Трафальгарский разгром

Сражение

28 сентября 1805 года Нельсон возглавил британский флот, который блокировал франко-испанский флот в Кадисе. Нельсон был твердо убежден в плохой организации французского флота, пришедшего в упадок и, отбросив старую осторожную стратегию прежних флотоводцев, жаждал боя.


Однако для сражения необходим был выход флота противника в открытое море. Казалось маловероятным, что нерешительный Вильнёв, испугавшийся более слабой эскадры Кальдера, выступит против Нельсона. Но эту проблему за британцев решил Наполеон. 14 сентября французский император отдал приказ кадисской эскадре воспользоваться первым благоприятным случаем для прорыва в Средиземное море, чтобы поддержать действия французской армии в Италии и создать угрозу Египту. По пути союзный флот должен был соединиться с испанской эскадрой в Картахене (8 кораблей). 27 сентября это указание получил Вильнёв, который должен был после прибытия нового командующего передать ему флот и явиться в Париж «для дачи объяснений». 11 октября преемник Вильнева, Розили, был в Мадриде. Вильнёв, чтобы спасти свою честь, решил выйти в море.

Стоит отметить, что испанцы на совещании 19 октября были против выхода в море. Испанский командующий Антонио де Эсканья предлагал укреплять оборону в бухте Кадиса и не пытаться прорывать блокаду английского флота. Испанский адмирал Гравина также категорически возражал против выхода в море. Во-первых, испанцы отмечали, что экипажи были сильно недоукомплектованны, по причине эпидемии в Андалузии, в результате на корабли пришлось брать всех мужчин в возрасте от 14 до 45 лет без разбору, кого удалось схватить на улице. В результате экипажи были плохо подготовлены, не хотели воевать. Во-вторых, находясь в Кадисе, объединенный флот находится в более выгодных условиях по отношению к британскому флоту, под защитой береговых батарей. В-третьих, приближался период штормов. В день совещания 19 октября барометр быстро падал, что свидетельствовало о приближающейся непогоде. Однако французский адмирал возразил, что падение барометра не должно служить оправданием падению мужества и союзного долга.



19 октября корабли союзной эскадры начали сниматься с якоря. Двигаясь на юг, к Гибралтару, рано утром в 5 час. 30 мин., 21 октября, союзный флот был в 10-12 милях от мыса Трафальгар, когда сигнальщики увидели на западе приближающуюся английскую эскадру. Вопреки советам своих адмиралов, Вильнёв, придерживаясь старой линейной тактики, выстроил свой флот в одну линию. Вильнёв держал свой флаг на 80-пушечном корабле «Бюсанторе» (фр. Bucentaure). Союзники имели 33 линейных корабля, 5 фрегатов, 2 шлюпа с экипажем в 20 тыс. человек и 2864 орудиями.

Некоторое время Вильнёв колебался — принять ли сражение или вернуться. Примерно в 8 час. утра Вильнев приказал своим кораблям сделать «Поворот фордевинд, все вдруг, курс норд, в обратном порядке», и двигаться назад, в Кадис. Это означало, что авангард становился арьергардом. К 10 час. поворот был завершен. Такой манёвр перед началом битвы расстроил боевой порядок союзников, в строю кораблей появились опасные разрывы дистанции, а некоторые корабли, чтобы не столкнуться с соседом, вынуждены «выпасть» из строя. К моменту боестолкновения союзный флот не успел выстроиться в идеальный кильватерный строй, когда следом идущий корабль защищает корму впереди идущего. Строй союзников представлял собой полумесяц, выгнутый вправо, в сторону материка.

Нельсон, с учётом погоды, решил отказаться от классической линейной тактики и построил свои корабли в две колонны (дивизии). Флаг адмирала был поднят на 104-пушечном линейном корабле «Виктори» (Victory). Этот корабль шел головным в левой колонне. Правую колонну вел контр-адмирал Катберт Коллингвуд на 100-пушечном корабле «Ройял Соверейн» (Royal Sovereign). Британцы имели 27 линейных кораблей, 4 фрегата и 2 шлюпа с экипажем в 16 тыс. человек и 2312 пушками.

Коллингвуд с 15 кораблями должен был атаковать арьергард союзников — 12 кораблей и как можно быстрее уничтожить его. Тем временем другая колонна под командованием самого Нельсона (12 кораблей) должна была связать боем главные силы союзников, чтобы центр их боевого построения не мог оказать помощи арьергарду. При этом Нельсон предоставил капитанам значительную свободу для проявления инициативы: «Если в бою не увидите сигналов или не поймете их, ставьте свой корабль рядом с вражеским — не ошибетесь».

Трафальгарский разгром

Британский адмирал Катберт Коллингвуд


Перед началом битвы, удостоверившись, что все идет, как задумано, а колонна Коллингвуда уже начала сближение с противником, Нельсон сделал последнюю запись в своем дневнике: «Да благоволит Бог Всемогущий даровать Англии, ради общего блага всей Европы, полную и славную победу. Да не позволит Он ни одной частной слабости помрачить блеск ее, и да не попустит Британский флот забыть священный долг человеколюбия! Что касается меня самого, — моя жизнь в руках Того, Кто ее даровал мне. Да благословит Он мои усилия на верную службу отечеству! Его воле предаю себя и справедливое дело, защита которого мне вверена». Около 12 час. дня Нельсон приказал поднять для британской эскадры сигнал: «Нельсон верит, что каждый исполнит свой долг». Однако такой сигнал оказалось невозможным поднять — в коде не было необходимых обозначений; тогда первоначальная формула превратилась в знаменитое: «Англия ждет, чтобы каждый исполнил свой долг».

Вскоре после 11 час. раздался первый залп Трафальгарской битвы. Испанский 112-пушечный корабль «Санта-Ана» открыл огонь по вырвавшемуся вперёд флагману Коллингвуда. Вслед за этим открыли огонь другие корабли союзников. Около 12 час. 30 мин. корабль Коллингвуда прорезал строй противника и на некоторое время оказался в одиночестве посреди французских и испанских кораблей. Свыше четверти часа британский корабль сражался в одиночку, так как остальные корабли из-за слабого ветра не могли подойти для поддержки. Флагман получил сильные повреждения.

Вскоре в бой вступили другие корабли правой колонны, а около 1 час. в схватку вступила и колонна Нельсона. «Виктори» прорвал колонну противника между самым большим кораблем XVIII в. испанской 144-пушечной «Святой Троицей» (Santisima Trinidad) и французским флагманом. Надо сказать, испанская «Троица» была первым в мире четырёхдечным кораблем с командой в 1200 человек. Британцы имели более умелые экипажи и канониров: в среднем на каждый залп французов и испанцев следовало три залпа англичан (французские историки приводят соотношение темпа стрельбы 7/4). Британские корабли, прорывая строй противника, вели огонь с двух бортов. При этом английские артиллеристы старались бить по пушечным портам противника, чтобы вывести из строя его артиллерию.

Союзники не использовали шансы, которые давали им возможность нанести серьёзный урон противнику. Так, из-за слабого ветра английские корабли вступали в бой с большим временным промежутком, что давало возможность союзникам атаковать вражеские корабли по отдельности. Но нерешительность и низкая сплоченность не позволили союзникам использовать эту возможность. Более того, авангард союзников под началом адмирала Пьера Дюмануара на флагмане авангарда «Формидабле» (Formidable) оторвался от центральной группировки, и, не обращая внимания на сигналы Вильнёва, продолжал идти на Кадис. Дюмануар увел с собой девять кораблей авангарда и один примкнувший к авангарду корабль из центральной группы. В результате в самый решительный момент адмирал не оказал помощь основным силам, покинул место боя вместо того, чтобы бороться дальше. Лишь в 15 час. корабли авангарда начали поворот, но к месту боя подходили отдельными группами и не смогли оказать эффективной помощи центру. А несколько французских кораблей вообще прошли мимо схватки.

Таким образом, британские флагманы «Ройял Соверейн» и «Виктори», во главе своих колонн последовательно атаковали центр кильватерной линии франко-испанского флота, при этом корабли второй колонны вели бой с арьергардом, а первой — с центром противника. На некоторое время головные корабли колонн оказались в кольце огня, но затем были поддержаны остальными кораблями. Корабли центра союзного флота, оказавшиеся между двумя английскими колоннами, смешались и вынуждены были принять бой, в котором численное преимущество было уже у британского флота. С учётом лучшей выучки британских артиллеристов, делавших по выстрелу в минуту, в то время как французы — один в три минуты, поражение союзников стало очевидным.

Присутствие на палубе Нельсона со всеми регалиями подзадорило французских стрелков. Адмирал не обращал внимания на уговоры спуститься вниз и поплатился за это. Когда «Виктори» вступил в абордажный бой с французским кораблем «Редутабль» (Redoutable), один из французских стрелков сделал меткий выстрел — пуля прошла через эполет, пробила плечо легкое и застряла в позвоночнике британского командующего. Унесенный в лазарет смертельно раненый Нельсон был ещё жив и требовал отчета об идущем бое. В 4 часа к ещё живому Нельсону подошел командир «Виктори» Харди, сообщив, что взяты уже 15 кораблей противника и сражение выиграно, на что адмирал ответил: «Это хорошо, но я рассчитывал на 20». Харди заметил, что теперь, когда сражение выиграно, командование вполне может принять на себя лорд Коллингвуд, однако Нельсон ответил категорическим отказом, намереваясь бороться до конца. Флотоводец умер в 16 час. 30 мин., получив перед смертью донесение о полной победе английского флота.

Союзники потерпели поражение. Корабли центра и некоторые корабли арьергарда франко-испанского были окружены и начали спускать флаги. Около 14 час. спустил флаг флагман Вильнёва «Бюсантор». Французский корабль потерял все мачты. Корабль Нельсона взял на абордаж французский «Редутабль». Французы отчаянно дрались и сдались лишь после того, как потеряли 80% экипажа. Огромная испанская «Троица» билась с 7 британскими кораблями и была захвачена.

Решительно и отважно в этот день действовал командир арьергарда союзников, испанский адмирал Гравина, который был на 112-пушечном корабле «Принсипе де Астуриас». Он проявил огромное личное мужество. В этом бою Гравина потерял руку, которую раздробила картечь. Несмотря на увечье, флотоводец продолжал руководить боем. Адмирал Федерико Гравина, использовал ошибку Коллингвуда, который во главе прорвавшихся сквозь строй неприятеля кораблей, устремился вслед за двигающимися к Кадису кораблями авангарда союзников, вместо того, чтобы добить сильно поврежденные корабли арьергарда. Гравина поднял сигнал «Следовать за мной» и спас несколько сильно повреждённых кораблей, которые потеряли много людей, от английского плена. Он увёл корабли в Кадис.


Испанский адмирал Федерико Гравина

22 октября Гравина, укрыв корабли в бухте Кадиса от шторма, спешно ремонтирует их. В этот день несколько кораблей погубила стихия. Так, затонула «Святейшая Троица», которую англичане пытались отбуксировать Англию для ремонта. 23 октября Гравина снова выводит боеспособные корабли в море, чтобы отбить у англичан захваченные ими корабли, попытаться спасти экипажи с кораблей, потерявшие ход и управление. В результате этой вылазки была отбита «Санта-Ана», но шторм погубил два корабля.

4 ноября 1805 г. британская эскадра капитана Ричарда Стрэчена поймала французскую эскадру контр-адмирала Пьера Дюмануара, который улизнул у Трафальгара. После нескольких часов ожесточённого сражения у мыса Ортегаль Стрэчен вынудил французские корабли сдаться. Все четыре захваченных корабля были отправлены в Великобританию в качестве призов. Эта победа завершила разгром французского флота, начатый победой Нельсона при Трафальгаре.


Сражение у мыса Ортегаль

Итоги

В Трафальгарском сражении англичане захватили 17 кораблей в качестве приза, еще один сгорел. После того как корабли Дюмануара были пойманы близ мыса Ортегаль, потери союзников достигли 22 кораблей. Союзники потеряли около 15 тысяч человек убитыми, ранеными и сдавшимися в плен (по другим данным — около 7 тыс. человек). Англичане потеряли около 2 тыс. человек. Правда, многие английские корабли были сильно повреждены. Французский адмирал Ш. Р. Магон, командир арьергарда, погиб в бою. Испанский флагман К. Гравина вскоре умер от ран. Вильнев попал в плен, принял участие в торжественной церемонии похорон Нельсона, а по возвращении во Францию покончил с собой (или был убит).

Победа британцев была вызвана рядом причин: это общий упадок французского флота; отсутствие единой стратегии у союзников, и это привело к тому, что они действовали отдельными отрядами, не смогли использовать ошибки противника, чтобы нанести ему как минимум большой урон; гибкость английского командования, отказавшего от линейной тактики, значительная свобода в принятии решений и инициативность капитанов отдельных кораблей; лучшая подготовка английских экипажей; в целом значительно лучшая мотивация англичан. Вильнёв вступил в бой с недовольными союзниками, которых раздражало то, что французы распоряжаются в Испании, с кораблями, многие из которых ещё не были в море, с офицерами, доверие которых он утратил, с канонирами, которые большей частью ни разу еще не стрляли из пушек с качающейся палубы.

Стратегические итоги этой битвы были огромны. Французский флот был почти полностью уничтожен. Победа обеспечила господство британского флота на море, что затруднило связь Франции с ее колониями. Наполеон отказался от своих планов высадки войск в Англии и вторжения в Неаполитанское королевство. Франция и Испания навсегда уступили Англии моря и океаны. Британия надолго приобрела статус «хозяйки морей», поставив точку в длительной борьбе на морях с Испанией, Голландией, Данией и Францией.

Память о Трафальгарском сражении сохранили в Англии. Нельсон стал национальным героем. Имя Нельсона неизменно фигурирует среди первой десятки в опросах ВВС о великих британцах и их вкладе в историю и культуру Англии. В 1830 г. в самом центре Лондона по проекту строителя Букингемского дворца архитектора Дж. Нэша была создана Трафальгарская площадь. В 1842 г. в центре площади был установлен памятник адмиралу лорду Нельсону — колонна в три человеческих роста на постаменте высотой 50 метров, охраняемая бронзовыми львами — символами мощи Британской империи. На эту колонну пошло 16 т меди из расплавленных французских пушек, взятых в битве при Трафальгаре. Флагман британского флота, «Виктори», также был увековечен — его поставили на вечный прикол во втором сухом доке Портсмутской военно-морской базы. Корабль вначале оставался флагманом Второго Морского Лорда, а затем стал экспонатом Музея королевского военно-морского флота.


Корабль "Виктори"

Колонна Нельсона на Трафальгарской площади в центре Лондона
Ctrl Enter

Заметив ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter

12 комментариев
Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти