Линейные крейсеры типа "Измаил". Ч. 4

В предыдущих статьях мы рассмотрели историю проектирования, особенности вооружения и бронирования линейных крейсеров типа «Измаил», теперь же попытаемся оценить боевые качества этих кораблей в целом.

Надо сказать, что сделать это весьма затруднительно.


С одной стороны, если сравнить «Измаил» с его иностранными «коллегами», то получается, что отечественный корабль очень даже «на коне». Официально русские корабли заложили 6 декабря 1912 г., так что их ближайшими аналогами следует считать «Тайгер» в Англии (заложен в июне 1912 г) и «Лютцов» в Германии (заложен 15 мая 1912 г) – можно, конечно, взять и «Гинденбург», но вообще говоря разница между ними не слишком велика.

Так вот, при всех описанных нами ранее недостатках двенадцать отечественных 356-мм орудий, даже с начальной скоростью снаряда 731 м/сек., по своей огневой мощи безусловно превосходят 8*343-мм пушки английского линейного крейсера «Тайгер». Само собой, что отечественный 747,8 кг снаряд был куда мощнее английского 635-кг «тяжелого», но при этом разница в начальной скорости между ними была не слишком велика (759 м/сек. для британской пушки) и по дульной энергии английская 13,5-дюймовая артсистема проигрывала русской примерно на 9%. Другими словами, мало того, что «Измаил» превосходил «Тайгер» в количестве стволов главного калибра в полтора раза, так еще и его пушки индивидуально были более мощными.

Если же мы сравним «Измаил» с его германским «одногодком» по закладке – линейным крейсером «Гинденбург», то разрыв еще более велик. При всех несомненных достоинствах немецкой 305-мм пушки, ее снаряд весил только 405,5 кг, и, хотя артсистема Круппа и придавала ему очень высокую скорость 855 м/сек, все же по дульной энергии она проигрывала отечественному 356-мм орудию почти на 35%. И на «Гинденбурге» стояло только восемь орудий, против дюжины «Измаила».

Что же до бронирования, то этой номинации «Измаил» занимал почетное второе место – уступая линейным крейсерам типа «Дерфлингер», «Измаил», вне всякого сомнения, значительно превосходил «Тайгер». Конечно, преимущество менее чем в 9 мм в толщине броневого пояса «Измаила» сложно назвать существенным, но позади него цитадель отечественного корабля прикрывали 50 мм бронепереборки, переходящие в 75 мм скос, в то время как у «Тайгера» такой переборки не было вообще, а скос имел толщину только 25,4 мм. Правда, артпогреба «Тайгера» получили коробчатое бронирование толщиной 50,8 мм, которое, пожалуй, совместно с 25,4 мм скосом, возможно, соответствовало русскому 75 мм скосу, но у машинных и котельных отделений британского крейсера такой защиты не было. 229 мм бронепояс английского крейсера так же, как и у русского, защищал борт до средней палубы, но у «Измаила» бронепояс опускался на 1,636 м в воду, а у «Тайгера» - только 0,69 м. Правда, на протяжении последних 0,83 м русский пояс имел скос, а у британского корабля под 229 мм поясом шел отдельный 76 мм пояс, защищавший подводный борт на высоте 1,15 м.

Однако главный недостаток британского 229 мм бронепояса заключался в том, что он был слишком коротким и не защищал носовые и кормовую башни главного калибра – там борт «Тайгера» защищала всего лишь 127 мм броня (при этом толщина барбета за ней составляла только 76 мм). Русский 237,5 мм бронепояс был куда более протяженным, и защищал борт напротив всех четырех 356-мм башен.

Главный калибр «Измаила» также имел лучшую защиту - 305 мм лоб башен, 247,5 мм барбет против 229 мм брони «Тайгера», и единственно, в чем британский линейный крейсер имел преимущество – это верхний пояс и защита казематов (152-мм против 100 мм). Горизонтальная защита «Измаила» - 37,5 мм верхняя и 60 мм средняя палубы, конечно, существенно превосходила таковую у «Тайгера», имевшего одну броневую палубу 25,4 мм толщины, Правда, палубы полубака и верхняя у британского линейного крейсера имели увеличенную до 25,4 мм толщину, но в целом, это, конечно, не обеспечивало бронестойкость горизонтальной защиты «Измаила». Боевая рубка «Измаила» имела толщину стенок 400 мм, «Тайгера» - 254 мм.



