Мифы Великой Отечественной. Сказка о потерянной связи

Мифы Великой Отечественной. Сказка о потерянной связиСоветская историография послевоенного периода сама загоняла себя в ловушку, порождавшую когнитивный диссонанс. С одной стороны, люди слышали «советское – значит отличное» о чудесных советских Т-34 и КВ. С другой стороны, были общеизвестны неудачи начального периода войны, когда Красная Армия стремительно откатывалась назад, сдавая один город за другим. Неудивительно, что людям было тяжело совместить два этих факта: чудо-оружие, привозящее из боя до сотни лунок от снарядов, и откатывающийся к Москве и Ленинграду фронт. Позднее на этой почве вырастили развесистую клюкву версии «все сломались». То есть чудо-танки были нечестно побеждены собственными командирами в маршах.

Строго говоря, советская историческая наука на страницах произведений уважаемых авторов давала достаточно информации для получения адекватной картины событий 1941 г. Однако правильные фразы про упреждение в развертывании тонули в потоке более простых и понятных тезисов: «советское – значит отличное», «Зорге предупреждал» и «репрессии среди высшего командного состава». Самым прозрачным объяснением было, конечно же, «внезапное нападение». Оно также интерпретировалось на самом примитивном уровне – разбуженные артиллерийской подготовкой утром 22 июня и бегающие в нижнем белье заспанные солдаты и командиры. Растерянных и не понимающих, что происходит, людей можно было брать «тепленькими». Понятно, что объяснение последующих поражений лета – осени 1941 г., таких как неудачи контрударов мехкорпусов, прорыв «линии Сталина» и окружение под Киевом и Вязьмой, беготней в кальсонах уже не объяснялось.

Кроме того, чаще всего приводились данные по общей численности войск Красной Армии без учета ее пространственного расположения. Поскольку с точки зрения этих общих цифр немцы не имели численного превосходства, причины катастрофы начали искать в проблемах, лежащих вне плоскости оперативной и стратегической обстановки. Более того, ставшие известными цифры численности советского танкового и авиационного парка заставляли искать нечто великое и ужасное. Должно было случиться что-то страшное и необычное для того, чтобы в столкновении двух равных (с точки зрения достаточно абстрактных цифр) одна из них начала стремительно откатываться назад. Словно сломалась некая маленькая, но важная деталь в большом механизме, называемом армия большой страны.


Вообще говоря, мотивом поиска небольшой детали, из-за которой все рухнуло, была слабая надежда на простое изменение истории. Если деталь была небольшая, то ее можно было исправить. Красная Армия выстояла бы под ударами противника и война не прокатилась бы по всей европейской части страны, калеча и убивая людей и целые семьи. Сопутствующим продуктом обнаружения этой маленькой детали было бы назначение «стрелочника», ответственного за ее отсутствие или неисправность. Одним словом, движущей силой изысканий был лучик надежды. Понимание неотвратимости и неизбежности катастрофы было слишком тяжкой ношей.

Поиски детали, из-за которой все случилось, не прекращаются вот уже шесть десятилетий. В новейшее время появились завиральные теории о «забастовке» армии, личный состав которой был недоволен советской властью. Соответственно фактором, который позволял одним махом всех побивахом, стал политический строй. Предполагается, что царь-батюшка на троне вместо богопротивного генсека был бы надежной защитой от всех бед. Ранее люди были изобретательнее. В качестве рецепта счастья предлагалось приведение войск в боевую готовность. Выдвигался тезис, что если бы немногочисленные дивизии армий прикрытия были бы подняты по тревоге на день-два раньше, ситуация бы принципиально изменилась. Версию эту подпитывали мемуары некоторых наших военачальников, выдержанные в духе «ну мы бы им дали, если бы они нас догнали». Но в технократическом обществе позднего СССР большую популярность получила версия об изъяне технического свойства. Роль страшного изъяна Красной Армии была отдана связи. Действительно, даже на бытовом уровне было понятно, что разрозненные и лишенные управления войска были мало на что способны.

Известный советский историк В.А. Анфилов описывал состояние связи в первые дни войны иссиня-черной краской: «Положение частей 3-й армии усугублялось трудностями организации управления войсками, так как проводная связь была нарушена в первый же час войны. Отсутствовала и радиосвязь. Управление войсками осуществлялось только через делегатов связи. С фронтом штаб армии не имел связи в течение двух суток» ( Анфилов В.А.Начало Великой Отечественной войны (22 июня – середина июля 1941 года). Военно-исторический очерк. – М.: Воениздат, 1962. С. 107). Это даже не скромное рисование кисточкой, это энергичное закрашивание площади валиком с черной краской. Прочитав такое, интересующиеся войной люди должны были ужаснуться и все сразу понять про причины катастроф 1941 г. Оставалось только сочувственно поцокать языком и с выражением повторить: «В течение двух суток!»

В 1962 г., когда была издана цитируемая книга Анфилова, мало у кого была возможность рассмотреть ситуацию с разных сторон по документам. Сейчас совсем другие времена. Пресловутые «двое суток» вполне можно попробовать на зуб и пощупать. В журнале боевых действий Западного фронта мы находим следующие строки: «Около 13–14 часов нач. оперотдела штаба 3 А полковник Пешков доложил: «8.00 части генерал-майора Сахно (56 сд) вели бой в районе Липск – Сопоцкин»(ЦАМО РФ, ф. 208, оп. 2511, д. 29, л. 22). Далее дается детализация обстановки в полосе 3-й армии, занимающая почти страницу машинописного текста. О каких двух сутках отсутствия связи нам сообщает Анфилов?

Дальше – больше. В.А. Анфилов пишет: «Со штабом 10-й армии фронт потерял связь с самого начала нападения немцев» (Анфилов В.А.Начало Великой Отечественной войны (22 июня – середина июля 1941 года). Военно-исторический очерк. – М.: Воениздат, 1962. С. 107). Однако начальник штаба 10-й армии генерал-майор Ляпин после выхода из окружения сообщил совсем другое. Вернувшись из белостокского «котла», он писал заместителю начальника штаба Западного фронта Маландину: «Связь со штабом фронта 22.6 была удовлетворительной не только по радио, но и по телеграфу Морзе и даже временами появлялась по ВЧ. Со штабами корпусов окончательно была потеряна связь 28.6 примерно в 22.00–23.00 в то время, когда Штарм готовился к переезду из района Волковысск в район Деречин» (ЦАМО РФ, ф. 208, оп. 2511, д. 29, л. 22). Т. е. у штаба 10-й армии была достаточно устойчивая связь со штабом фронта и подчиненными войсками. Хаос наступил, уже когда все было кончено (28 июня) и кольцо окружения замкнулось.

Бывший командующий Западным фронтом Д.Г. Павлов на допросе в НКВД также оценивал состояние связи в первые дни войны куда менее драматично, чем послевоенный историк. Находясь в двух шагах от расстрела, он говорил: «Проверка ВЧ показала, что эта связь со всеми армиями прервана. Примерно около 5.00 по междугородному телефону обходными линиями мне доложил обстановку Кузнецов. Он сообщил, что войска противника им сдерживаются, но что Сапоцкин весь горит, так как по нему была произведена особо сильная артиллерийская стрельба, и что противник на этом участке перешел в наступление, пока атаки отбиваем. Примерно в 7 часов прислал радиограмму Голубев [командующий 10-й армией], что на всем фронте идет оружейно-пулеметная перестрелка и все попытки противника углубиться на нашу территорию им отбиты».Таким образом, у штаба фронта не было связи по ВЧ, что само по себе не является проблемой. ВЧ, т. е. закрытая телефонная связь с использованием высоких частот, не была самым распространенным видом связи. Такая связь осуществляется путем подключения группы маломощных длинноволновых передатчиков, настроенных на разные волны с промежутками между ними в 3–4 кГц, к обычным телефонным проводам. Токи высокой частоты, созданные этими передатчиками, распространяются вдоль проводов, оказывая очень слабое воздействие на радиоприемники, не связанные с этими проводами, и обеспечивая в то же время хороший, свободный от многих помех прием на специальных приемниках, присоединенных к этим проводам. Такую роскошь в войну могли себе позволить далеко не всегда. Чаще в войсках использовались радио и телеграф, так называемые буквопечатающие аппараты БОДО. Соответственно вопреки утверждениям Анфилова два независимых источника утверждают, что с 3-й и 10-й армиями у штаба фронта связь была. Донесения принимались и приказы отправлялись.

Главной проблемой Западного фронта была не связь, а «окно» в полосе Северо-Западного фронта, через которое к Минску прорвалась 3-я танковая группа Германа Гота. Против самого слабого советского особого военного округа немцами были сосредоточены далеко превосходящие силы, в том числе две танковые группы. Без труда сокрушив оборонявшие границу части 8-й и 11-й армий, немецкие танковые группы глубоко вклинились в построение советских войск в Прибалтике. 4-я танковая группа двинулась на север, в направлении Ленинграда, а 3-я танковая группа развернулась на восток и юго-восток и из полосы Северо-Западного фронта вторглась в тыл Западного фронта Д.Г. Павлова. Даже если бы связь между штабом Западного фронта и подчиненными ему армиями была идеальной, предотвратить прорыв 3-й танковой группы Павлов уже не мог.

Западный фронт не стал исключением из правила. Неудачи войск Юго-Западного фронта в июне 1941 г. также объяснялись проблемами со связью. Анфилов пишет: «Так, например, 36-й стрелковый, 8-й и 19-й механизированные корпуса не имели радиосвязи во время наступления в районе Дубно» (Анфилов В.А.Начало Великой Отечественной войны (22 июня – середина июля 1941 г.). Военно-исторический очерк. – М.: Воениздат. 1962. С. 170). Непонятно, чем радиосвязь между мехкорпусами могла помочь в сражении у Дубно. Даже наличие современного спутникового «Инмарсата» вряд ли могло помочь командирам 8-го и 19-го механизированных корпусов. К моменту получения задачи на наступление в сторону Дубно 8-м механизированным корпусом Д.И. Рябышева 19-й корпус Н.В. Фекленко уже был отброшен к окраинам Ровно. 19-й корпус был атакован III моторизованным корпусом, обходившим Луцк. Под угрозой окружения у окраин Дубно 43-я танковая дивизия корпуса Н.В. Фекленко была вынуждена отступить на восток. Так что по внезапно полученному от советчиков из будущего «Инмарсату» Фекленко мог лишь жизнерадостно сообщить Рябышеву о своем отходе.

