальной плоскости сектор обстрела составлял 49°, в вертикальной: от −3 до +63°. Слаженная работа расчёта из восьми человек обеспечивала скорострельность до 6 выстр./мин. Осколочно-фугасный снаряд массой 21,76 кг содержал 3,67 кг тротила, что позволяло эффективно разрушать деревоземляные укрепления и уничтожать живую силу противника. Гаубицы М-30 выпускались до 1955 года и, помимо Великой Отечественной, участвовали во множестве локальных конфликтов. Всего было произведено почти 20 000 экземпляров, и эти орудия активно эксплуатировались Советской Армией до конца 1980-х, а потом ещё примерно 20 лет в значительных количествах хранились на складах.
Советские корабельные зенитные установки
Советские корабельные зенитные установки представлены тремя образцами. В 1948 году на вооружение поступила тумбовая зенитная пулемётная установка 2М-1 с двумя вертикально спаренными 12,7-мм пулемётами ДШКМ.
Такими зенитными установками вооружали тральщики пр. 254 и катера, небольшое количество 12,7-мм ЗПУ для защиты второстепенных объектов ВМС разместили на берегу. В производстве установки находились около 10 лет. В боевом положении установка, способная вести огонь по воздушным и надводным целям, весила около 380 кг. Спереди стрелок был прикрыт 8-мм щитом. Углы вертикальной наводки от -10 до +85°. Питание осуществлялось из коробок с лентами на 50 патронов. Суммарный темп стрельбы – до 1200 выстр./мин. Боевая скорострельность – около 150 выстр./мин. Эффективная дальность по воздушным целям – до 700 м.
37-мм автоматическая корабельная артустановка 70-К, созданная на базе буксируемой 37-мм зенитки 61-К образца 1939 года, поступила на вооружение в 1940 году. Так же, как сухопутный вариант, она имела обойменное заряжание по 5 патронов, воздушное охлаждение ствола и механические приводы наведения.
На первом этапе морская 37-мм установка размещалась открыто, и на ней не было защиты от пуль и осколков. Однако позже, с учётом боевого опыта, зенитка была прикрыта по кругу бронёй толщиной 6 мм, и после этого масса орудия превысила 1500 кг. При длине ствола 2510 мм осколочно-трассирующий снаряд, весивший 732 г, имел начальную скорость 880 м/с. Максимальная наклонная дальность стрельбы по самоликвидатору достигала 4000 м. Практическая скорострельность – около 110 выстр./мин. Расчёт установки – 5 человек.
45-мм полуавтоматическая универсальная пушка 21-КМ была создана в 1944 году на базе орудия 21-КМ, запущенного в серийное производство в 1934 году. От предыдущей модификации, фактически являвшейся 45-мм противотанковой пушкой обр. 1932 г., установленной на морской станок, модернизированный вариант отличался увеличенной длиной нарезной части ствола и его упрочнением, заменой инерционной автоматики на копирную, более энергоёмкими противооткатными устройствами и установкой противоосколочного щита.
Хотя в результате модернизации надёжность и баллистические характеристики улучшились, данное орудие не удовлетворяло моряков в качестве зенитного. Ввиду низкой скорострельности (25 выстр./мин) и примитивных прицельных приспособлений попадания в быстро перемещающуюся воздушную цель можно было добиться только случайно. Несмотря на это, серийный выпуск 45-мм пушки 21-КМ продолжался до 1947 года. В то же время это орудие по точности было сравнимо с винтовкой, и хорошо подготовленный наводчик с первого выстрела попадал в плавающую мину. В качестве салютных 45-мм пушки до недавнего времени использовались на кораблях ВМФ России.
Лёгкий советский танк МС-1
Бронетехника представлена в музее первым советским серийным танком МС-1 (Т-18). Башня и корпус машины являются оригинальными, а вооружение и ходовая – не достоверно выполненные новоделы.
Прототипом для МС-1 послужил французский Renault FT-17. Ряд источников утверждает, что советские инженеры скопировали итальянский Fiat 3000 (3 танка куплены в декабре 1926 года). Но как бы там ни было, все три машины незначительно отличались в деталях и имели сходные данные. Производство МС-1 велось с 1928 по 1931 год. За это время удалось построить более 900 танков.
МС-1 обр. 1930 г. весил 5,68 т. По кругу танк был прикрыт бронёй толщиной 18 мм. Крыша и днище – 8 мм. Бензиновый двигатель мощностью 40 л.с. обеспечивал скорость на шоссе до 17 км/ч. Запас хода – 100 км. В башне была установлена маломощная 37-мм пушка ПС-1 и 7,62-мм пулемёт ДТ. Экипаж – 2 человека.
Танки МС-1 применялись в конфликте на КВЖД, но к началу Второй мировой устаревшие и достигшие крайней степени износа Т-18 были списаны или использовались как неподвижные огневые точки.
Башня японского лёгкого танка Type 95
Из импортной брони в экспозиции имеется башня японского танка Type 95, которая лежит на земле рядом с советским лёгким танком сопровождения МС-1. В башне смонтировано 37-мм танковое орудие Type 94 с длиной ствола 36,7 калибров (1358 мм). Его бронебойный снаряд массой 0,67 кг при начальной скорости 575 м/с на дистанции 300 м по нормали пробивал 35-мм броню. Помимо пушки, слева в корме башни имелся 6,5-мм пулемёт Type 91 или 7,7-мм пулемёт Type 97. Ещё один пулемёт устанавливался в выступающей рубке в передней части корпуса.
Японский танк Type 95, известный также как «Ха-го», находился в производстве с 1936 по 1943 год и был выпущен в количестве 2348 экземпляров. Толщина вертикальных листов корпуса и башни составляла 12 мм, крыши и днища танка — от 6 до 9 мм. Танк с боевой массой 7,4 т приводился в движение карбюраторным двигателем мощностью 120 л.с., обеспечивавшим на шоссе скорость более 40 км/ч. Запас хода достигал 250 км. По своим характеристикам Type 95 являлся типичным лёгким танком 1930-х годов, который к моменту вступления Советского Союза в войну против Японии безнадёжно устарел, и его броня надёжно не защищала даже от 12,7-мм пулемётов ДШК и Browning M2. Тем не менее, трофейные танки Type 95 до середины 1949 года активно применялись в гражданской войне в Китае. В качестве учебных они использовались Силами самообороны Японии до начала 1960-х.
Информация