Что же до «Лютцова», то, как ни странно, хотя в части бронирования «Измаил» и уступал ему, нельзя сказать, чтобы защита отечественного корабля была совершенно несопоставимой. Высота бронепояса «Лютцова» была выше – 5,75 м против 5,25 м, но при этом 300 мм толщина у «немца» имела высоту только 2,2 м, а остальная часть – только 270 мм, уменьшающиеся к верхней кромке до 230 мм. Конечно, 237,5 мм броня русского пояса все равно слабее, даже с вышеуказаными оговорками, но ситуацию в какой-то мере улучшают 50 мм бронепереборка и 75 мм скос – у «Лютцова» скос был тоньше, только 50 мм, бронепереборки не было вообще.

Сравнение толщин брони барбетов и башен, хоть и не в пользу русского корабля, но разница крайне невелика – лоб башни у «Измаила» даже толще (305 мм против 270 мм) барбет – тоньше (247,5 мм против 260 мм), но при этом тоньше всего-то на полдюйма, и толще, чем, например, у «Зейдлица» (230 мм). Горизонтальная защита «Измаила» однозначно лучше, чем у «Лютцова» - 37,5 мм верхняя палуба и 60 мм средняя заметно лучше 25,4 мм верхней и 30 (до 50 мм в районах башен главного калибра) у «Лютцова». Поэтому мы можем констатировать, что бронирование «Измаила» не просто находилось «где-то между» «Тайгером» и «Лютцовом», но было значительно ближе к германскому линейному крейсеру, чем к английскому.

Что же до энергетических установок сравниваемых кораблей, то максимальная скорость «Измаила» при номинальной мощности машин должна была составлять 26,5 узлов, при форсаже – до 28 узлов, то есть равняться таковой у линейных крейсеров типа «Дерфлингер». «Тайгер», с его номинальными 28,34 уз и «форсированными» 29,07 уз, имел определенное преимущество в скорости, но язык не повернется назвать его значительным.

Отсюда очень легко (и очень хочется!) сделать напрашивающийся вывод: занимая промежуточное положение по бронированию, но превосходя своих «одногодков» по вооружению, «Измаил», без сомнения, в реальном бою был бы куда более опасным противником, чем «Лютцов» или «Тайгер» - а раз так, то отечественная военно-морская мысль заслуживает всемерного одобрения.

Однако подобная логика будет, увы, неверной. И причина заключается в том, что, как ни крути, а защиту корабля следует оценивать не с точки зрения «лучше или хуже того или иного корабля», а с позиции соответствия уровню потенциальных угроз. И тут, увы, отечественному проекту линейных крейсеров «Измаил» похвастаться совершенно нечем.

В статье «Соперничество линейных крейсеров: «Зейдлиц» против «Куин Мэри»» мы приводили примеры того, как британские 343-мм снаряды пробивали 230 мм броню «Зейдлица» на дистанции 70-84 кабельтов. В одном случае (Ютланд) на дистанции в 7 миль британский корабль пробил 230 мм борт, разорвался при прохождении брони и его осколки продырявили 30 мм барбет башни главного калибра «Зейдлица» и вызвали возгорание зарядов в перегрузочном отделении. В другом случае (Доггер-Банка) с дистанции 8,4 мили был пробит 230 мм барбет. Иными словами, бронеплиты указанной толщины не уберегли германский корабль даже от старых, и по сути своей – полубронебойных снарядов британских линейных крейсеров, взрыватели которых почти не имели замедления и подрывали боеприпас при преодолении броневой плиты или же сразу за ней. Но даже такие боеприпасы, по всей видимости, вполне способны были бы пробивать 237,5 мм бронепояс и 247,5 мм барбеты «Измаилов» на основных боевых дистанциях (70-75 кабельтов). Хотелось бы отметить, что участок барбетов между верхней и средней палубами русских кораблей также выглядел уязвимым – сомнительно, чтобы 100 мм верхний пояс вызвал бы детонацию 343-мм снаряда, а по его преодолении лишь 147,5 брони барбета (либо 122,5 мм брони барбета и 25,4 мм бронепереборка) отделяла бы британский снаряд от перегрузочных отделений башен главного калибра. Правда, была у русских кораблей и «полоса неуязвимости» - дело в том, что 247,5 мм участок барбета не заканчивался на верхней палубе, а уходил вниз, закрывая часть пространства между верхней и средней палубами - для того, чтобы преодолеть русскую защиту на этом участке, вражеский снаряд должен был пробить сперва либо 37,5 мм верхней палубы, либо 100 мм брони верхнего пояса, и лишь потом встретиться с 247,5 мм броней барбета. Этот «пояс безопасности», вероятно, защищал «Измаил» от попаданий 343-мм снарядов старого образца, проблема была только в том, что из всей высоты барбетов ей был защищен от силы метр с небольшим. Ниже дела обстояли… в чем-то лучше, а в чем-то и нет.

Формально между средней и нижней палубами подачные трубы защищались достаточно хорошо – сочетанием 237,5 бронепояса и противоосколочной 50 мм бронепереборки. Но… как мы видим, британские 343 мм снаряды без особых проблем способны были преодолеть 230-мм броню, и вряд ли дополнительные 7,5 мм тут что-то кардинально решали. С другой стороны, опыты 1920 года неопровержимо свидетельствовали, что от осколков 305-356-мм орудий надежно защищала только 75 мм броня. Таким образом, британский снаряд, разорвавшийся в ходе пробоя 237,5 мм главного бронепояса «Измаила», имел все шансы своими осколками продырявить 50 мм бронепереборку, а там… а там, увы, подачные трубы русских линейных крейсеров уже ничего не защищало – бронированный барбет, как это ни печально, заканчивался на средней палубе. Все же, и с учетом того, что 50 мм переборка все-таки проходила под большим наклоном, а подачная труба, пусть даже не имея брони, все равно была стальной и имела какую-то толщину, определенные шансы не пропустить раскаленные осколки снаряда в перегрузочные отделения у «Измаила» были.

Хуже другое – наличие «окна» в защите барбетов. Существовал угол, при котором вражеский снаряд, преодолев 100 мм верхний бронепояс, попадал в 12 мм палубу, естественно, проламывал ее – а затем лишь 50 мм брони отделяли его от перегрузочных отделений башен главного калибра

Линейные крейсеры типа "Измаил". Ч. 4


Впрочем, подобные проблемы имели линкоры и линейные крейсера иных держав – в те годы было нормой, что барбеты внутри корпуса корабля защищались «по совокупности», то есть их бронезащита была лишь тогда более-менее достаточной, когда вражеский снаряд летел настильно, поражая бронепояс и барбет за ним. О том, что вражеский снаряд может лететь более отвесно, и поразить верхний, более слабый бронепояс или палубу, и затем пробить слабозащищенный барбет, по всей видимости, старались не задумываться.

В сущности, по настоящему надежной защитой от 343-мм снарядов старого образца (не считая метрового «пояса безопасности» барбетов между верхней и средней палубами) обеспечивалось только пространство за 75 мм скосами. Вот тут – да, как бы ни был слаб 237,5 мм бронепояс «Измаила», он, безусловно, заставил бы детонировать британский 13,5-дюймовый снаряд в процессе своего преодоления, а 75 мм скос надежно защищал от осколков разорвавшегося снаряда. В данном случае русская система «разнесенной» брони действительно работала, обеспечивая уверенную защиту от английских снарядов… ровно до того момента, пока англичане не приняли на вооружение новые, полноценные бронебойные снаряды «Greenboy».

И опять же, кто-то может упрекнуть автора настоящей статьи в некоей предвзятости – как же так, ведь он на протяжении многих публикаций объяснял достаточность защиты и первых русских дредноутов, и первых германских линейных крейсеров именно плохим качеством английских бронебойных снарядов, чей взрыватель почти не имел замедления. Почему же для «Измаилов» все иначе?

Ответ очень прост – все упирается в сроки строительства. И «Севастополи», и «Императрица Мария» вошли в строй в начале Первой мировой войны, в 1914-1915 гг. И если бы вдруг вышло так, что мы бы в этой войне воевали бы не против Германии, а против Англии, то наши линкоры столкнулись бы со сверхдредноутами англичан, вооруженных старыми 343-мм снарядами. Полноценные 343-мм бронебойные боеприпасы англичане получили только в конце войны.