Мне бы не хотелось, чтобы у читателя сложилось впечатление, что моя задача – это разоблачение советского историка Анфилова. Для своего времени его книги были настоящим прорывом в области исследования начального периода войны. Сейчас можно даже сказать больше – книги Анфилова были основаны на изданных в 1950-х сборниках документов. Претензия относительно взаимодействия между 36-м стрелковым, 8-м и 19-м механизированными корпусами – это чистой воды калька с директивы Военного совета Юго-Западного фронта № 00207 от 29 июня 1941 г. В ней указывались недостатки в действиях войск в первые дни войны. В оригинале тезис о связи между корпусами звучит следующим образом: «Связи с соседом никто не организует. 14-я кавалерийская и 141-я стрелковая дивизии находились между собой в 12 км, не знали о месте нахождения друг друга; фланги и стыки не обеспечиваются и не освещаются разведкой, чем пользуется противник для просачивания. Радио используется плохо. Радиосвязи между 36-м стрелковым корпусом и 8-м механизированным корпусом, 19-м механизированным корпусом не было из-за отсутствия волн и позывных». Заметим, что речь идет об организационных вопросах, а не о технической невозможности поддерживать связь по радио как таковой. Также надо сказать, что эта претензия идет даже не первой по номеру. Первым пунктом директивы командование фронта указывало на недочеты в ведении разведки.

В.А. Анфиловым ситуация существенно драматизируется. Соединения Юго-Западного фронта получали все необходимые распоряжения, и проблемы со связью никоим образом не могут объяснять их неуспехи. В некоторых случаях лучше бы они эти приказы не получали. Попробую проиллюстрировать этот тезис конкретным примером.

После долгих мотаний по дорогам Львовского выступа командованию Юго-Западного фронта удалось 26 июня ввести в бой 8-й механизированный корпус. Однако развивать достигнутые в этот день результаты штаб фронта не стал. Вместо приказов на продолжение наступления механизированные корпуса получили приказ на… отход за линию стрелковых корпусов. Вот как описывает содержание и обстоятельства получения этого приказа командир 8-го механизированного корпуса Д.И. Рябышев в отчете о боевых действиях корпуса, написанном по горячим следам событий, в июле 1941 г.: «В 2.30 27.6.41 г. к командиру 8-го механизированного корпуса прибыл генерал-майор Панюхов и передал ему следующий устный приказ командующего Юго-Западным фронтом: «37-й стрелковый корпус обороняется на фронте м. Почаюв Новы, Подкамень, Золочев. 8-му механизированному корпусу отойти за линию пехоты 37-го стрелкового корпуса и усилить ее боевой порядок своими огневыми средствами. Выход начать немедленно».

Аналогичный приказ получил наносивший контрудар 15-й механизированный корпус: «На основании приказа Юго-Западного фронта № 0019 от 28.6.41 г. [ошибка в документе, правильнее 27-го. – А.И.]к утру 29.6.41 г. приказано отойти на рубеж Золочовских высот за оборонительную линию 37-го стрелкового корпуса для приведения себя в порядок».

Что же случилось? В мемуарах И.Х. Баграмяна (точнее, в воспоминаниях Ивана Христофоровича, подвергнутых «литературной обработке» с добавлением диалогов, которые никто спустя несколько лет помнить не может) это подается как отказ от стратегии контрударов мехкорпусами в пользу построения «упорной обороны» стрелковыми корпусами. Однако этот тезис не подтверждается документально. В оперативной сводке за 26 июня дана уничижительная оценка 36-му стрелковому корпусу: «Из-за неорганизованности, плохой сколоченности и недостаточной обеспеченности артиллерийскими снарядами в бою с противником в районе Дубно показали низкую боеспособность». Было бы странно предполагать, что с помощью этих соединений «низкой боеспособности» начальник штаба фронта Максим Алексеевич Пуркаев, человек старой школы, собирался удерживать немецкие танковые дивизии. Причина вывода механизированных корпусов из боя совсем другая. Основной ошибкой командования фронта была неверная оценка направления развития наступления немцев. Соответственно командование фронта решило отвести мехсоединения за линию построения стрелковых корпусов для нанесения контрударов. И, несмотря на все проблемы со связью, которыми нас пугали в послевоенных исследованиях, соответствующие приказы были доставлены в мехкорпуса. Начался их вывод из боя и отвод назад.

Однако Москва не поддержала решение командования фронта. И.Х. Баграмян вспоминает:

«– Товарищ полковник! Товарищ полковник! – слышу голос оперативного дежурного. – Москва на проводе!

Бегу в переговорную. Увидя меня, бодистка отстучала в Москву: «У аппарата полковник Баграмян». Подхватываю ленту, читаю: «У аппарата генерал Маландин. Здравствуйте. Немедленно доложите командующему, что Ставка запретила отход и требует продолжать контрудар. Ни дня не давать покоя агрессору. Все» (Баграмян И. X.Так начиналась война. – М.: Воениздат, 1971, С. 141).


М.П. Кирпонос попытался объяснить верховному командованию свои решения, но отстоять их не смог. Дальнейшее развитие событий показало, что Ставка была права в своих оценках – острие немецкого танкового клина повернуло на юг намного позднее, только после преодоления «линии Сталина». После получения выволочки из Москвы штаб Юго-Западного фронта начал готовить приказы на возвращение механизированных корпусов в бой.

Приказ на возвращение в бой 15-го механизированного корпуса поступил в штаб соединения к 10.00 утра 27 июня. 37-я танковая дивизия корпуса успела отступить и провела день в маршах с разворотом на 180 градусов. В бою 27 июня ее танки, естественно, не участвовали. Метания дивизий 15-го механизированного корпуса по дорогам объяснялись не тем, что связи не было, а тем, что связь с ним все же работала. Соответственно отдавались приказы на вывод мехкорпусов из боя исходя из анализа обстановки, штаб Кирпоноса пытался спрогнозировать следующий ход противника.

Ситуация в 8-м механизированном корпусе на момент получения приказа о возвращении в бой была схожей. Его 12-я танковая дивизия растянулась колонной от Бродов до Подкамня (населенный пункт в 20 км юго-восточнее Бродов). С другой стороны 7-я мотострелковая и 34-я танковая дивизии стоп-приказа получить не успели и оставались в занятых в бою днем 26 июня районах. Ранним утром 27 июня командование корпуса получило приказ командующего Юго-Западным фронтом № 2121 от 27.6.41 г. о наступлении 8-го механизированного корпуса с 9.00 27.6.41 г. в направлении Броды, м. Верба, Дубно. Уже в 7.00 27 июня Рябышев отдал приказ на наступление в новом направлении. Начало наступления было назначено на 9.00 27.6.41 г. Обычно об этом эпизоде повествуется мемуаристами как о возвращении 8-го мехкорпуса в бой по частям по истеричному приказу комиссара Вашугина, прибывшего в расположение штаба 8-го мехкорпуса в десятом часу утра 27 июня с расстрельной командой. Поскольку на связь сетовать в условиях получения всех приказов было глупо, для объяснения причин был использован другой популярный персонаж – «рука партии». О том, что все приказы на ввод корпуса в бой по частям к прибытию истеричного ротвейлера марксизма-ленинизма были уже отданы, тактично помалкивали. В условиях закрытости архивов в 1960-е о подобных нестыковках никто не догадывался. H.H. Вашугин к тому же застрелился, и валить на покойника можно было со спокойным сердцем.

Однако, даже по воспоминаниям, никаких проблем с передачей приказов механизированным корпусам не прослеживается. Если бы приказ на отвод до мехкорпусов просто не дошел, никакого хаоса, вызванного отводом, просто бы не возникло. Связь между командованием фронта и мехкорпусами работала настолько устойчиво, что мехкорпуса энергично колебались вместе с генеральной линией ведения оборонительной операции штабом М.П. Кирпоноса с точностью до нескольких часов.

В официальных документах, написанных профессионалами, оценки состояния связи даются куда более осторожные и взвешенные. В кратком отчете начальника управления связи Юго-Западного фронта от 27 июля 1941 г. было сказано:

«2. Работа связи в период операции.

а) Проводные средства связи подвергались систематическому разрушению, особенно узлы и линии в полосе 5-й и 6-й армий. К штабам 5-й и 6-й армий – Львов, Луцк ни по одной магистрали не удалось подойти с проводами.

С южной группой (12-я и 26-я армии) связь работала устойчиво.

б) Узлы связи Народного комиссариата связи после первых бомбардировок неспособны были к быстрому восстановлению связи; отсутствие линейных колонн и линейных частей приводило к продолжительному разрыву связи на отдельных направлениях.

в) С отмобилизованием первых четырех полурот, 28.6.41 г. удалось обеспечить армейские направления по одной неполной роте, чем и обеспечилось восстановление разрушенных линий и установление проводной связи.

г) Радиосвязь во фронтовых радиосетях являлась основным средством связи на направлениях 5-й и 6-й армий в период при отсутствии проводной связи.

д) В армейских, корпусных радиосетях радиосвязь в первый период, при парализации проволочной связи, являлась единственным средством связи и обеспечила управление войсками»(Сборник боевых документов ВОВ. Выпуск № 36. – М.: Воениздат, 1958. С. 106–107).


Как мы видим, вопреки распространенному мнению, радиосвязь использовалась для управления 5-й и 6-й армиями, действовавшими на направлении главного удара немецких войск. Именно на стыке между этими армиями прорывалась на восток 1-я танковая группа Э. фон Клейста. Более того, радиосвязь была основным средством управления 5-й и 6-й армиями. Штабы армий также широко использовали радиосвязь. В оперативных сводках 5-й армии в июне 1941 г. рефреном звучит: «Связь – делегатами и по радио». В середине июля 1941 г., когда фронт 5-й армии стабилизировался, диапазон используемых средств связи был расширен. В одной из оперсводок 5-й армии указывается: «Связь: со штабом фронта – Бодо; с 15-м стрелковым корпусом – по радио, делегатами и аппарату СТ-35; с 31-м стрелковым, 9-м и 22-м механизированными корпусами – по радио и делегатами; с 19-м механизированным корпусом и армейским резервом – делегатами».

Также нужно обратить внимание (пункт «в» документа) на то, что части связи затронула общая для всей Красной Армии проблема – неотмобилизованность. Мобилизация была объявлена только в первый день войны и, как мы видим из документа, 28 июня появилась возможность поддерживать работоспособность линий связи в режиме военного времени.

Помимо всего прочего мы порой подходим к 1941 г. с позиций сегодняшнего дня. Когда на киноэкране спутники передают информацию в режиме реального времени, трудно себе представить, как воевали во времена голубиной почты и пеших посыльных. Радиосвязь 1940-х гг. не следует идеализировать. Радиофикация войск имела лишь тактическое значение. По вполне объективным причинам основу системы управления составляла проводная связь. В вышеупомянутом отчете начальника управления связи Юго-Западного фронта сказано:

«1. Проводные средства связи при всех условиях разрушения могут быть восстанавливаемы и являются для фронтовых связей могучим средством обеспечения управления.

2. Радиосредства связи при отсутствии проводной связи могут обеспечить управление в ограниченном размере (недостаточная пропускная способность)»(Сборник боевых документов ВОВ. Выпуск № 36. – М.: Воениздат, 1958. С. 108).


Другими словами, с помощью аппаратов проводной связи можно было «протолкнуть» больший объем информации. Этому факту мы находим многочисленные подтверждения в документах войны. В оперативной сводке от 24 июня 1941 г. начальник штаба Западного фронта Климовских сетовал: «Радиосвязь не обеспечивает передачу всех документов, так как шифровки проверяются по нескольку раз». Поэтому для эффективного управления нужна была работоспособная проводная связь.

Во многом похожие тезисы мы находим в докладе управления связи Северо-Западного фронта от 26 июля 1941 г.

Работа радиосвязи в нем характеризуется следующими словами:

«Радиосвязь с первого дня войны работает почти без перебоев, но штабы неохотно и неумело в начале войны пользовались этим средством связи.

Перерыв проводной связи квалифицировался всеми как потеря связи.

Радиограммы посылались в 1000 и более групп. С рубежа Зап. Двина происходило постепенное улучшение использования радиосвязи и признания ее как основного вида связи со стороны штабов»(Сборник боевых документов ВОВ. Выпуск № 34. – М.: Воениздат, 1957. С. 189).


Почему неохотно пользовались, понятно из вышесказанного – по радио было трудно передавать большие объемы информации.

Надо сказать, что советские довоенные уставы довольно осторожно оценивают возможности и сферу применения радиосвязи. Полевой устав 1929 г. определил режим работы радиосредств:

«Радиосвязью разрешается пользоваться только при полной невозможности использовать другие средства и исключительно в процессе боя или при полном окружении противником. Оперативные приказы и донесения о принятых решениях войсковым соединениям от дивизии и выше передавать по радио, кроме случая полного окружения, решительно воспрещается»(История военной связи. Т. 2. – М.: Воениздат, 1984. С. 271).


Как мы видим, на использование радиосвязи накладываются довольно жесткие ограничения. Причем ограничения эти носят не рекомендательный, а запретительный характер («решительно воспрещается»). Конечно, положения устава 1929 г. можно списать на мракобесие и устаревшие взгляды на место радиосвязи в боевых условиях. Однако советские военные специалисты следили за прогрессом, и под их позиции в отношении радиосвязи была подведена соответствующая теоретическая база.

Для чистоты эксперимента приведу высказывание, относящееся к периоду до 1937 г. Принято считать, во многом безосновательно, что после чисток 1937–1938 гг. в Красной Армии наступили темные века. Соответственно мнение после 1937 г. может считаться проявлением мракобесия. Однако даже до чисток большого энтузиазма относительно перевода войск на управление по радио не наблюдалось. Начальник управления связи РККА Р. Лонгва, рассматривая перспективы развития и применения радио и проводных средств для управления войсками, в 1935 г. писал:

«Последние годы являются годами бурного развития военной радиотехники. Количественный и качественный рост авиации, механизация и моторизация вооруженных сил, управление на поле боя и в операции боевыми средствами со значительными, притом различными скоростями подстегивают и предъявляют все новые и более сложные требования к техническим средствам управления, к технике связи.

Поверхностное наблюдение могло бы привести к ошибочному взгляду, что радио вытесняет проводные средства связи и что в армейских условиях оно полностью и целиком заменит проволоку.

Конечно, решить вопрос управления авиацией, мехчастями и обеспечить взаимодействие родов войск на данном этапе развития техники можно только с помощью радиосредств. Однако в стрелковых соединениях в огромной сети тылов и военных дорог, в системе оповещения ПВО беспрерывную устойчивую связь со всеми точками одновременно могут обеспечить только проводные средства. Проводные средства, кроме того, не демаскируют расположение органов управления и значительно проще обеспечивают секретность передачи»(История военной связи. Т. 2. М.: Воениздат, 1984. С. 271).


Перед нами, заметим, не мнение теоретика, кабинетного ученого, но практика – начальника управления связи. Этот человек на своем собственном опыте знал, что такое организация управления с помощью различных средств связи. Более того, практический опыт войск связи к 1935 г. уже был достаточно обширным. С момента принятия устава 1929 г. Красная Армия уже успела получить первые образцы отечественных радиостанций нового поколения и использовала их на учениях и маневрах.

Красной нитью через различные довоенные документы по использованию радиосвязи проходит мысль: «пользоваться можно и нужно, но осторожно». В проекте Полевого устава 1939 г. (ПУ-39) роль и место радиосвязи в системе управления определялись следующим образом:

«Радиосвязь – ценное средство связи, обеспечивающее управление в самых сложных условиях боя.

Однако ввиду возможности перехвата радиопередач противником и установления путем пеленгации местонахождения штабов и группировки войск она получает применение в основном только с началом боя и в процессе его развития.

Разрешает или запрещает (полностью или частично) применять радиосредства соответствующий начальник штаба.

В период сосредоточения войск, перегруппировки, подготовки прорыва и в обороне до начала атаки противника применение радиосредств запрещается.

Если радиосвязь не может быть заменена другими средствами связи, например, для связи с авиацией в воздухе, с разведкой, для ПВО и т. д., в соединениях и частях выделяются для этой цели специальные приемно-передающие радиостанции.

Радиопередача всегда производится при помощи кодов, кодированной сигнализации и шифром. Открытые радиопередачи не допускаются, за исключением передачи боевых команд в артиллерии, танковых частях и авиации в воздухе.

Переговоры во время боя по радио должны производиться по заранее составленным штабом переговорным радиосигнальным таблицам, кодированной карте, кодовому командирскому планшету и переговорным таблицам.

Передача по радио оперативных приказов и донесений о принятых решениях от дивизии (бригады) и выше допускается лишь при полной невозможности использовать другие средства связи и только шифром».


Перед нами все тот же набор запретительных мер: «применение радиосредств запрещается», «при полной невозможности использовать другие средства связи и только шифром». Но любопытно даже не это. В уставе прямым текстом прописаны все те вещи, которые расценивались как иррациональные фобии и странные чудачества красных командиров. Например, в описании комиссаром 8-го мехкорпуса Н.К. Попелем Дубненских боев есть такой эпизод:

«Но тогда, ночью, подъезжая к КП, я ничего не знал о действиях дивизии. Связи не было.

– Наш начальник штаба подполковник Курепин оказался на редкость осторожным товарищем, – усмехаясь, объяснял Васильев, – запретил пользоваться штабной радиостанцией. Как бы противник не запеленговал. Теперь обдумываем, нельзя ли беззвучно стрелять из гаубиц и наступать на танках с выключенными моторами, чтобы фашисты не догадались о наших намерениях.

Курепин стоял рядом. В темноте я не видел его лица.

– Иван Васильевич, зачем же так. Ну, оплошал…» (Попель Н.КВ тяжкую пору. – М.; СПб.: Terra Fantastica, 2001. C. 118).


Надо сказать, что мемуары НД. Попеля вообще содержат немало неточностей, поэтому нельзя точно сказать, имел место этот разговор в действительности или же является продуктом аберрации памяти. Показательно другое, аргументация Курепина в том виде, в которой она пересказана Попелем, довольно точно перекликается с проектом Полевого устава 1939 г. (ПУ-39). Во-первых, принял решение об использовании радиостанции именно начальник штаба, во-вторых, он указал на возможность ее пеленгования противником. Однако почему-то сам ПУ-39 осуждению и осмеянию не подвергался.

После упоминания в популярных мемуарах идея радио-боязни как иррациональной фобии пошла в массы. Пикуль почти слово в слово воспроизвел описанный Попелем эпизод и добавил ярких деталей и обобщений.

«Войска слишком надеялись на линии Наркомата связи – на проволоку между столбами. Совсем не учли, что война будет маневренной, а линии связи протянуты, как правило, вдоль железных дорог или важных магистралей. Чуть войска отойдут от дорог подальше – ни столбов, ни проволоки. К тому же связь была не подземно-кабельная, а воздушно-проводная, и противник смело к ней подключался, прослушивая наши переговоры, а иногда немцы давали по нашим войскам ложные приказы – отступать! Слепое доверие к телефонам порой кончалось трагедиями, гибелью множества людей. При этом существовала «радиобоязнь»: к походным радиостанциям относились как к лишней обузе, за которую надо отвечать, при первом же удобном случае их отсылали в обоз. Это происходило от недоверия к сложной аппаратуре, от боязни штабов быть запеленгованными противником» (Пикуль B.C.Площадь павших борцов. – М.: Голос, 1996. С. 179).


О том, что слова про пеленгование были прямым текстом прописаны в ПУ-39, как-то мило забыли. Читатель мягко подталкивался к выводу: «Делать немцам больше нечего – разыскивать советские радиостанции». Насмехаясь над «радиобоязнью» и возможностью пеленгования работающих радиостанций, почему-то забывают, что радиоразведка у немцев была и порой добивалась впечатляющих результатов. Разумеется, речь шла не только и не столько о примитивном наведении на советские штабы авиации. Один из самых известных примеров – это Миус-фронт в июле 1943 г. Оборонявшая Донбасс немецкая 6-я армия Карла Холлидта была вынуждена ждать наступления советских войск и использовала все средства разведки для угадывания вероятного направления удара. Угадывание направления удара часто превращалось в «русскую рулетку», но именно радиоразведка позволила немцам отсрочить коллапс немецкой обороны в южном секторе советско-германского фронта. До 9 июля 1943 г. никаких перемещений войск или концентрации артиллерии немецкой разведкой не отмечалось. Но 10 июля стало поворотным пунктом, заставившим штаб Холлидта лихорадочно готовиться к отражению наступления противника в полосе ответственности 6-й армии. Во второй половине дня 10 июля были отмечены перемещения пехоты и танков в полосе XXIX и XVII армейских корпусов. Двумя днями спустя движение было замечено на стыке IV и XVII армейских корпусов – на направлении советского вспомогательного удара. Остроты в блюдо оперативной обстановки добавил тот факт, что из-за погодных условий с 11 по 14 июля эффективная работа воздушной разведки была невозможной, и вся надежда была на наземную разведку и радиоперехваты. Занималась этим в 6-й армии 623-я отдельная рота радиоразведки. Особое внимание у немецких разведчиков вызывало перемещение резервов. Положение 2-й гвардейской армии как стратегического резерва советского командования в глубине построения войск на южном секторе фронта было известно немцам, и его перемещения отслеживались. По оценке штаба Холлидта, 2-я гв. армия могла быть введена в бой в течение трех-пяти дней. Анализ радиообмена 14 июля позволил немцам сделать вывод, что штаб 2-й гв. армии переместился и располагается теперь за позициями 5-й ударной армии. Когда 15 июля улучшилась погода и заработала воздушная разведка, концентрация советских войск была подтверждена с воздуха. 15 июля Холлидт посетил штабы 294-й пехотной дивизии и XVII армейского корпуса и сообщил, что все данные разведки указывают на скорое начало наступления именно на их участке фронта. Через два дня, жарким утром 17 июля 1943 г., громовые раскаты артиллерийской подготовки подтвердили его слова.

Естественно, немцами были приняты необходимые контрмеры и подтянуты резервы к вероятному направлению удара советских войск. Более того, были приняты решения на уровне командования всей группы армий «Юг». С южного фаса Курской дуги был снят II танковый корпус СС Пауля Хауссера. Корпус был выведен из боя и погружен в эшелоны, отправляющиеся в Донбасс. Своевременное прибытие эсэсовских соединений сыграло ключевую роль в отражении советского наступления на Миусе, которое завершилось в начале августа 1943 г. вытеснением войск Южного фронта на исходные позиции.

Миус-фронт в данном случае является негативным примером, но не следует думать, что в этот же период не было прямо противоположных случаев. Таковым, как ни странно, является контрудар 5-й гв. танковой армии под Прохоровкой. За счет строжайшего радиомолчания (радиостанции даже опечатывались) немцы до самого последнего момента не знали о том, что Воронежским фронтом будет нанесен контрудар крупными массами танков. Сосредоточение танков было частично вскрыто радиоразведкой, но конкретного перечня прибывших соединений у немцев вечером 11 июля 1943 г. не было. Поэтому оборонительные действия «Лейбштандарта» 12 июля были в значительной степени импровизацией, чему благоприятствовали плотные боевые порядки и условия местности. В любом случае немецкая радиоразведка не вскрыла появление армии П.А. Ротмистрова, и ее появление стало в значительной мере неожиданным. Другой вопрос, что это первоначальное преимущество не было должным образом использовано.

Вышеупомянутый 8-й механизированный корпус находился в том же положении, что и 5-я гв. танковая армия под Прохоровкой. Он также выдвигался для нанесения контрудара. Поэтому режим радиомолчания был одним из главных требований. Немецкая радиоразведка летом 1941 г. работала, и интенсивное пользование радиосвязью привело бы к прояснению обстановки для противника. Немецкой разведке было бы легче выяснять, кто им противостоит в данный момент и подход каких соединений или объединений из глубины ожидается в ближайшей перспективе. Радиосвязь, как и любое другое средство, имела свои достоинства и недостатки.

Отправка в войска офицеров с приказами не являлась чрезвычайной мерой, вызванной обстоятельствами. Рекомендации по организации управления с помощью делегатов шли в ПУ-39 вслед за обставленным запретительными мерами разделом по радиосвязи. Красным командирам рекомендовалось следующее:

«Для обеспечения надежного управления, помимо технических средств, необходимо широко использовать все другие виды связи, в первую очередь подвижные средства (самолет, автомобиль, мотоцикл, танк, конь).

Штабы войсковых соединений и частей должны заботиться о наличии и готовности к действию достаточного количества подвижных средств для передачи приказов».


Делегаты связи не были спутником только неудачных операций. Они достаточно широко использовались для передачи приказов в несомненно успешных для Красной Армии сражениях и операциях. В качестве примера можно привести эпизод, относящийся к периоду советского контрнаступления под Сталинградом. К югу от города по степи наступали механизированные корпуса ударной группировки Сталинградского фронта. Ночью 22 ноября 4-й мехкорпус получил приказ заместителя командующего Сталинградским фронтом М.М. Попова к исходу дня захватить Советский и выдвинуть передовой отряд на Карповку. Корпус к тому моменту двигался вперед в прямом смысле этого слова вслепую. Никаких данных о противнике на направлении наступления ни от штаба 51-й армии, ни от штаба Сталинградского фронта не поступало. Заявки на воздушную разведку выполнены не были – из-за плохой погоды авиация фактически бездействовала. Корпус мог лишь светить себе «ближним светом» – посылая по всем направлениям разведотряды на мотоциклах и бронеавтомобилях БА-64. Была также установлена связь с соседом справа – 13-м мехкорпусом. Обстановку это прояснило в незначительной степени: были получены расплывчатые сведения об участке фронта справа от полосы наступления. Слева соседей просто не было, одна казавшаяся бескрайней степь. В такой обстановке контрудар мог последовать с любого направления. Густой «туман войны» висел над полем сражения. Оставалось принять все меры предосторожности и уповать на свою счастливую звезду. Вольский выдвинул на фланги сильное боковое охранение и вывел в резерв 60-ю механизированную бригаду.

Вскоре и без того непростая обстановка усугубилась молниями «из стратосферы». При подходе штаба корпуса к Верхне-Царицынскому самолетом был доставлен приказ командующего Сталинградским фронтом А.И. Еременко с задачей захватить Старый и Новый Рогачик, Карповскую, Карповку. Это существенно меняло первоначальную задачу корпуса. Теперь он должен был отвернуть от точки рандеву с Юго-Западным фронтом у Калача и наступать в тыл войскам 6-й армии под Сталинградом. Точнее, корпус разворачивался для сокрушения быстро строящейся обороны 6-й армии фронтом на запад.

Буквально через полчаса после прибытия самолета от А.И. Еременко в штаб корпуса приехал на машине заместитель командующего 51-й армией полковник Юдин. Командиру 4-го мехкорпуса был вручен приказ командарма 51-й (в чьем оперативном подчинении находился корпус), подтверждающий ранее поставленную задачу. Мехкорпус должен был захватить Советский и выйти на рубеж Карповка, Мариновка, т. е. примерно на рубеж железной дороги из Сталинграда на Калач. Оказавшись с двумя приказами на руках, Вольский принял компромиссное решение и повернул на Карповку 59-ю механизированную бригаду Удар на Карповку был безрезультатным – высланные Паулюсом подвижные части заняли старые советские укрепления. Остальные части 4-го мехкорпуса двигались на Советский, выполняя прежнюю задачу.

В итоге Советский был захвачен к 12.20 22 ноября 36-й механизированной бригадой совместно с 20-м танковым полком 59-й механизированной бригады. В городе располагались авторемонтные мастерские, и трофеями корпуса Вольского стали более 1000 автомашин. Также были захвачены склады с продовольствием, боеприпасами и горючим. С захватом Советского было прервано сообщение 6-й армии с тылом по железной дороге.

Интересно отметить, что приказы 4-й механизированный корпус получал делегатами связи. Более того, приказы разных инстанций противоречили друг другу. Согласно отечественной исторической традиции принято гневно осуждать использование делегатов летом 1941 г. и даже представлять их как одну из причин случившейся катастрофы. Однако это очевидная постановка телеги впереди лошади. Делегаты связи благополучно использовались в успешных операциях Красной Армии. Корпуса без особых проблем направлялись командованием в нужную точку без использования идеологически выдержанной радиосвязи.

В заключение хотелось бы сказать следующее. Нельзя отрицать существенных недостатков в работе связи в Красной армии 1941 г. Но объявлять связь одной из главный причин поражения неразумно. Развал системы связи часто был следствием, а не причиной возникающих кризисов. Штабы теряли связь с войсками, когда они терпели поражение в обороне и были вынуждены отходить. Поражения имели вполне определенное объяснение на оперативном уровне, и отсутствие каких-либо проблем со связью вряд ли бы существенно изменило обстановку.

Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Загрузка...
Комментарии 19
  1. Monster_Fat 28 января 2014 09:25
    Еще один "теоретег". И дураку ясно, что одна "причина" без других-не имеет решающего значения. А вот в комплексе-приводит к катастрофе. Еще в советское время вышла прекрасная книга "В море погасли огни". Написал, кстати ее-бывший политработник. И он замечал то, что другие не замечали-война-это искусство, умереть"за Родину-несложно", а вот выжить и победить-ох, как сложно. В книге очень четко дан ответ на вопрос почему мы терпели поражения в начальный период войны: да,просто, не умели воевать, вообще. До войны, везде, как кстати и сейчас, царили показуха и умиротворение. И только "зимняя война" показала, что из себя представляют на самом деле наша армия, авиация и флот. В штабах схватились за голову-но, что делать, толком не знал никто, ибо для исправления всех недочетов требовались годы и потому все директивы и мероприятия по по улучшению вооруженных сил носили или истеричный-заведомо невыполнимый, либо частичный чисто "маркетинговый" характер. Понятно, что до войны ничего не успели сделать. Но и это не все. На войне и психологический фактор имеет не меньшее значение, чем наличие современного вооружения и оснащения. Нужно было переменить мышление всех звеньев с мирного на военный лад, надо было научить, заставить людей именно воевать-то есть убивать, побеждать, выполнять задачу, но самим оставаться целым, что очень не легко. В советской армии, практически всю войну, царило совсем другое мышление-выполнить задачу ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ. Вот вам и первопричина всех бед. Если почитать советские и немецкие военные мемуары, то сразу "бросается в глаза" различие в подходе ведения боевых действий. Немцы воевали не только грамотно, но и разумно, с учетом логики и здравого смысла-то есть при наступлении осуществляли разведку, при атаке были настойчивы, но не безрассудны-если встречали ожесточенное сопротивление, то искали пути обхода и меняли планы с учетом изменившейся обстановки и т.д. и т. п. В обороне немцы, тоже, не проявляли особого "геройства"-если ситуация становилась нестерпимой, то отходили на другие рубежи обороны, ну и т.д. А как воевали наши? Выполнить задачу ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ-то есть без оглядки на ситуацию и потери. Вот и все. И только в 44-м году ситуация несколько поменялась, да и то не до конца. Разбирать причины поражения дело неблагодарное-так и хочется придумать себе оправдание, не хочется ведь признаться в трусости, безалаберности, неорганизованности и глупости, в отсутствии знаний и опыта. Не помню кто, но кто-то из известных сказал, примерно, следующее:"Известная беда Русской русской армии в том, что она готовится всегда к войне уже прошедшей..."
    1. BigRiver 28 января 2014 10:43
      Цитата: Monster_Fat
      ...В книге очень четко дан ответ на вопрос почему мы терпели поражения в начальный период войны: да,просто, не умели воевать, вообще..;

      Одним словом, одна книжка - один ответ на сложный многослойный вопрос?
      Благодать.., для какого-нить твиттерно-фейсбукного хомячка wassatlaughing
      Ой какой бойкий и быстрый минус laughing
      Тогда задам один (пока) наводящий вопрос.
      Как оценивает эта гениальная книжка ресурс наших танковых дизелей В-2 в 50-100 часов? Этот ресурс не имел значения для боеспособности мехкорпусов?
      1. Monster_Fat 28 января 2014 10:47
        А, для Вас, видимо новость, что лучше послушать одного УМНОГО, чем сотню ДУРАКОВ? Я, просто привел пример ОДНОЙ книги, где автор назвал ОБЩУЮ причину, которая включает в себя многие ЧАСТНОСТИ. "Неумение воевать" подразумевает: и отсутствие опыта и знаний, и необходимой подготовки, и отсутствие необходимых навыков управления и применения, и пр. и пр. Но Вам этого, очевидно, не понять-слишком сложно для вашего уровня восприятия.
        1. BigRiver 28 января 2014 10:53
          Цитата: Monster_Fat
          А, для Вас, видимо новость, что лучше послушать одного УМНОГО, чем сотню ДУРАКОВ? Я, просто привел пример ОДНОЙ книги, где автор назвал ОБЩУЮ причину, которая включает в себя многие ЧАСТНОСТИ. Но Вам этого, очевидно, не понять-слишком сложно для восприятия.

          Если глубоко, методично и системно НЕ заниматься темой, то дурака от умного Вы не отличите.
          1. Monster_Fat 28 января 2014 11:19
            Современные "теоретеги", начитавшись умных цифирек,которыми просто "кишит" современная военно-техническая литература, зачастую слишком "глубоко" роются в чем-то, погрязают в цифрах и частностях и теряют саму истину, которая лежит то "на поверхности".
        2. Monster_Fat 28 января 2014 11:14
          Ну, да и "ресурс" обмоток по сравнению с сапогами, и время наматывания обмоток, и время заправки танков ведрами, а не насосом и ресурс фильтра "циклон" и ресурс гусеницы без резино-металлического шарнира, время подготовки водителей наших танков, и отсутствие радиостанций на танках и самолетах, и летание самолетов звеньями а не парами, и минирование своих вод, и неимение средств борьбы с магнитными и акустическими минами, и расположение самолетов в одну линию, без маскировки у границы, и закрытые склады с боеприпасами и пр. и пр. Вот так вот и везде-частности ставят во главе общей картины. Но это всего-лишь частности. А главное-неумение воевать, то есть неумение планировать, руководить и управлять, не умение учитывать особенности- как техники, так и обстановки, неумение грамотно, правильно применять оружие и технику, учитывать свои силы и силы противника и пр. Если это непонятно, то о чем тогда говорить.
          1. Нормальный 28 января 2014 11:40
            Цитата: Monster_Fat
            . Но это всего-лишь частности. А главное-неумение воевать, то есть неумение планировать, руководить и управлять, не умение учитывать особенности- как техники, так и обстановки, неумение грамотно, правильно применять оружие и технику, учитывать свои силы и силы противника и пр. Если это непонятно, то о чем тогда говорить.


            Вот здесь с Вами соглашусь.
            Но неумение воевать, как причина поражений, состоит именно из множества частностей. Одну из этих частностей и разбирал автор в данной статье, поскольку именно выдернутыми из общей картины неумения воевать частностями пытаются объяснить провал лета 41-го те, кто уводит нас в сторону от правильных выводов. Поэтому мне непонятно Ваше негативное отношение к статье.
            Конечно, я вполне допускаю, что указанная Вами книга дает совершенно правильный ответ. Но. Одна, или даже несколько книг не могут повернуть общественное мнение в нужном направлении сразу, тем более, что материалов маскирующих главную причину было издано несоизмеримо больше.
            Так что разбор частностей считаю необходимым.
            1. Monster_Fat 28 января 2014 12:46
              Да. да... частности. Знаете, сейчас столько развелось "исследователей" роющихся в частностях и преподносящих свои "открытия" как некие "откровения" в судьбе тех или иных событий,что...просто уже тошно становится. Вот, к примеру, я сейчас читаю книжку одного известного современного автора, где он на полном серьезе, объясняет, что именно ПЫЛЬ явилась одной из причин поражений нашей армии в первый период войны. Дескать ПЫЛЬ из-за несовершенной системы очистки забивала моторы наших танков и они ломались на пол-пути или в бою, пыль попадала в топливо и смазку и ломала моторы наших автомобилей и заклинивала механизмы наведения орудий, оружия так, как эти орудия и оружие были на хранении и покрыты смазкой и смазку хорошо не вычистили, а она смешалась с пылью и это вывело орудия и оружие из строя и пр. То же и с авиацией-пыль попадала в моторы выводила их из строя, забивала радиаторы и лишала моторы тяги и пр. А, вот как наступила зима, так ПЫЛЬ пропала и мы сразу пошли в наступление под Москвой. А, потом, ПЫЛЬ опять появилась летом 42 года и мы опять стали терпеть поражения, опять же до зимы-когда ПЫЛЬ исчезла и позволила нам победить под Сталинградом. А потом союзники нам предоставили технологию для постройки "правильных" пыле-очистителей и все стало на свои места-мы стали побеждать постоянно. Ну и дальше в том же духе, причем очень "наукообразно" написано, не придерешься. Вот это уже, даже не смешно.
              1. Нормальный 28 января 2014 13:14
                Цитата: Monster_Fat
                Да. да... частности. Знаете, сейчас столько развелось "исследователей" роющихся в частностях и преподносящих свои "открытия" как некие "откровения" в судьбе тех или иных событий,что...просто уже тошно становится.


                Да, "исследователей" как грязи, но Автор как раз объясняет, что не в связи было дело, понимаете? Не утверждает, что всему виной одна из частностей (связь), а наоборот доказывает, что со связью-то было все в порядке (насколько это возможно у нас во время БД). Так что ваше возмущение
                Цитата: Monster_Fat
                Еще один "теоретег".
                немного не по адресу.
                Цитата: Monster_Fat
                Вот, к примеру, я сейчас читаю книжку одного известного современного автора, где он на полном серьезе, объясняет, что именно ПЫЛЬ...
                laughing
                Да... Пыль - страшное оружие lol Но вот читал, по моему у Бидермана в его "В смертельном бою" что очень страдали немцы на юге УкрАины летом 41-го от.... ПЫЛИ!
                Я даже как-то постебался на эту тему

                Нормальный RU 21 января 2014 22:50 | Вермахт попал в грязь

                Знамо дело! Сначала немцам казалось, что их победил "генерал Мороз"
                Теперь выяснилось что был еще и "полковник Грязь"
                Потом до историков дойдет наконец, что в самом начале войны на южном фланге против немецких войск действовал "подполковник Пыль"(неоднократно жаловались), а на северном фланге всячески вредили "майоры Дождь и Ветер"
                Но самое подлое, что повсеместно и постоянно против немцев воевали "капитан Ночь" и "лейтенант Темень" И ко всему прочему от бравых немецких генералов всегда неумолимо ускользала "старшина Время", вот как вода сквозь пальцы утекала.
                1. Monster_Fat 28 января 2014 13:42
                  Автор как раз подводит нас к мысли, что со связью у нас было все нормально-все соответствовало уставам и рекомендациям, ее было достаточно и применялась она по назначению и правильно и что не отсутствие связи было одной из причин катастрофы 41-го года. Вот конечная фраза, которая полностью характеризует весь "смысл" статьи: Развал системы связи часто был следствием, а не причиной возникающих кризисов. Штабы теряли связь с войсками, когда они терпели поражение в обороне и были вынуждены отходить. Поражения имели вполне определенное объяснение на оперативном уровне, и отсутствие каких-либо проблем со связью вряд ли бы существенно изменило обстановку. Хотя все прекрасно знают, что именно диверсионные действия с целью обрыва связи между частями СА, было одной из приоритетных задач немецкой армии. Немцы понимали значение связи и придавали ею уничтожению большое значение. Связь-это не только управление, но и своевременная информация. Не имея информации, из-за отсутствия связи, руководство СА давало неправильные, заранее невыполнимые приказы, что во многих случаях и привело к катастрофам-это многократно описано в литературе.
                2. пенсионер 28 января 2014 17:38
                  Цитата: Нормальный
                  Но самое подлое, что повсеместно и постоянно против немцев воевали "капитан Ночь" и "лейтенант Темень"

                  Ефрейтора Суслика забыли. yes Они под Сталинградом у немецких танков провода погрызли...
                  1. Нормальный 28 января 2014 21:30
                    Цитата: пенсионер
                    Ефрейтора Суслика забыли


                    Виноват, диверсантов, в виду их особой засекреченности, я запамятовал
            2. алексеев 28 января 2014 12:47
              Цитата: Нормальный
              неумение воевать, как причина поражений, состоит именно из множества частностей. Одну из этих частностей и разбирал автор в данной статье,

              Совершенно точное определение! good
              И разбирал,автор данную частность. намой субъективный взгляд, весьма компетентно.
              А перечисление составлющих "неумения воевать" можно вести бесконечно долго.
              Лучше бы почитать мнения знающих людей, как все эти неумения перерождались в умения входе войны.
          2. BigRiver 28 января 2014 12:07
            Цитата: Monster_Fat
            ...главное-неумение воевать, то есть неумение планировать, руководить и управлять, не умение учитывать особенности- как техники, так и обстановки, неумение грамотно, правильно применять оружие и технику, учитывать свои силы и силы противника и пр. Если это непонятно, то о чем тогда говорить.

            Что первичнее?
            1. Наличие рационально организованных военных структур.
            Или:
            2. Умение этих структур воевать.
            ?
            1. Monster_Fat 28 января 2014 12:16
              Читайте Сунь Цзы "Искусство войны" и А.В Суворов "Наука побеждать"-там все сказано.
              1. BigRiver 28 января 2014 12:53
                Цитата: Monster_Fat
                Читайте Сунь Цзы "Искусство войны" и А.В Суворов "Наука побеждать"-там все сказано.

                Я Вас правильно понял?
                Ответа Вы не знаете?
                1. Monster_Fat 28 января 2014 13:06
                  Вам хочется поспорить. Я спорить не хочу.Переубеждать взрослого человека, уже сформировавшего свое мнение-неблагодарное дело. Любой мой ответ будет вызывать у Вас отторжение и приведет к ненужному спору.
                  1. BigRiver 28 января 2014 13:14
                    Цитата: Monster_Fat
                    Вам хочется поспорить. Я спорить не хочу. Любой мой ответ будет вызывать у Вас отторжение и приведет к ненужному спору.

                    Спор - глупое занятие. Мне интересен обмен суждениями. У Вас ведь было в первом посте суждение. Я с ним не согласен и для облегчения Вашего восприятия пишу максимально сжатые вопросы, от которых Вы почему-то отплевываетесь.
                    А ведь это не сложно - ответить. Другое дело, что Вы ответом признавать очевидную ошибку свою не хотите.
                    Давайте еще попробуем! Простейший вопрос: что первичнее:
                    - наличие собачки;
                    или
                    - способность этой собачки бегать и кусать.
                    Мне кажется я максимально упростил вопрос? Или и так недостаточно?
                    1. Нормальный 28 января 2014 13:25
                      Цитата: BigRiver
                      - способность этой собачки бегать и кусать.

                      Если собачка - мопс, то не бегать ни кусать она не может, У неё другая суть, и наличие ТАКОЙ собачки вам ни чем не поможет. Более того наличие бесполезной собачки это не просто её отсутствие как функционала, а еще и бессмысленные расходы на её содержание.

                      В общем, аналогия.... не аналогия
                      1. BigRiver 28 января 2014 13:40
                        Цитата: Нормальный
                        ...Если собачка - мопс, то не бегать ни кусать она не может,..

                        Не придирайтесь laughing
                        Собачка, волк, тигр, гиена, т.д. - все это форма, тело созданное для чего-то.
                        Опыта любого тела в отсутствие тела не бывает.
                        У Вермахта был опыт 1-й Мировой в противостоянии с регулярными и очень мощными стаями собак:) Они сделали выводы на основании этого опыта и разработали новую доктрину ведения боевых действий. Это была революция, на которую мы не могли никак среагировать. Поскольку у нас даже базового опыта ведения войны с регулярными войсками и непрерывной и длинной линией фронта - не булО.
                        И откуда, спрашивается, могли появиться вдаль и ширь смотрящие, развитЫе, креативные и опытные.
                      2. Нормальный 28 января 2014 14:01
                        Цитата: BigRiver
                        У Вермахта был опыт 1-й Мировой в противостоянии с регулярными и очень мощными стаями собак:

                        Надо понимать, что у нас не было опыта 1-й МВ?
                        Цитата: BigRiver
                        Они сделали выводы на основании этого опыта и разработали новую доктрину ведения боевых действий.

                        А мы - нет. Результат - они умели воевать, а мы учились в ходе БД Почему мы не слелали выводы? Почему наша доктрина ведения БД оказалась негодной в 41-ом?
                        Цитата: BigRiver
                        Поскольку у нас даже базового опыта ведения войны с регулярными войсками и непрерывной и длинной линией фронта - не булО.
                        То-есть мы не учавствовали в 1-й МВ?
                        А у немцев был опыт войны на фронте такой протяженнности как в 41-ом?
              2. Setrac 28 января 2014 14:58
                Цитата: Monster_Fat
                Читайте Сунь Цзы "Искусство войны" и А.В Суворов "Наука побеждать"-там все сказано.

                Одним словом своего мнения у вас нет!
            2. Гамдлислям 28 января 2014 12:40
              Цитата: BigRiver
              Что первичнее:
              1. Наличие рационально организованных военных структур.
              2. Или умение этих структур воевать?

              Увы, коллега Владимир, второе как раз первично.
              Какие бы не были рациональные структуры управления, если там сидлят неучи и бездари, работать структуры не будут!!!
              А вот при наличии обученных, имеющих опыт руководства, инициативных командирах, положительный результат будет при любых "структурах".
              1. Monster_Fat 28 января 2014 12:55
                Вот именно, тому пример финская армия тех времен, на 75% вооруженная трофейной советской техникой.
              2. BigRiver 28 января 2014 12:57
                Цитата: Гамдлислям
                Цитата: BigRiver
                Что первичнее:
                1. Наличие рационально организованных военных структур.
                2. Или умение этих структур воевать?

                Увы, коллега Владимир, второе как раз первично.
                Какие бы не были рациональные структуры управления, если там сидлят неучи и бездари, работать структуры не будут!!!
                А вот при наличии обученных, имеющих опыт руководства, инициативных командирах, положительный результат будет при любых "структурах".

                1. При наличии обученных и имеющих опыт руководства ЧЕМ командиров?
                2. Опыт руководства неизвестными и отсутствующими структурами с неопределенными задачами где и как может быть получен?
                1. Нормальный 28 января 2014 13:45
                  Цитата: BigRiver
                  При наличии обученных и имеющих опыт руководства ЧЕМ командиров?


                  "Подполковник бывал в ситуациях.
                  И умел распрядиться собой.
                  Но сейчас находился в прострации.
                  Отбивая морзянку ногой..."

                  Трофим

                  2. Опыт руководства неизвестными и отсутствующими структурами с неопределенными задачами где и как может быть получен?


                  Схоластика.

                  В реале и структуры были, и задачи, и даже некоторый опыт. Однако этот опыт в изменившихся условия и при возникновении новых задач оказался бесполезен, а умения реагировать на изменившуюся ситуацию (т.е. умения воевать) как раз и не оказалось.
            3. вася 28 января 2014 14:32
              Цитата: BigRiver
              Что первичнее?1. Наличие рационально организованных военных структур.Или:2. Умение этих структур воевать.?

              Я считаю, что умение.
              А еще есть самоуважение.
              Это не нормально когда командиры бросали свои войска, а председатели обкомов свои области. В результате чего войска без руководства сдавались.
              Когда ИВС захотел выяснить причины поражений в начальный период войны - его убили.
          3. вася 28 января 2014 14:27
            Цитата: Monster_Fat
            главное-неумение воевать, то есть неумение планировать, руководить и управлять, не умение учитывать особенности- как техники, так и обстановки, неумение грамотно, правильно применять оружие и технику, учитывать свои силы и силы противника и пр

            Согласен.
            Это было, есть и будет.
            В мирное время выше идут попколизы. Грамотные выявляются в военное время. (для примера Г...Жуков. Как НГШ угробил все (потери в начальный период войны), как ком. фронтов, удержание позиций через расстрелы, не учитывая обстановку, как представитель ставки - отсутствие участия в координации армий и фронтов (Курская дуга, Корсунь-Шевченсковская операция).
            Статья о связи.
            Потеря связи - потеря управления. Зачем говорить о ВОВ, если отдельные командиры и теперь по ЗАС переговорить не могут. Во время учений вся кодировка заменяется матом. Что такое симплекс-дуплекс и распространение радиоволн представление минимальное. А с распространением сотовых это еще и усугобилось.
            В пехотных и танковых училищах преподавали радиосвязь (как теперь в институтах и университетах не знаю), но меня убило, когда меня направили в танковый полк проверить перед учениями радиосвязь между танками полка. Они (танкисты) не могли настраивать р.ст.!!!! .
            Нам еще в училище говорили: самые стращные враги не противник, а свои танкисты и пехотинцы. Если полевку на гусеницы не намотают, то экспроприируют.
            Вообще, со стороны связиста, переговоры общевойсковиков (да и флотских) слушать прикольно. Но во время ВОЙНЫ эти смешки приводят к катастрофам.
            И еще раз: Потеря связи - потеря управления.
            Поэтому: связистов ценить надо и прислушиваться к их мнению, самим изучать средства связи в подчиненных подразделениях.
            1. Нормальный 28 января 2014 21:51
              Цитата: вася
              Поэтому: связистов ценить надо


              Как в конце известного анекдота:

              После учений разбирают действия войск.

              - Танкисты? - молодцы - прорвали... развили... - наградить!
              - Мотострелки? - красавцы - поддержали... закрепили... - отметить!
              - Артиллеристы? - умницы - подавили... обеспечили... - повысить в званиях!
              - Разведчики? - орлы! - обнаружили... вскрыли... - представить!
              - Товарищ генерал... а связисты?
              - Что - связисты?
              - Ну как же? Устойчивая, надежная связь... управление войсками... обеспечение взаимодействия...
              - Да?... Ну ладно... Так и быть - связистов сегодня можно не наказывать.
        3. пенсионер 28 января 2014 17:34
          Цитата: Monster_Fat
          лучше послушать одного УМНОГО, чем сотню ДУРАКОВ?

          А.Исаев точно не ДУ Р АК. По-крайней мере он кандидат исторических наук. Да и по первому образованию он физик. МФТИ вроде, а там дураков точно не держат... Основная тема его научных исследований: Великая Отечественная Война. Из архивов - не вылезает. Автор многих (уже) книг. В историческом сообществе - вполне себе уважаемый человек. А к мнению подобных людей принято прислушиваться.
      2. Гамдлислям 28 января 2014 12:29
        Цитата: BigRiver
        Одним словом, одна книжка - один ответ на сложный многослойный вопрос?
        Благодать.., для какого-нить твиттерно-фейсбукного хомячка
        Ой какой бойкий и быстрый минус

        Уважаемый коллега Владимир, Можно не соглашаться с мнением коллеги Monster_Fat, но навешивать ярлыки, - это хамство. Я не знаю, кто поставил Вам минус, но он за дело.
        Ещё в детстве, на подсознательном уровне, мне заложили родители простую истину: Если хочешь, чтобы тебя уважали, уважай других.
        1. BigRiver 28 января 2014 13:05
          Цитата: Гамдлислям
          Цитата: BigRiver
          Одним словом, одна книжка - один ответ на сложный многослойный вопрос?
          Благодать.., для какого-нить твиттерно-фейсбукного хомячка
          Ой какой бойкий и быстрый минус

          Уважаемый коллега Владимир, Можно не соглашаться с мнением коллеги Monster_Fat, но навешивать ярлыки, - это хамство. Я не знаю, кто поставил Вам минус, но он за дело.

          Согласен, в целом. Можно было бы и помягче.
          Однако, хамить не мне, но автору статьи начал товарищ Monster_Fat. Да так снисходительно и сразу, что я было стал ожидать детального анализа всей книжной линейки Алексея Исаева.
          Еще один "теоретег"

          Во-вторых, не могу всерьез относиться к людям, черпающими свои знания о вопросе из одной книжки. Тем более если эта книжка документальная повесть.
    2. Setrac 28 января 2014 14:56
      Цитата: Monster_Fat
      И дураку ясно, что одна "причина" без других-не имеет решающего значения.

      Смотря какая причина. Более чем полуторократное численное превосходство Вермахта с саттелитами над Красной Армией имело решающее значение летом сорок первого.
    3. vyatom 28 января 2014 16:39
      Никчемная и однобокая статейка. Комментарии Monster_Fat намного лаконичнее и грамотнее. Молодец. Грамотно и кратко прокомментировал.
      vyatom
      1. Setrac 28 января 2014 16:44
        Цитата: vyatom
        Грамотно и кратко прокомментировал.

        Где он молодец? Ломать не строить, критиковать легко.
    4. rubin6286 28 января 2014 19:46
      В чужих руках х...всегда толще кажется
  2. Нормальный 28 января 2014 09:42
    Поражения имели вполне определенное объяснение на оперативном уровне, и отсутствие каких-либо проблем со связью вряд ли бы существенно изменило обстановку.

    Статье плюс.
    Со связью более-менее разобрались.
    Хотелось бы прочесть разбор другой широко известной причины поражений РККА в начальный период войны, а именно отсутствие в войсках топографических карт. Тем более, что это наиболее сильно сказывается именно на оперативном уровне
    1. Гамдлислям 28 января 2014 15:16
      Цитата: Нормальный
      Хотелось бы прочесть разбор другой широко известной причины поражений РККА в начальный период войны, а именно отсутствие в войсках топографических карт.

      А вот в этом я поддерживаю коллегу Владимира (Нормальный).
      Отсутствие топографических карт, это прощёт генштаба. До войны топографическая служба входила в структуру НКВД и была довольно немногочисленная, со слабой материальной базой. После начала
      Великой Отечественной войны, столкнувшись с проблемой топографических карт, решением ГКО эту службу переподчинили Наркомату обороны и передали этой службе ряд типографий, существенно увеличили штат. В службе появились авиаподразделения, которые занимались топографической фотосъёмой Уже к середине 1942 года РККА была обеспечена новыми картами районов боевых действий. К концу 1943 года большая часть европейской территории СССР была картографирована. К концу войны картографическая служба превратилась в довольно мощьную структуру. После войны её выделили из министерства обороны в самостоятельное ведомство при Совете Министров СССР.
  3. Monster_Fat 28 января 2014 10:06
    Автор сам же себе и противоречит, особенно вопросе с "делегатами" связи. Где же там видна помощь "делегатов" в том же, якобы "успешном" эпизоде с двумя подобными "делегатами" под Сталинградом. Именно наличие двух "делегатов" поставили командующего наступательной операцией Вольского в идиотское положение и только его ум и предусмотрительность позволили "выкрутиться" из сложной ситуации. Ну и смешно звучит то, что именно отсутствие радиосвязи позволило якобы скрыть от немцев наши приготовления к контрнаступлению под Прохоровкой. Сам же автор признает, что немцы знали о подходе армии Ротмистрова-но не знали в каком количестве. Если знаешь, что какие-то части армии уже подошли, то вполне логично предположить, что и вся армия или уже там, или скоро там соберется. Да им, собственно, и не нужно было это знать-ибо у них уже не было ни времени, ни сил и средств что-то там особенно менять-операция уже была практически проиграна-у них оставался только единственный шанс и они попробовали им воспользоваться. А вот как "опечатанные" радиостанции сказались на руководством операцией и сколько много неприятностей это доставило автор почему-то не исследует. Сам Ротмистров признает, что запрет на радиосвязь сильно усложнил руководство маршем и самой операцией. Да и вообще статья выглядит глупо, особенно когда автор оправдывает отсутствие "ненадежной" радиосвязи у нас-особенно, когда знаешь как и в каком количестве использовали радиосвязь немцы.
    1. BigRiver 28 января 2014 10:37
      Цитата: Monster_Fat
      ... смешно звучит то, что именно отсутствие радиосвязи позволило якобы скрыть от немцев наши приготовления к контрнаступлению под Прохоровкой. Сам же автор признает, что немцы знали о подходе армии Ротмистрова-но не знали в каком количестве.
      Да и вообще статья выглядит глупо, особенно когда автор оправдывает отсутствие "ненадежной" радиосвязи у нас-особенно, когда знаешь как и в каком количестве использовали радиосвязь немцы.

      Для немцев не было тайной ВООБЩЕ нахождение резервов в том районе. И удар на разгром резервов РККА был запланирован еще ДО начала "Цитадели".
      Можно было обеспечить тактическую неожиданность, скрыть состав группировки и направление ее главного удара.
      Относительно сравнения пользования радиосвязью...
      Для нашей армии (для штабов всех уровней от армии и ниже) это был просто непривычный геморрой. И до такой степени, что ИВС пришлось издавать уже после начала войны отдельный приказ, который заставлял осваивать это средство связи в войсках. Не умели, не любили и слишком сложно (шифровка). Кроме того, мы не ждали такой скоростной маневренной войны, в которой эта связь будет иметь такое значение.
      У немцев таких проблем не стояло. Они воевали уже почти два года. И у них ВСЕ было подчинено скорости, маневру, управляемости, точности, максимальной концентрации на узком участке, т.д.
  4. colonel 28 января 2014 10:09
    При всём уважении к автору, статье "-". Проводные каналы связи были уничтожены (вывод из материалов статьи), а неумение или опасения штабов пользоваться радиосвязью не оправдывает потерю управления. При чем устав 29го года, когда надо выводить войска из под удара.
    А сюжет про ВЧ
    Такая связь осуществляется путем подключения группы маломощных длинноволновых передатчиков, настроенных на разные волны с промежутками между ними в 3–4 кГц, к обычным телефонным проводам. Токи высокой частоты, созданные этими передатчиками, распространяются вдоль проводов, оказывая очень слабое воздействие на радиоприемники, не связанные с этими проводами, и обеспечивая в то же время хороший, свободный от многих помех прием на специальных приемниках, присоединенных к этим проводам
    автор совсем напрасно вставил в статью. Уж больно коряво.
  5. Werwolf 28 января 2014 10:17
    Как бы не было печально но МАРК СОЛОНИН в своей книге "23 ИЮНЯ: «ДЕНЬ М»" походу прав.
  6. КПА 28 января 2014 11:56
    Думаю,чисто психологически,командиры не хотели связываться с радиосвязью.Командиру нужна связь быстрая,трубку поднял приказ отдал.А в радио,он должен был либо с таблицей ребусы решать,либо через шифровальщика.Да и сейчас многие начальники радиодисциплиной пренебрегают.Был случай в Чечне,начальник штаба поехал встречать смену в Моздок.В воздухе вышел по радио:"товарищ полковник,группа в составе 24 человек прибудет на аэродром к 20-00".У меня глаза на лоб,бегу к командиру,мол поехали встречать с охранением пока не долетели.Как приземлились,обошлось,хотя два месяца назад "корову" прям на аэродроме сбили.Когда вернулись пошел разбираться.Начштаба - кавалер ордена мужества,вытащил когда -то,под обстрелом,из горящего БТРа восемь бойцов.Когда я ему объяснял,он так и не понял,что 8 спас,а 24 мог загубить.Чуть до драки не дошло.
    1. Monster_Fat 28 января 2014 12:23
      "Корову"(Ми-26) "Корнетом" или "Стрелой-Иглой"сбили? Там почти все погибли по-моему (больше сотни), включая вроде и генерала? Но это вроде под Ханкалой было?
      1. КПА 28 января 2014 13:27
        Цитата: Monster_Fat
        "Корову"(Ми-26) "Корнетом" или "Стрелой-Иглой"сбили?

        Не догадался спросить,да и что это меняет.Говорят засада была,на взлете сбили,сам не видел.
        Цитата: Monster_Fat
        Но это вроде под Ханкалой было?

        Так и есть,и мы из Моздока вертушку в Ханкале встречали.
        1. Monster_Fat 28 января 2014 14:04
          У меня родственник должен был лететь тем вертолетом в отпуск, но не успел передать дела и опоздал к вылету. Он говорил, что его с окружающих гор ПТУРСом сбили. Причем, что было странно, там на хребте посты были специально для слежения, но их убрали буквально за неделю до трагедии, якобы далеко до аэродрома. А у ПТУРС дальность до 5500 метров. Уж не понять-халатность это была или злой умысел.
          1. КПА 28 января 2014 15:10
            Цитата: Monster_Fat
            У меня родственник должен был лететь тем вертолетом в отпуск, но не успел передать дела и опоздал к вылету.

            У меня через год была похожая история,не сдал дела,на день позже поехал,все поехали поездом Грозный-Москва,который первый раз пустили,а его под Прохладным подорвали.Слава Богу,без погибших,двое раненых.
            Цитата: Monster_Fat
            Причем, что было странно, там на хребте посты были специально для слежения, но их убрали буквально за неделю до трагедии, якобы далеко до аэродрома.

            Да,точно,охранения не было,все время кабель до взлетки тырили. am
            1. Monster_Fat 28 января 2014 15:21
              С кабелем-как,все знакомо-ох уж и морока его, потом, выжигать-и коптит-демаскирует и воняет за версту, а что делать, боевые нам ведь "простили", , а жить то как-то надо было.
              1. КПА 29 января 2014 14:21
                Только,кабель у меня тырили. recourse
  7. smersh70 28 января 2014 12:49
    Автор-кадр.если даже во время прихода Сталина в ГЕНштаб,Начальник Генштаба докладывает, что связи с штабом ОКРУГА нет,о чем тогда речь,не говоря уже о связи штаба округа с штабами войск...
    smersh70
  8. igordok 28 января 2014 15:22
    В книге "Краткий справочник по вооруженным силам Германии" 1941 года выпуска (довоенная) в разделе "вооружение" имеется данная фотография. Многие, до войны и во время войны, боялись быть запеленгованными.

    Рис,25 Пеленгатор типа 111 Диапазон волн - 90-400 м. Вес приемника - 22,4 кг, упаковки питания- 13,5 кг.
  9. BigRiver 28 января 2014 16:48
    Цитата: Нормальный
    ...Надо понимать, что у нас не было опыта 1-й МВ? Результат - они умели воевать, а мы учились в ходе БД Почему мы не слелали выводы? Почему наша доктрина ведения БД оказалась негодной в 41-ом?
    То-есть мы не учавствовали в 1-й МВ?
    А у немцев был опыт войны на фронте такой протяженнности как в 41-ом?

    У РККА - не было опыта 1-й Мировой. Кроме того, Генштаб РККА не является приемником Генштаба царской армии.
    Вы, возможно, мне не поверите, но сможете проверить - у нас даже такого предмета, как Стратегия в академии Генштаба не было. А кадровая армия не помните когда появилась?
    Были отдельные систематизированные взгляды на характер современной войны, не получившие своего развития (Свечин, Триандафилов).
    У немцев же была непрерывная эволюция военной мысли от, конца 19 до середины 20 века, опирающаяся на переосмысление регулярно получаемого опыта.
    И был безусловный опыт противостояния с фронтами большой протяженности. Они только с сильнейшей армией Европы - Францией дважды воевали за 25 лет.
    Вы просто сравните бэкграунд высшего генералитета Вермахта и РККА на 1941-й. Я тут ничего нового не открываю.
  10. shurup 28 января 2014 16:57
    По-молодости в бытность помдежполка в мои обязанности входило ознакомление с утра под роспись штабистов с поступившими телефонограммами в журнале.
    При невозможности скрыться они ставили подпись с видимым неудовольствием на лицах, затем бурчали меж собой о глупости начальства. Чаще всего приходилось охотиться вплоть до кустов почему-то за автомобильным начальником.
    Приказ не расстреливать связистов в первый период войны не этим ли вызван?
  11. BigRiver 28 января 2014 17:16
    Цитата: вася
    Цитата: BigRiver
    Что первичнее?1. Наличие рационально организованных военных структур.Или:2. Умение этих структур воевать.?

    Я считаю, что умение.

    То есть, Вы считаете, что можно стать умелым футболистом, лишь регулярно наблюдая футбольные матчи по ТВ?
    А стать умелым командиром танкового полка можно и в поле, будучи бригадиром в МТЗ?
    Оригинальный взгляд://
  12. Прутков 28 января 2014 17:22
    Цитата: вася
    Цитата: Monster_Fat
    главное-неумение воевать, то есть неумение планировать, руководить и управлять, не умение учитывать особенности- как техники, так и обстановки, неумение грамотно, правильно применять оружие и технику, учитывать свои силы и силы противника и пр

    Согласен.
    Это было, есть и будет.
    В мирное время выше идут попколизы. Грамотные выявляются в военное время. (для примера Г...Жуков. Как НГШ угробил все (потери в начальный период войны), как ком. фронтов, удержание позиций через расстрелы, не учитывая обстановку, как представитель ставки - отсутствие участия в координации армий и фронтов (Курская дуга, Корсунь-Шевченсковская операция).
    Статья о связи.
    Потеря связи - потеря управления. Зачем говорить о ВОВ, если отдельные командиры и теперь по ЗАС переговорить не могут. Во время учений вся кодировка заменяется матом. Что такое симплекс-дуплекс и распространение радиоволн представление минимальное. А с распространением сотовых это еще и усугобилось.
    В пехотных и танковых училищах преподавали радиосвязь (как теперь в институтах и университетах не знаю), но меня убило, когда меня направили в танковый полк проверить перед учениями радиосвязь между танками полка. Они (танкисты) не могли настраивать р.ст.!!!! .
    Нам еще в училище говорили: самые стращные враги не противник, а свои танкисты и пехотинцы. Если полевку на гусеницы не намотают, то экспроприируют.
    Вообще, со стороны связиста, переговоры общевойсковиков (да и флотских) слушать прикольно. Но во время ВОЙНЫ эти смешки приводят к катастрофам.
    И еще раз: Потеря связи - потеря управления.
    Поэтому: связистов ценить надо и прислушиваться к их мнению, самим изучать средства связи в подчиненных подразделениях.

    Абсолютно с Вами согласен. Меня всегда удивляло, что во время итоговых проверок проверяли всё и по всем предметам, а работа на средствах связи проходила как бы "экстерном". И пехота и танкисты имеют очень слабые знания о средствах связи, которые установлены у них на технике. Другая проблема, которая осталась, по моему, ещё с ВОВ - это организация взаимодействия между разными службами и родами войск. В своё время мне один из ветеранов-связистов рассказывал, что дольше 3 мин. ни один радист "в эфире" не находился - этот район тут же накрывался артиллерией. Мне же несколько раз приходилось присутствовать на учениях, где применялись средства РЭБ. По идее, разведка должна была пеленговать источники излучения и давать координаты артиллеристам. Ничего подобного! Это проблемы связистов. Пусть сами разбираются с РЭБ.
  13. andron352 28 января 2014 20:50
    Не знаю на сколько правда где то читал - во время 08.08.08 наши десантники перли на Тбилиси. И только офицер догнавший колонну смог передать приказ Тбилиси не захватывать.
    1. Нормальный 28 января 2014 21:36
      Цитата: andron352
      Не знаю на сколько правда где то читал - во время 08.08.08 наши десантники перли на Тбилиси. И только офицер догнавший колонну смог передать приказ Тбилиси не захватывать.


      Ну вот... Опять связь подвела...
  14. демотиватор 29 января 2014 09:02
    Цитата: Monster_Fat
    Если почитать советские и немецкие военные мемуары, то сразу "бросается в глаза" различие в подходе ведения боевых действий.

    Можно почитать не только мемуары, наших, или немецких военачальников. Хорошую пищу для размышлений даёт также и прочтение материалов большого Совещания высшего руководящего состава РКККА, проведённого Сталиным 23—31 декабря 1940 г. Почитать доклады и выступления на нём и многое станет понятно - о чём думали и к чему готовили наши военачальники армию и флот.
    Например на этом Совещании генерал армии Жуков в своем докладе «Характер современной наступательной операции» сообщал, что современные наступательные операции отличают „смелое и решительное применение танковых дивизий и мехкорпусов в тесном взаимодействии с военно-воздушными силами на всю глубину оперативной обороны противника» и утверждал, что это доказывают «высокие темпы проведения наступательных операций. Польша разгромлена в 18 дней (в среднем суточное передвижение немцев равно 30 км), Голландия, Бельгия и Северная Франция, за 20 дней, что равно (темп наступления) 20 км в сутки. Разгром Франции – в 18 дней, что составляет (по темпу наступления) 16 км в сутки, при этом действие ММС доходило до 100—120 км“».
    Но уже потом, после войны, тот же Жуков в своих мемуарах заявляет, что никто не ожидал массированных ударов немцев?! Как это понимать? В 1940г. он отлично видел и понимал, как действуют в наступлении немцы, а спустя десяток лет оказывается "никто не ожидал"?
    Как известно, сразу после Совещания Жуков пошёл на повышение - его Сталин назначил НГШ РККА. «Военно-исторический архив» (№ 3, стр. 264) сообщает, что когда начальнику Генерального штаба КА Г. К. Жукову Главное разведывательное управление этого штаба принесло доклад «О франко-немецкой войне 1939—1940 г.», в котором были подробно проанализированы действия впервые созданных немцами оперативно-стратегических объединений – танковых армий, Жуков начертал на документе: «Мне это не нужно».
    Вот так, мол мы сами Гинденбурги, и чужой опыт нам не указ!
    Теперь о связи, вернее только об одной её составляющей - связи авиации, находящейся в воздухе с наземными войсками. На упомянутом Совещании выступил генерал инспектор ВВС Хрюкин. Хрюкин явился на Совещание самовольно и неожиданно. Упросил президиум или Тимошенко дать ему слово.
    Выступил Т. Т. Хрюкин сбивчиво, но сказал что хотел – без радиосвязи в воздухе и на земле никакого взаимодействия ВВС и наземных войск не будет. И сказал, что те, кому этим полагается заниматься, этим не занимаются: «Связь необходима, а как таковая она у нас даже по штату отсутствует» Т. е. дело даже не в том, что радиостанций нет или они несовершенны, а в том, что ими и не собираются оснащать ни землю, ни воздух, раз их НЕТ ПО ШТАТУ! И это в 1940 году.
    И ещё - в те годы, в академии им. Фрунзе на изучение связи не отведено ни единого учебного часа?? И дело даже не в изучении радиостанций, пеленгаторов и их работы. Ведь еще есть огромные вопросы скрытности и секретности связи – шифрования, кодирования. У немцев уже в дивизии была автоматическая шифровальная машинка «Энигма», они очень оригинально и надежно кодировали топографические карты и всю войну смеялись, когда перехватывали наши «кодированные» сообщения, в которых раз и навсегда: солдат – это «карандаш», снаряд – «огурец» и т. д. «У меня осталось 30 карандашей, пришлите мне машину огурцов» – для какого дурака был такой код? Кстати, из-за совершеннейшей недоработки вопросов скрытности радиосвязи наши генералы и боялись ее.
  15. демотиватор 29 января 2014 09:12
    Известный советский историк В.А. Анфилов описывал состояние связи в первые дни войны иссиня-черной краской:

    Бывший командующий Западным фронтом Д.Г. Павлов на допросе в НКВД также оценивал состояние связи в первые дни войны куда менее драматично, чем послевоенный историк.

    Не стоит удивляться тому, что существуют разные оценки одного и того же явления. Но стоит самим разобраться в том, как там было на самом деле. «Военно-исторический журнал» в № 4 за 1989 г. дал статью В. А. Семидетко «Истоки поражения в Белоруссии», где есть такие слова о состоянии средств связи в Белорусском ОВО на 22 июня 1941 г.:
    «Табельными средствами связи войска округа были обеспечены следующим образом: радиостанциями (армейскими и аэродромными – на 26—27, корпусными и дивизионными – на 7, полковыми – на 41, батальонными – на 58, ротными – на 70 проц.); аппаратами (телеграфными – на 56, телефонными – до 50 проц.); кабелем (телеграфным – на 20, телефонным – на 42 проц.)».
    Ротные и батальонные радиостанции могут относиться только к танковым дивизиям, где они были предусмотрены. В стрелковых подразделениях о них и понятия не имели.
    А что у немцев? У них к 22 июня 1941 г. только в пехотных и артиллерийском полках, противотанковом и разведывательном батальонах обычной пехотной дивизии число радиостанций следует оценить не менее, чем 70 штук. Разных видов. Но это радиостанции для связи с ротами и взводами. А штаб дивизии осуществлял связь с полками и батальонами с помощью батальона связи.
    В немецкой радиороте не только радист, но и каждый солдат умел пользоваться шифровальной машинкой «Энигма», работать на любой радиостанции, передавать и принимать не менее 100 знаков в минуту ключом без ошибок.
    А у РККА даже в лучшей военной академии на изучение связи не отводилось ни часа. Разрыв в уровне связи между нами и немцами был, как между небом и землей, а начальник Генштаба РККА генерал МЕРЕЦКОВ за полгода до войны в докладе о состоянии боевой подготовки Армии вообще ни слова не упоминает о связи, даже задачи не ставит об ее улучшении! Случайно?
    На картинке немецкие солдаты шифруют радиосообщение с помощью шифровальной машинки "ЭНИГМА".

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня