Чины и пенсии за службу гражданскую. Часть 6

Пенсии чиновникам в случае болезней или увечий, полученных в период гражданской службы, назначались при меньших годах выслуги и в зависимости от тяжести заболевания. В таких случаях требовались результаты медицинского освидетельствования от уполномоченных на то врачей. После представления всех необходимых документов назначалась пенсия — «по смерть» либо до выздоровления. С таким же расчетом назначались и пенсии из эмеритальных касс, хотя здесь уже дополнительно учитывались сроки уплаты взносов в кассу.

Чины и пенсии за службу гражданскую. Часть 6



Начало XX века совпало с ростом революционных выступлений и противоправных действий террористов в Российской империи. Основной удар наносился по системе государственного управления и служившим там гражданским чинам. По неполным данным, только за годы 1-й русской революции 1905-1907 годов число убитых и покалеченных госслужащих в результате терактов и массовых беспорядков составило более 4500 человек. В пенсионное законодательство были внесены поправки, которые учитывали при назначении пенсий ранения и травмы, полученные не только при боевых действиях, но и результате революционных выступлений и уличных беспорядков.

Вдовья доля и сиротские пенсии

Отсчет начала пенсионного обеспечения вдов и сирот можно вести от норм, заложенных еще Петром I в «Морском уставе» от 13 января 1720 года. Уставом предписывалось вдовам и детям погибших в боях или умерших на службе морских чинов выдавать часть его жалования. При этом для вдов определялись возрастные критерии. Если она была старше 40 лет или моложе, но «увечной», то выдавалась 8-я часть годового жалования до нового замужества либо пожизненно. Вдовам моложе 40 лет и физически здоровым полагался единовременно годовой оклад жалования мужа. Сиротам — мальчикам до 10-лет, а дочерям до 15-лет причиталось по 1/12-й части из годового жалования отца. При этом эти выплаты полагались лишь тем, кто не имел своих собственных доходов, или эти доходы были ниже тех, что составляло жалованье мужа (отца) из казны.

Позже эти нормы неоднократно корректировались и дополнялись. В конце XIX — начале XX веков согласно общим пенсионным правилам, вдовы и дети умерших чиновников, имели право на пенсии при соблюдении 2-х условий: 1) если их мужья и отцы умерли на службе после приобретения прав на пенсию; 2) находились в отставке с пенсией или без нее, но имевшие на нее законные права. Суммы и порядок их расчета назначаемых пенсий вдовам и сиротам был включен в Табель окладам пенсий, назначаемых гражданским чиновникам, их вдовам и сиротам.

Одной (бездетной) вдове по закону полагалась половина пенсии умершего чиновника, начисленной по какому-либо из 9 установленных разрядов. Чем ниже разряд — тем меньше пенсия. Так, минимальная вдовья пенсия за чиновника IX разряда с выслугой 25 лет полагалась бы из расчета ½-й пенсии мужа и составила бы чуть более 21 рубля. Однако казначейство доплачивало дополнительно деньги до минимально утвержденного размера в 28 руб. 59 коп. Если в семье были дети, то расчеты производились по каждому из пенсионных вариантов — вдова и сирота, вдова и 2-е сирот и т.д. Обычно на каждого ребенка причиталось по 1/3 из другой половины пенсии, но не более полного размера пенсионной выплаты на все семейство. Как и в других случаях, в расчетах пенсий для семей чиновников имелись различные исключения и оговорки.

В некоторых случаях пенсии не назначались вовсе

В соответствии с законодательством было определено, что в некоторых случаях даже чиновникам, занимавшим должности и имевшим чины, пенсии не назначались. Это касалось лиц, которые поступили на гражданскую службу из числа тех, кто по общим правилам не имел на это права. В Уставе о службе по определению от правительства перечислено два десятка таких должностей.

Даже не рассматривался вопрос о назначении пенсии госслужащему, служившему по найму. Не назначались пенсии и тем гражданским служащим, по должностям которых законодательно не было предусмотрено пенсионное обеспечение от казны. Лишались всех прав на получение пенсии госслужащие, осужденные за совершенные преступления и отбывавшие сроки наказания в местах лишения свободы. По определенным составам преступлений формулировки о лишении пенсионных прав вносились в приговоры суда. Не вправе были рассчитывать на получение пенсии от казны, например, лица дворянского сословия, находившиеся в добровольной или вынужденной эмиграции за пределами империи.

Не могли претендовать на получение пенсии от казначейства гражданские чины, признанные в установленном порядке в качестве «политически неблагонадежных» и направленных в ссылку либо помещенных за противоправные действия под надзор (гласный и негласный) полиции, даже при условии наличия у них требуемой выслуги лет и прежде полученных наград. Император Николай II в августе 1902 года утвердил постановление, согласно которому чиновники подлежали увольнению с госслужбы за противодействие распоряжениям правительства, за несовместимые со служебным долгом поступки и за политическую неблагонадежность. Причем, политическая неблагонадежность могла стоить чиновнику пенсии. К таким чиновникам применяли «третий пункт» закона от 7 ноября 1850 года, где говорилось, что уволить можно даже в том случае, если вина «не может быть доказана фактами». Позднее это было закреплено в статье 788 Устава о службе по определению от правительства (1896 г.). Эта законодательная норма гласила: «начальник имеет право отставить [чиновников] от должности по своему усмотрению и без просьбы их. На такое распоряжение уволенные не могут жаловаться, и все их жалобы, а также просьбы о возвращении к прежним должностям не должны быть вовсе принимаемы к рассмотрению, но оставлены без всякого действия и движения». Иными словами, начальник наделялся никем не контролируемым правом самолично уволить практически любого чиновника без объяснения причин, с лишением мундира и пенсии. Не случайно известный русский юрист профессор П.А. Алексеев отмечал: «Третий пункт заставляет чиновников видеть в лице начальства власть, стоящую как бы выше закона... Третий пункт есть узаконенное господство произвола».

Прекращение пенсионных выплат

Производство пенсии гражданским чинам в царской России прекращалось в конкретно перечисленных в пенсионных уставах случаях. По общему правилу, выплата уже назначенных пенсий прекращалась: 1) при поступлении вновь на действительную службу (кроме указанных в законе случаев); 2) в случае принятия должности или «службы иноземной» без согласия российского правительства; 3) при пострижении в монашество; 4) в случае недозволенного пребывания за границей сверх разрешенного срока. Выплата пенсий прекращалась при получении арендных денег или имения, в связи с избавлением от болезней либо после помещения в одно из «человеколюбивых обществ», а также в связи с «законно доказанным» неприличным поведением.

Пенсии вдовам чиновников прекращались также в предусмотренных законом случаях: 1) со смертью; 2) с замужеством; 3) при пострижении в монашество; 4) в случае осуждения по судебному приговору к наказанию, лишающему права на пенсию; 5) в связи с пребыванием за границей долее дозволенного срока (кроме особо разрешенных случаев).


Пенсионные выплаты чиновникам — ограничения и исключения

Надо отметить, что в пенсионном законодательстве Российской империи, несмотря на все попытки как-то унифицировать и согласовать многочисленные пенсионные уставы, положения и правила, сохранялись различия, ограничения и исключения. Так, вопреки общему правилу, что при повторном поступлении на госслужбу отставного гражданского чина выплата пенсии прекращается, существовало около 20 пунктов исключений, когда это правило не работало. И это несмотря на прямой законодательный запрет: «Никто не может в одно время получать штатной, при отставке пожалованной, пенсии и жалованья по вступлении вновь на службу». Пенсия, к примеру, сохранялась и выплачивалась наряду с жалованьем на службе пенсионеров в городских управлениях, в учреждениях общественного призрения, в должностях по судебным мировым учреждениям, в должности полицейского урядника и в других случаях. Такие исключения действовали не только для пенсионеров из числа гражданских чинов, но и для военных пенсионеров. Так, разрешалось принимать на службу с сохранением пенсии отставных морских офицеров на должности помощников капитана порта в Санкт-Петербурге, Одессе, Риге и Николаеве.

Ограничения вводились и для семейств умерших на службе гражданских чинов и чиновников на пенсии. Так, правом на пенсии не пользовались дети чиновников: 1) достигшие совершеннолетия (сыновья — 17 лет, дочери — 21 год); 2) сыновья, поступившие на службу или общественное заведение на казенный счет; 3) дочери замужние или принятые в общественные заведения на казенное содержание. При этом для вдовы не являлось препятствием к получению пенсии, даже если она владела имением. Иными словами, имела в собственности источник доходов.

Под страхом лишения пенсии

В соответствии с законами Российской империи за определенные составы преступлений предполагались суровые наказания, сопряженные с лишением чинов, наград и пенсий. Изначально правовое значение пенсии – это монаршее благоволение и награда за беспорочную службу. Это положение было закреплено в Уставе о пенсиях и единовременных пособиях от декабря 1827 года, где соответствующий ст.1 начиналась со слов «в награду трудов».

Основы пенсионного обеспечения гражданских чинов империи заложила Екатерина Великая, утвердив в 1764 году доклад Сената «О пенсиях статских чиновников», согласно которому лишались пенсии чиновники, осужденные «за большие и бесчестные преступления». Однако перечень «больших» и «бесчестных» преступлений в документе не приводился. В Уставе о пенсиях 1827 года уже предусматривалось право лишения пенсии тех, кому она была ранее назначена. Такое могло произойти в случаях, если «чиновник в службе или в отставке по суду приговорен будет к наказанию, со внесением оного в послужной список». Однако и в этом случае перечень составов преступлений и видов наказаний приведен не был. Вместе с тем приводилось уточнение, что выговор, сделанный чиновнику по судебному приговору и даже с внесением его в послужной список, не лишает его пенсионных прав.

Ситуация с перечнем противоправных деяний гражданских чинов, которые влекут лишение пенсионных прав, стала более понятной с принятием в 1845 году Уложений о наказаниях уголовных и исправительных. С тех пор лишение пенсионных прав стало прямо зависеть от степени полученного чиновником наказания. Так, например, различные правовые последствия имело «отрешение», «исключение» и «удаление» от должности. Безусловно лишались права на пенсию те чиновники, которые подверглись уголовным или исправительным наказаниям, соединенным с потерей всех особенных, лично и по состоянию присвоенных прав и преимуществ, а также приговоренные к «исключению от службы». В отношении лиц, «отрешенных» от должности, закон разрешал указанное наказание не считать препятствием к дальнейшему прохождению службы и к получению пенсий.

Чиновники, приговоренные судом к наказаниям, соединенным с лишением или ограничением прав состояния, как и к исключению от службы, лишались права на пенсию даже в том случае, если по «Высочайшему милосердию» были избавлены от присужденного им наказания. Равным образом лишались права на пенсию чиновники, бывшие под судом по обвинению в преступных деяниях, влекущих за собой наказания, лишающие права на пенсию, но помилованные монархом. Иными словами, монарх освобождал тех или иных лиц от суда и наказания, но не освобождал их от последствий нахождения под судом или присужденного наказания. Для этого требовался особый акт монаршей милости.

В Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года содержатся составы преступлений, за которые назначались наказания в виде «исключения» со службы, сопряженные с лишением пенсионных прав. Это мог быть подлог по службе, мздоимство и лихоимство. Не все взыскания влекли за собой лишение права на пенсию. Такие санкции, как денежные взыскания, налагаемые по суду или в административном порядке, выговоры, замечания, аресты (даже внесенные в послужной список), не сказывались на пенсионных правах чиновников. Кроме того, наказания, налагаемые на госслужащего во внесудебном порядке, не лишали его права на пенсию. В частности, Положением Комитета Министров от 29 мая 1834 года было установлено, что опубликование (повсеместное оповещение путем печатных указов Правительствующего Сената о нарушении закона, с поименованием всех лиц, участвовавших в данном нарушении), которому подвергались чиновники правительственных учреждений, не являлось препятствием к назначению им пенсий.

Начало ХХ века характеризуется некоторой либерализацией уголовного законодательства по вопросу лишения пенсионных прав государственных служащих. В Уголовном уложении 1903 года указывалось, что лишение пенсии как дополнительное наказание сопряжено с такими главными наказаниями, как смертная казнь, каторга, ссылка на поселение или заключение в исправительном доме, а также «соединенном с лишением прав состояния заключением в тюрьме. Таким образом, лишение пенсии стало применяться лишь в совокупности с наиболее строгими видами уголовных наказаний. Однако чиновник мог лишиться пенсии, совершив не только должностное, но и иное тяжкое преступление, повлекшее назначение ему соответствующего наказания.

Особая процедура предусматривалась для чиновников, уже уволенных в отставку с пенсией, если они попадали под следствие или под суд по делам прежней службы. В этом случае подследственному или подсудимому лицу выплачивалась половина пенсии. Другая половина выдавалась ему в том случае, если он по суду был оправдан или присужден к наказанию, не лишающему права на пенсию.

В начале ХХ века закрепилась практика отказа в назначении пенсии по мотивам «политической неблагонадежности». В декабре 1903 года указом Николая II эта мера была вновь обнародована: «Государь Император … Высочайше указать соизволил, что чиновники… не могут считаться имеющими право на пенсию в случае удаления их… от службы за политическую неблагонадежность, противодействие распоряжениям Правительства и другие несовместимые со служебным долгом поступки».

Проекты реформ госаппарата

В течение всего XIX века и в начале XX века возникали предложения по реформированию чиновнического аппарата, вплоть до ликвидации чинов вообще. Тому были разные причины. Повсеместно отмечались нарушения чинопроизводства. Процветало мздоимство и казнокрадство чиновников. По протекции получали чины те, кто не состоял на государственной службе. Формировался избыток служащих с классными чинами. Например, в определенный момент число чиновников IV класса более чем в 3 раза превысило количество должностей этого класса. Немало чиновников служило за штатом в ожидании вакансий. Заштатные чиновники не имели жалованья, но могли получать награды и очередные чины. Общее число чиновников постоянно росло: в 1856 году их было 82,3 тыс., а в 1874 году – уже 98,8 тыс. человек. По неполным данным, в 1902 году в империи было свыше 160 тыс. классных чинов, из которых 49,5% принадлежало к IX — XIV классам.

В 1808 году известный реформатор М.М. Сперанский докладывал Александру I, что «награда чинами… есть монета самая неудобная и для государства обременительная». В 1816 году министр внутренних дел О.П. Козодавлев отмечал: «страсть к чинам по статской службе возросла и усилилась до такой степени, что она все оплоты порядка по службе сломила и наводнила вдруг гражданскую в России службу безграмотными чиновниками, кои определялись к должностям, способностям и знаниям их нимало не соразмерным, единственно токмо потому, что они приобрели по службе чины...»

В 1862 году влиятельный сановник барон М.А. Корф в докладной записке отмечал, что «по единогласному признанию, вредное влияние чинов состоит особенно в том, что они образуют из служащих какую-то отдельную, разобщенную с прочим населением касту, которая живет своею собственной жизнью, считает себя выше остального общества, и на которую общество также смотрит как на что-то чуждое и почти враждебное». Называя чиновников «нищими во фраке», барон предлагал отказаться от производства канцелярских служителей в классные чины, заменив чин по выслуге лет на звание личного почетного гражданства.

В 1883 году член Особого совещания А.А. Половцов обращал внимание на то, что «чины... умножают число тунеядцев, которые числом годов жизни приобретают чины, а потом являются полными претензий и на получение мест, и на казенные деньги в форме содержаний, и особливо пенсий». Спектр предлагаемых им мер был от полной ликвидации чинов до приведения чинов в соответствие с должностями.

Защитники сохранения чинов считали, что чин — это мерило заслуг государственного служащего, возвышающее его в обществе. И каждый новый чин является желанной наградой за службу. Необходимость чинов объяснялась исторически сложившимися традициями. Так и сохранились чины, награды, пенсии и пособия гражданским чинам вплоть до октября 1917 года.
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

2 комментария
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.

Уже зарегистрированы? Войти