Но дело в том, что «Измаилы», даже по самым оптимистичным прикидкам и допущениям, никак не могли бы войти в строй раньше конца 1916- начала 1917 г. и достичь боевой готовности к осени 1917 г., то есть как раз под британские «гринбои». А для них защита «Измаилов» ни в каком месте не представляла проблем – на основной дистанции в 70-75 кабельтов, они легко дырявили бы 237,5 мм бронепояс и разрывались бы при попадании в 75 мм скос – подобного «надругательства» трехдюймовая броня перенести не могла в принципе, она способна была удержать осколки снарядов такого калибра только в случае, если бы те взрывались на расстоянии 1-1,5 м от нее. А взрыв снаряда на броне приводил к пролому, причем заброневое пространство поражалось бы не только осколками снаряда, но и осколками разбитой вдребезги брони.

Другими словами, несмотря на то, что английское 13,5-дюймовое орудие и уступало по своим возможностям русской 356-мм/52 пушке, пусть даже со сниженным до 731,5 м/сек начальной скорости снаряда, но оно, будучи снабженное качественным бронебойным снарядом, вполне способно было преодолевать броневую защиту «Измаила» даже на самых «крепких» ее участках. Увы даже очень хорошее горизонтальное бронирование русского корабля не гарантировало абсолютной защиты от попавших в палубу снарядов.

Дело в том, что как мы уже писали ранее, первоначально принятая для «Измаилов» схема, при которой наиболее толстой бронепалубой была верхняя, являлась ошибочной – испытания стрельбой показали, что 305-мм снаряды при попадании в верхнюю 37,5 мм палубу разрывались, делали пролом, и нижние палубы пробивались как осколками самого снаряда, так и брони разбитой палубы. Соответственно, «Измаил» получил усиление бронезащиты – верхняя осталась как есть, 37,5 мм, но среднюю усилили до 60 мм.

Но вот что интересно – уже после обстрела «Чесмы», были проведены еще одни испытания, а выглядели они так. Сделали сруб, поверх которого уложили 37,5 мм броню, по низу – 50,8 мм. При попадании 470,9 кг фугасного снаряда верхний бронелист ожидаемо оказался пробит, но его обломки 50,8 мм нижнюю броню пробить не смогли. Однако даже двухдюймовая броня не смогла удержать осколков самого снаряда, они пробили 50,8 мм в четырех местах. Соответственно, можно предположить, что 60 мм защита средней палубы «Измаилов», если и могла отразить такой удар, то только на пределе возможного. Соответственно, можно предположить, что горизонтальная защита «Измаилов» вполне способна была удержать удары германских 305-мм бронебойных и фугасных снарядов, потому что последние имели малое содержание ВВ: 26,4 кг для фугасного, то есть сила взрыва такого снаряда значительно уступала русскому фугасу того же калибра (61,5 кг). Возможно, палубы «Измаила» удержали бы также и удар полубронебойного английского 343-мм снаряда (53,3 кг ВВ), хотя тут уже возникают вопросы. Англичане использовали в качестве взрывчатки более мощный лиддит, однако он, обладая большей фугасностью, по сей видимости дробил корпус снаряда на более мелкие осколки, чем тринитротолуол, поэтому, вероятно, воздействие осколков английского полубронебойного и русского фугасного снарядов можно оценить (на глазок!) как примерно равное. А вот удар фугасного 343-мм снаряда, «Измаил», скорее всего не выдержал бы, потому что тот имел 80,1 кг ВВ.

Что же касается гипотетического боя с «Лютцовом», то тут, вроде бы, для русского корабля все совсем неплохо – надо сказать, что с точки зрения противостояния 305-мм снарядам защита «Измаила» была достаточно хороша. Вспомним, что в реальном бою, в Ютланде, германские снаряды этого калибра 229 мм броню английских крейсеров пробивали через раз на третий – из 9 зафиксированных попаданий броню пробили 4 снаряда, при этом один из них (попадание в башню «Тайгера») полностью разрушился в момент прохождения брони, не взорвался и никакого ущерба не нанес. Анализируя возможности английского 343-мм «гринбоя», мы пришли к выводу, что на 70-75 кабельтовых бронирование «Лютцова» он способен был пробить, хотя и с трудом (при углах попадания в бронеплиту, близких к нормали, то есть 90 град). Русская 356-мм/52 пушка была мощнее, даже при сниженной начальной скорости снаряда, и это как будто свидетельствует о том, что отечественному четырнадцатидюймовому «чемодану» преодолеть германскую защиту было бы еще проще. Все это позволяет предположить, что на дистанции 70-75 кабельтов с точки зрения бронепробития и русский, и немецкий корабли оказались бы примерно в равных условиях – их защита пробивалась бы снарядами неприятеля, хотя и с трудом. Но с учетом того, что у «Измаила» пушек в полтора раза больше, а заброневое действие снаряда – куда как выше (в силу большей массы снаряда и большего содержания ВВ), русский линейный крейсер в подобной дуэли должен был иметь преимущество.

Вот только нельзя забывать, что если отечественная 305-мм/52 обуховка получила на вооружение настоящее оружие «судного дня» - великолепный бронебойный 470,9 кг снаряд, настоящий шедевр артиллерийского дела, то первые отечественные 356-мм снаряды, увы, были далеки от желаемого уровня. По своим бронебойным качествам они даже проигрывали 305-мм «собратьям». Да, конечно, впоследствии эти недостатки были бы исправлены, но… когда? Возможно, конечно, что недостатки опытной партии снарядов были тут же исправлены, и корабли изначально получили бы на вооружение полноценный боеприпас, но точно мы этого знать не можем. А если «Измаилу» пришлось бы сражаться «некондиционными» снарядами, то его превосходство над «Лютцовым» резко снизилось, и не факт, что сохранилось бы вообще.

А что случилось, если бы «Измаилу» противостоял не «Лютцов», а «Макензен»? Увы, ничего хорошего для русского корабля. Новейшая германская 350-мм пушка, как ни странно, имела дульную энергию на 0,4% (именно так – на четыре десятых процента) ниже, чем 356-мм/52 пушка – причина кроется в том, что германский снаряд был слишком уж легковесным (600 кг, начальная скорость – 815 м/сек), и это означало, что на дистанции 70-75 кбт бронепробиваемость русской и германской артсистем были бы вполне сопоставимы, возможно, несколько ниже у немецкой. Однако же защита «Измаилов» очевидно слабее – будучи более-менее достаточной от 305-мм снарядов, она достаточно легко пробивалась 343-350 мм боеприпасами. Таким образом, «Измаил» для «Макензена» являлся «стеклянной пушкой» - несмотря на полуторное превосходство в количестве стволов, скорее всего, в поединке с детищем «сумрачного германского гения», он получил бы решающие повреждения быстрее, чем смог бы нанести их сам.

В целом же можно констатировать, что в классе линейных крейсеров «Измаил» получал очевидное преимущество разве что над «Лютцовым», да и то – при условии наличия качественных бронебойных снарядов на русском корабле. Дуэль с «Конго», «Тайгером» или «Рипалсом» представляла бы собой лотерею, потому что если их защита была проницаемой для пушек отечественного линейного крейсера, то и «Измаил» был вполне уязвим для их снарядов. Впрочем, шансов выиграть в этой лотерее у «Измаила» было несколько больше, за счет превосходства в количестве стволов главного калибра, а также и за счет хорошего горизонтального бронирования, которое, по всей видимости, могло защитить от попадания бронебойных 343-мм снарядов (против 356-мм снарядов «Конго» - сомнительно, от 381-мм пушек «Рипалса» защитить не могло совершенно наверняка).


Линейный крейсер "Наварин" (на заднем плане - корпус "Бородино")


Вроде бы, не так уж и плохо – но нельзя забывать, что тактическим назначением «Измаила» была не борьба с линейными крейсерами противника, а роль «быстроходного крыла» в составе линейного флота. И тут 380-381-мм артиллерия английских и германских дредноутов и вовсе не оставляла «Измаилам» ни единого шанса.

Понимали ли это наши предки? Судя по всему – да, но осознание совершенно недостаточной защиты пришло к ним уже после испытаний «Чесмы» в 1913 г., когда строительство линейных крейсеров уже шло вовсю. Тем не менее, именно тогда были произведены расчеты, согласно которым оказалось, что «Измаил» представляет собой почти идеальное сочетание «меча и щита», и может успешно разить едва ли не любой иностранный линейный корабль. Вот как описывает результаты этих расчетов Л.А. Кузнецов, в своей, не побоимся этого слова, образцовой монографии «Линейные крейсеры типа «Измаил»»:

«… м МГШ даже рассмотрели гипотетические поединки броненосного крейсера типа «Измаил» (с 241,3 мм бортовым поясом на курсовых углах 30-90 град) с рядом иностранных линейных кораблей: французским «Норманди», германскими «Кайзер» и «Кениг», и английским «Айрон Дюк». В результате сделанных специалистами штаба выкладок выяснилось следующее: при бое с первым (12*343-мм орудий, 317,5 мм пояс, скорость 21,5 узлов) русский крейсер имел значительную свободу маневрирования и, обладая большим ходом, пробивал его броню при всех углах встречи, а преимущество в дистанции могло превышать 20 кбт; при столкновении со вторым (10*305-мм орудий, 317,5 мм бронепояс, скорость 21 уз) преимущества в свободе маневрирования, бронепробиваемости при различных углах и тактической скорости также оставались за «Измаилом», при бое с третьим (8*380-мм орудий, 317,5 мм пояс, 25 уз) свобода маневрирования, правда, незначительная, (5-8 град) оставалась за германским кораблем, но в тактической скорости и числе орудий первенствовал русский; аналогичным образом обстояло и с британским линкором (10*343-мм орудий, 343 мм пояс, скорость 21 уз) но, принимая во внимание преимущества броненосного крейсера в ходе и углах обстрела (тактическая скорость), превосходство его противника могло быть меньше указанных выше 5-8 град».


Первое, что хотелось бы отметить – это ошибочные данные о ТТХ иностранных линкоров, но это вполне объяснимо: в 1913 г. точных данных об этих кораблях в МГШ могли и не знать. Второе куда более важно – очевидно, что эти расчеты делались с учетом паспортной начальной скорости отечественных 356-мм снарядов (823 /сек), а не фактически достигнутой (731,5 м/сек), то есть реальная бронепробиваемость у пушек была бы много ниже той, что принята в расчетах, и уже одно только это должно обнулить их ценность для нашего анализа. Но дело в том, что даже игнорируя завышенную бронепробиваемость, мы вынуждены констатировать, что расчеты МГШ ошибочны, и, по всей видимости, призваны ввести в заблуждение тех, кто будет знакомиться с их результатами.

Дело в том, что по результатам испытаний «Чесмы» артиллерийский отдел ГУК (по всей видимости, в это время им руководил Е.А. Беркалов) были выполнены расчеты, суть которых сводилась к определению бронепробиваемости снарядов калибром 305, 356 и 406 мм на дистанции в 70 кабельтов, в зависимости от курсового угла корабля. На самом деле к точности этих расчетов есть кое-какие вопросы (на которые, возможно, есть вполне адекватные ответы, но, к сожалению, в известных автору источниках они не приводятся), но сейчас важно не это – вне зависимости от того, насколько эти расчеты точны, они были приняты МГШ в 1913 г в качестве инструмента для определения необходимого уровня бронирования будущих линкоров уже в октябре 1913 г. С учетом того, что дебаты по поводу бронирования «Измаилов» продолжались до ноября, расчеты Е.А. Беркалова на момент принятия решения были известны и уже использовались МГШ.

Суть этих расчетов сводилась к нижеследующей диаграмме



На вертикальной оси представлена толщина пробиваемой брони в калибрах снаряда, а косые линии – это отклонение от нормали. То есть при отклонении, равном 0, снаряд попадает в бронеплиту под углом 90 градусов с поправкой на угол падения снаряда (составлявший 9-10 град). Другими словами, при отклонении, равном 0, снаряд попадал в плиту под углом 90 град в горизонтальной плоскости и 80-81 град – в вертикальной. При отклонении в 20 град, угол попадания снаряда в горизонтальной плоскости составит уже не 90, а 70 град, и т.д.

Нас интересует график под цифрой 2 (он обозначает возможности бронебойных снарядов, когда снаряд преодолевает броню в целом виде и взрывается за ней). Так вот, мы видим, что снаряд, попавший в броню с нулевым отклонением от нормали, способен пробить броню толщиной 1,2 собственного калибра, для 305-мм это 366 мм, для 356-мм – 427 мм и т.д. А вот при отклонении от нормали на 25 град (угол между поверхностью плиты и траектории снаряда 65 град) – только в собственный калибр, т.е. в 305 мм, 356 мм и т.д.

Так вот, к примеру, 241,3 мм бронепояс, который был принят для «Измаила» (почему не честные 237,5 мм?!), составляет грубо 0,79 калибра двенадцатидюймового снаряда. А 317,5 мм бронепояс, принятый для «Кайзера» - примерно 0,89 калибра для 356-мм снаряда. Один взгляд на представленную диаграмму подсказывает, что германский линкор способен поразить «Измаил» при отклонении от нормали 33 градуса и менее (то есть при курсовых углах 57 град и более), в то время как «Измаил» способен продырявить вражеский бронепояс только при отклонении от нормали 29 град. и менее (то есть на курсовом угле 61 град и более). Иными словами, с позиции бронепробиваемости на различных курсовых углах, линкор с 305-мм пушками и 317,5 мм броней имеет хоть и небольшое (примерно на 4 град) преимущество перед линейным крейсером с 356-мм пушками и 241,3 мм броней. Однако же расчеты МГШ утверждают, что преимущество за «Измаилом»! Германские 380-мм пушки вообще оставляют «Измаил» глубоко позади – они пробивают 241,3 мм броню при отклонении от нормали примерно 50 град (то есть курсовой угол 40 град и более), разница с «Измаилом» 21 градус, но никак не 5-8 град, указанные в расчетах!

В общем, расчет МГШ касательно «Измаилов» мог быть верен лишь в том случае, если было сочтено, что германские пушки намного… нет, даже не так: НАМНОГО слабее отечественных артсистем того же калибра по части бронепробиваемости. Но с чего бы МГШ так считать?

А ведь это еще не все. Производя расчет по 241,3 мм броне на достаточно острых курсовых углах (30 град), специалисты МГШ как-то «упустили» тот факт, что подобные бои для «Измаилов» были предельно опасны в силу крайней слабости бронирования траверзов. Что такое для вражеских тяжелых снарядов 100 мм брони, прикрывавшей пространство между палубой полубака и верхней палубой? И как прикажете оценивать бронестойкость пространства между верхней и средней палубами, которые «защищали» аж две перегородки толщиной в 25 мм каждая разнесенные на 8,4 м?

Пока «Измаил» держал противника на траверзе (то есть под курсовым углом 90 град) и близко к этому, такие «траверзы» не создавали критической уязвимости, тем более что для того, чтобы добраться до траверза, нужно было бы еще пробить 100 мм броню борта. Но как только корабль поворачивался носом в сторону неприятеля, последнему открывались настоящие ворота вглубь линейного крейсера. Например, существовала такая «замечательная» траектория, при которой снаряд, ударивший в палубу полубака, пробивал ее в небронированной части, затем дырявил 25 мм вертикальный «траверз» и прямиком бил в 147,5 мм барбет носовой башни. Единственным утешением служило то, что сталь палубы здесь имела утолщение до 36 мм, но... все-таки это была не броня, а обычная судостроительная сталь.



Так что же, делаем вывод, что специалисты МГШ были редкостными профанами и зря ели свой хлеб? Это сомнительно, и, по мнению автора настоящей статьи, наиболее вероятна версия сознательной дезинформации. Зачем?

Дело в том, что в конце 1913 г было очевидно, что война уже на пороге и может разгореться в любой момент. Но Балтийский флот к ней был совершенно не готов – для создания полноценной и эффективной эскадры считалось иметь необходимым две бригады по 4 линкора и одну бригаду линейных крейсеров, в то время как по факту флот должен был вскоре получить 4 «Севастополя» и все. То есть линейные крейсера нужны были как воздух, и любые мероприятия, увеличивающие сроки постройки «Измаилов» должны были стать для МГШ как острый нож в сердце.

В то же время Морскому министерству предлагались проекты коренной перестройки этих кораблей, (например, проект М.В. Бубнова), у которых было три глобальных недостатка. Первый из них заключался в том, что защиту «Измаила» превращали в «тришкин кафтан» - добронировались одни части, корабля, но при этом критично ослаблялись другие, что, конечно, было неприемлемо. Вторая проблема стояла еще более остро – подобные переделки требовали очень много времени на внедрение.

Ну вот, к примеру, проект вице-адмирала М.В. Бубнова предполагал оснащение крейсеров бронепоясом в 305 мм. Это, конечно, выглядело превосходно – если только забыть, что максимальная толщина бронеплит нужных размеров, которую могли произвести заводы Российской империи, составляла только 273 мм. То есть нужно было либо модернизировать производство, либо же переходить на плиты меньшего размера, что также создавало ряд технических проблем, которые нельзя было решить единомоментно. Или вот его же предложение об увеличении толщины брони башен до 406 мм – дело, опять же, благое, только вот трехорудийные башенные установки пришлось бы перепроектировать, потому что дополнительная броня – это вес вращающейся части башни, который не был запланирован и под который, конечно не были рассчитаны мощности соответствующих, вращающих башню механизмов.

И наконец, третья проблема заключалась в том, что усиление бронирования достигалось ценой скорости, так что «Измаил» по сути превращался из линейного крейсера в дредноут, чего адмиралы совершенно не хотели. Они отлично понимали, что высокая скорость даст «Измаилам» возможность действовать даже в условиях превосходства неприятельского флота, потому что в случае необходимости линейные крейсера смогут «отступить на заранее подготовленные позиции».

В общем, МГШ очевидно предпочитал иметь 4 мощных и быстроходных, пусть и не слишком хорошо защищенных линейных крейсера в составе флота в грядущей войне, чем 4 улучшенных (но все равно не достигающих совершенства) корабля после нее. С позиции сегодняшнего дня, это было вполне правильно. Все же основу германского «хохзеефлотте» составляли линкоры и линейные крейсера с 280-305-мм артиллерией, а против таких пушек броня «Измаилов» защищала относительно неплохо.

Тем не менее, о подобных проектах требовалось уведомлять царя-батюшку, который флот любил, но не слишком хорошо его понимал и вполне мог польститься на формальное улучшение ТТХ. Соответственно, гипотеза автора настоящей статьи заключается в том, что сравнение «Измаила» с линкорами Франции, Германии и Англии было сделано для того, чтобы убедить всех в том, что и в своем существующем виде корабли вполне боеспособны и грозны для любого противника – хотя на самом деле, конечно, ничего такого не было.

Фактически «Измаилы» представляли собой тип сильно вооруженного быстроходного корабля, бронирование которых хорошо защищало от снарядов до 305-мм включительно. Тем не менее, для любого корабля с орудиями от 343-мм и выше, «Измаил» представлял собой вполне «доступную» цель, и никакие ухищрения с курсовыми углами ничего тут решить не могли. Собственно говоря, если бы кто-то воспринимал эти курсовые углы всерьез, то следовало ожидать обязательного усиления траверзов, которые на таких углах пришлось бы «показывать» врагу, а этого сделано не было.

Из-за ошибки при проектировании, реальные ТТХ 356-мм/52 орудий оказались куда ниже ожидаемых, и потому «Измаил», фактически, не имел никакого преимущества перед любым линкором, оснащенным 10-12 орудиями калибром 356-мм, а уж корабли с пушками 380-мм и выше значительно его превосходили. Меньшее количество стволов здесь вполне компенсировалось возросшим бронепробитием и могуществом снарядов. Но при этом «Измаил» по бронированию уступал практически всем дредноутам с пушками калибра 356-мм и выше. Да, он превосходил большинство из них в скорости, но она в данном случае давало лишь одно преимущество – вовремя сбежать с поля боя.

Приходится констатировать, что «Измаил», в случае его постройки, по части зон свободного маневрирования категорически проигрывал бы любому 356-мм дредноуту, и даже уступал некоторым «305-мм» линкорам («Кениг» и «Кайзер»). Это не значит, что он не мог сражаться с последними, более того, скорее всего, в поединке с тем же «Кенигом» «Измаил» имел бы успех за счет превосходства в артиллерии, но бой с тем же «Айрон Дюком» был для «Измаила» смертельно опасен, а «Куин Элизабет» или «Байерн» просто разодрали бы русский линейный крейсер на куски.

Если бы каким-то чудом, бригада линейных крейсеров типа «Измаил» оказалась в нашем распоряжении в начале Первой мировой войны, то это были бы крайне полезные и своевременные корабли, способные обеспечить множество активных операций. Обладая превосходством в скорости, очень мощным для 1914 -1915 гг вооружением и приемлемым против 280-305-мм германских орудий бронированием, они вполне могли безраздельно господствовать на Балтике, и для того, чтобы противодействовать этому, немцам требовалось бы куда более многочисленные силы. При этом «Измаилы» могли уйти от вражеских дредноутов, если тех оказывалось больше, а линейным крейсерам, которые могли их догнать, в бою с четверкой «Измаилов» «не светило» совершенно.

Однако ни при каких условиях «Измаилы» не успевали к началу Первой мировой, они должны были вступить в строй уже позже, в эпоху сверхдредноутов, вооруженных 356-406-мм артиллерией, которым русские линейные крейсера, в силу слабости защиты, успешно противостоять не могли. И это, к сожалению, не позволяет считать линейные крейсера типа «Измаил» большим успехом отечественной военно-морской мысли.

Продолжение следует...
Ctrl Enter

Заметив ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter

78 комментариев
Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти