Неожиданная война гитлеровской Германии с СССР (часть 17)

Неожиданная война гитлеровской Германии с СССР (часть 17)


Введение. Мы заканчиваем рассмотрение материала, посвященного разведке и оценке численности противника руководством КА. Имеются еще материалы из семи частей: о ПВО, ЛВО, ОдВО, ЗапОВО и КОВО. Автору интересно знать, насколько важны для читателей эти публикации. Если по результатам читательской оценки статья наберёт 51 плюс (и более), продолжение ожидает вас, дорогие посетители. Если нет, значит, не судьба: таково ваше решение. Части будут большие, много воспоминаний и практически не будет рисунков. Возможно, кому-то исторический материал покажется скучным.


Рассмотрим первую военную сводку ГШ КА. Мы должны понимать, что материалы в сводку подавали округа. В это время в округах царит хаос: проблемы со связью, с управлением войсками и отсутствием достоверных РМ…

Оперсводка №01 ГШ КА на 10-00 22.6.41: «СЗФ… Наземные войска противника перешли в наступление и ведут удар в двух направлениях – основной из района Пиллкаллен, Сувалки, Гольдап силами 3-4 пд и 500 танков в направлении Олита и обеспечивающий главную группировку удар из района Тильзит на Таураге, Юрбаркас силами до 3-4 с невыясненной группой танков.

В результате пограничных боев атака противника на Таураге отбита, но противнику удалось захватить Юрбаркас. Положение на направлении главной группировки противника уточняется. Противник, видимо, стремится действиями на Олита, Вильно выйти в тылы ЗФ, обеспечивая свои действия на Таураге, Шауляй
…»



Из рисунка видно, что, согласно пришедшей из СЗФ информации, в сводке ГШ отражены какие-то вялотекущие боевые действия. Обстановка не настораживает ГШ, вероятно, потому что все развивается, как там предполагали. Основной удар с протяженного фронта производится всего лишь усиленной корпусной группой: 3-4 пд и 500 танков (около двух тп, по той оценке, что мы видели в предыдущей части). Танки в составе пехотной группировки будут продвигаться с невысокими темпами и далеко не пройдут… В Москве, вероятно, кажется, что ситуацию можно держать под контролем… Фактическое положение, которое неизвестно ни в штабе СЗФ, ни в ГШ, гораздо более серьезное…

Оперсводка №01 ГШ КА (продолжение): «ЗФ… Наземными силами противник развивает удар из района Сувалки в направлении Голынка, Домброва и из района Соколув вдоль железной дороги на Волковыск. Наступающие силы противника уточняются. В результате боев противнику удалось овладеть Голынка и выйти в район Домброва, отбросив части 56 сд в южном направлении.

В направлении Соколув, Волковыск идут напряженные бои в районе Черемха. Своими действиями этих двух направлений противник очевидно стремиться охватить северо-западную группировку фронта.

Командующий фронтом намечает контрудар в направлении Голынка для уничтожения прорвавшегося противника
…»



В ЗапОВО мы видим то же самое: вместо множества ударов на особоважных направлениях, отраженных в «Планах прикрытия…» в сводке отражены всего два. При этом нет ни слова о Брестском направлении, на котором, как говорил один из пользователей: «На границе округа сосредоточено крупное полностью боеготовое механизированное соединение, способное ударить на оперативную глубину 400-600 км…»

По предыдущим РМ мы видели, что такой вывод сделать было проблематично, т.к. данных о наличии на этом направлении мк или тем более танковой группы в РМ округа и РУ ГШ отсутствовали. И в оперсводке по этому направлению нет ни одного слова сомнения или ссылки на отсутствие данных. Обстановка там под контролем…

Б.А. Фомин (начальник оперативного отдела штаба ЗапОВО) в своей записке говорил о Климовских, который имел большую работоспособность и честность, однако не отличался трезвостью в оценке противника и его возможностей. НШ ЗапОВО, например, не верил, что немцы «в состоянии так далеко планировать свою первоначальную операцию и наносить далеко в глубину массированные удары авиацией».

Автор только уточнил бы, что, по данным разведки (на 20-00 21.6.41 и на 20-00 22.6.41), у немцев напротив ЗапОВО:

— было только 4-5 авиаполков. О каких массированных ударах в глубину немецкой авиацией можно вести речь такими малыми силами…;

— отсутствовали крупных мото-танковые группировки.

Поэтому НШ округа правомерно предполагал, что нельзя говорить о каком-то глубоком продвижении германских войск в начальный период военных действий при имеющихся у них силах. Конечно же, тут подключатся отдельные пользователи со словами: «Предатели-генералы…» Не было таких… Вероятно, это первоначальное видение высшего комсостава округов, ГШ и НКО на боевые действия начального периода войны… В КОВО все тоже самое, что и в ЗапОВО…

Оперсводка №01 ГШ КА (продолжение): «…ЮЗФ… В 4-35 после артогня по району Владимир Волынск и Любомль наземные войска противника перешли границу развивая удар в направлении Владимир Волынск, Любомль и Крыстинополь.

В 5-20 в районе Черновцы у Карпешки противник также начал наступление…

Противник, упредив наши войска в развертывании, вынудил части КА принять бой в процессе занятия исходного положения по плану прикрытия. Используя это преимущество, противнику удалось на отдельных направлениях достичь частного успеха. Начальник ГШ КА генерал армии Жуков
».



Рассмотрим Разведсводку РУ ГШ на 20-00 22.6.41: «Северный фронт: …На севере основную группировку составляют части германской армии, которая на Рованинском направлении имеет до 3-х – 4-х дивизий, и кроме того, в районе Киркенес еще до трех дивизий

Общая численность группировок противника определяется:


а) На северо-западном фронте – 29 дивизий (из них 5 мд и 4-5 тд)…;

б) На западном фронте в Варшавском районе 31 дивизия (из них 1 мд и 4 тд)…;

в) На юго-западном фронте (до Словакии) — 48 дивизий (из них 5 мд и 6 тд)…

Кроме того, в Словакии и Прикарпатской Украине количество немецких войск составляет 13-15 дивизий. В Румынии – 33-35 дивизий…

Фронтовые резервы в районе Ченстохов, Бреслау, Мор.Остравка – до 7 дивизий; в районе Торн, Бромберг, Познань численность дивизий фронтового резерва не установлена.

Резерв главного командования до 20.6 состоял из 17-20 дивизий, расположенных в центральных районах Германии.

В связи с тем, что июньские переброски войск на восток производились с западного фронта, необходимо считать, что состав этого резерва сохранен, тем более, что с запада вполне возможно дальнейшее снятие войск для использования их против СССР.

ВЫВОД:

1. Противник за 22.6 ввел в бой значительные силы; а именно 37-39 пд, 5 мд, 8 тд, а всего 50-52 дивизии. Однако, это составляет лишь примерно 30% сил противника, сосредоточенных к фронту[/i]…»

Из сводки следует:

— противник ввел в бой всего 50-52 дивизии (в первый день войны пересекло советско-германскую границу или уже приняло участие в боевых действиях более 70 немецких дивизий);

— на Северном фронте имеется до 7 немецких дивизий;

— на СЗФ — 29 дивизий, то же количество, что и по данным разведки до войны (в действительности против войск ПрибОВО было развернуто; 24 пд, 6 тд, 6 мд, 4 охранных дивизий);

— на ЗФ (Варшавский район) – 31 дивизия; добавилась одна дивизия по сравнению с довоенными данными;

— на ЮЗФ (до Словакии) – 48 дивизий.

Итого по СЗФ, ЗФ и ЮЗФ (до Словакии) по РМ РУ ГШ числится 108 дивизий.

Кроме того, в Словакии и Прикарпатской Украине количество немецких войск составляет 13-15 дивизий. В Румынии числится 33-35 дивизий. Ранее к дивизиям, предназначенным для нападения на СССР, добавлялись и соединения в районе Данциг, Познань, Торн (6 пд). Если учесть указанные дивизии, то количество немецких дивизий, предназначенных для нападения на СССР, составит 165.

Из выводов сводки можно рассчитать, что если 30% сил противника составляет 50-52 дивизии, то 100% сил составит от 167 до 173 дивизии.

Фраза: «С запада вполне возможно дальнейшее снятие войск для использования их против СССР» и наличие 7 дивизий в Финляндии плавно подводит к 180 немецким дивизиям. Как мы помним — это то количество соединений, которое, по мнению руководства КА, Германия выделит для войны с СССР.

Что еще интересного в разведсводке? В прошлой части мы говорили об отборных двух дивизиях СС против ЗапОВО. В соответствии со сводкой в районе Сувалки говорится о подошедших 21.6.41 1-2 тд СС. Попали в сводку они к вечеру 22-го июня, но до сих пор не ясно одна это дивизия или две.

Разведсводка, размещенная в разделе «Электронные выставки МО РФ», имеет девять листов и подписана начальником РУ ГШ КА Голиковым. В правом углу можно видеть цифры (обведенные синим цветом), которые проставляются после подшивки документа в дело. Сводка является первым документом в деле, и поэтому нумерация страниц документа и страниц документа в деле совпадают. На рисунке в красной рамке приведен правый угол десятого листа, помещенного в состав сводки №1. Он не имеет собственной нумерации. Номер страницы в деле «9а». Это свидетельствует о том, что этот лист первоначально не относился к Разведсводке №1 и был подшит к ней позднее (после подшивки в дело других документов). Такая практика в делопроизводстве существует. Только непонятно, этот лист был подготовлен до выпуска сводки или после него…





Данные Разведсводки и Бланка боевого состава и распределения германской армии достаточно близки. Согласно Бланку, против войск СЗФ, ЗФ и ЮЗФ числится 107 дивизий, а по Разведсводке – 108. Существенное отличие только в количестве дивизий против ЗФ: согласно Бланка их 40, а по сводке – 31.

По мнению автора, Бланк – более поздний документ, в который вошло видение числа дивизий согласно разведсводки РО штаба ЗФ: «С рассветом 22.6.41 немецкие войска в составе до 30-32 пд, 4-5 тд, 2 мд, 4-5 авиационных полков, десантной дивизии, 40 ап перешли в наступление против ЗФ...»

В разведсводке РО ЗФ вновь учтено количество дивизий по линии разграничения Сувалки – Хайльсберг, хотя немецкие дивизии с этого направления ушли в сторону СЗФ. В предыдущей части было показано, что РО штаба ЗапОВО и ранее завышал численность немецких войск против своей зоны ответственности. Таким образом, существенного изменения видения руководства КА и РУ ГШ на РМ с точки зрения довоенной и первого дня войны не произошло.

Комдивы о РМ. Ранее в комментариях к первым десяти частям О.Ю. Козинкин говорил, что автор ссылаясь на РМ РУ ГШ искажает реальные данные. А если прочитать ответы комдивов, то там говорится об истинном положении дел. Автор не поленился представить все ответы комдивов, которые можно «притянуть за уши» к определению «знали хоть что-то о противнике».

В книге С.Л. Чекунова «Пишу исключительно по памяти…» имеются ответы командиров КА, служивших накануне войны в ЛВО (4 ответа), в ПрибОВО (18), ЗапОВО (18), КОВО (24) и ОдВО (8). Только в 24 ответах командиров КА (из 72 опрашиваемых) говорится о наличии или отсутствии РМ перед началом войны.

ЛВО. Д.О. Лейчик: «Наступательные действия немецких войск в полосе 14-й А начались на несколько дней позже общего наступления. К этому времени характер действий противника, в основном определился. Что же касается предварительных сведений о противнике, то в этом отношении никаких конкретных данных не было»

И.М. Пядусов: «Мы точно знали противостоящего противника перед войной и знали состояние его позиционных районов…»

В.И. Щербаков: «К началу Великой Отечественной войны в штабе корпуса имелись данные о том, что немцы уже перебросили в Финляндию до семи пд с танками и что действия немецких войск по соглашению с финским правительством должны были проводиться за Полярным кругом, в Средней и Южной Финляндии должны были действовать финские войска. Что касается данных о финских войсковых частях в полосе корпуса, то они были к началу войны очень скудны…»

Из представленных ответов видно, что только два командира из четырех ответили, что РМ о войсках противника имелись. В ответах В.И. Щербакова говорится о 7 немецких дивизиях. На 21.6 в Финляндии фактически находились 3 немецких дивизии (одна пехотная и две горнопехотных), боевая группа СС «Норд» (два полка) и два отд. танковых батальона (40-й и 211-й — всего 124 танка). Из представленной информации в Разведсводке №1 РУ ГШ видно, что РМ были некорректные (завышены почти в 2 раза).

ПрибОВО. П.В. Афанасьев: «То что переехали на КП не для проведения учений, а в преддверии возможной войны с немцами, для всех было очевидно, но вот начнется ли действительно война или все ограничится только частными пограничными стычками, было не ясно. Надежда на оттяжку войны продолжала еще существовать…»

С.М. Фирсов: «Полковник АБ рассказывал мне, что, начиная с 17-18.6 наблюдением с пограничных постов, с вышек, по ночам засекался свет, движение машин и гул моторов, что наблюдал и слушал он сам лично…. 17 и 18 июня я вместе с командующим выезжал для проверки хода работ на полевое строительство и слышал от офицеров аналогичные рассказы и доклады…»

И.Т. Шлемин (НШ 11-й А): «Было много признаков о подготовке к нападению фашистской Германии (сосредоточение войск у границы, леса, расположенные вдоль границы, были закрыты для посещения местного населения, переход через границу большого количества диверсантов, ежедневное нарушение границы самолетами и т. п.).

…Числа 18-20 июня пограничные части обратились в армию с просьбой оказать им помощь в борьбе с диверсантами, которые в большом количестве проходили из Германии на территорию Литвы. Было принято решение, под предлогом проведения тактических занятий на оборонительную тему, поставить 28, 33 и 5 сд в оборону и выдать им боеприпасы.

В это время ночью пограничники вели настоящий бой с диверсантами. Опасаясь какой-либо провокации, командующий войсками округа приказал от войск армии отобрать боеприпасы и сдать их на дивизионные склады. Таким образом, числа 18-20 июня, три дивизии были поставлены в оборону с задачей прочно удерживать занимаемые рубежи и не пропускать противника
…»

В представленных трех ответах нет ни слова о том, что командный состав имел данные о группировке немецких войск перед войной. При этом мы подробно рассмотрели РМ РО штаба ПрибОВО и там отсутствуют данные о большом количестве немецких соединений и объединений, а также об их массовом сосредоточения непосредственно у границы.

Правда, еще имеется информация в ответах зам. начальника РО Деревянко о том, что командование ПрибОВО полностью владело информацией о противнике и проявило преступную халатность. Так ли это – можно судить только по одной таблице с количеством танков по направлениям, представленной в предыдущей части…

ЗапОВО. П.И. Ляпин: «Явная подготовка немцев к решительным действиям, о чем мы были подробно осведомлены через РО…»

М.В. Бобков: «Задолго до вероломного нападения фашистов на Советский Союз мы имели данные о готовящемся наступлении врага, о сосредоточении его войск на государственной границе, об уплотнении боевых порядков, о сосредоточении складов и другие данные…»

М.А. Зашибалов: «21 июня 1941 года… по окончании поверки в 20 часов, возвращаясь к месту дислокации штаба дивизии, посетил коменданта пограничного участка в Маяново, от которого узнал, что в течение ночей с 19 на 20 июня и с 20 на 21 июня 1941 года западнее станции Малкина-Гура сосредоточилось до одного пехотного корпуса и в районе Остров-Мозовецки – до двух пд с танками фашистских войск… Комендант пограничного участка считал, что вероятно немецко-фашистские части, расположенные в 8-20 км западнее нашей Государственной границы проводят оборонительные работы и полевые учения…»



РМ о расположении западнее Малкина-Гура одного АК, в целом правильное. Только, не совсем понятно, какие именно дивизии были отнесены к АК, о котором идет речь. В районе Острова-Мазовецкого пд имеются (но снова неясно: о каких именно идет речь), но танков там нет. Напоминаю, что по РМ РО штаба ЗапОВО там была целая тд.

Мы видим, что только в трех ответах (из 18) командиров ЗапОВО имеется какое-то упоминание о РМ о противнике. При этом ни один командир не написал, что РМ после начала войны подтвердились. Обратите внимание, что в ответах комдивов, стоящих на пути танковых групп (в большинстве они были снесены неожиданно возникшей лавиной танков), нет слов о подтверждении РМ после начала войны…

ОдВО. П.М. Верхолович (НШ 35 ск): «Данные о сосредоточении группировок противника в полосе корпуса, в штабе корпуса наращивались постепенно. Наблюдением за положением на госгранице и данными агентуры еще в мае месяце отмечалось сосредоточение войск противника в лесах на глубине в 10-12 км от госграницы, а в начале июня проведение противником рекогносцировок.

12 и 18 июня войска корпуса, расположенные на госгранице, ожидали провокационных действий со стороны противника, которые своевременно предупреждались о принятии мер боевой готовности. Основная группировка противника в полосе корпуса намечалась на направлениях Бельцы и Кишинев. Эта оценка и данные о группировки противника, имевшаяся до начала войны, полностью подтвердилась в начальный период боевых действий
…»

А.Г. Батюня (НШ 48 ск: 74 сд и 150 сд): «Данные о положении румыно-немецких частей на территории Румынии штаб корпуса систематически получал из РО штаба ОдВО. На основании этих разведсводок и бюллетеней было известно, что на советско-румынской границе сосредоточилась крупная группировка немецко-румынских войск. Дислокация этих войск и нумерация частей в последствии полностью подтвердилась...»

П.А. Белов: «Сведений о противнике до 22.6 в штабе корпуса было явно недостаточно. Во всяком случае, на отдельных отрывочных сведений не было оснований делать какие-либо серьезные выводы. Даже от пограничников, с которыми была тесно связана 9 кд, сведения были скупые. В целом сведения не отвечали действительности. В субботу 21 июня я зашел в РО штаба округа… РО располагал такими подробными сведениями, которые были очень близки к действительности. Поэтому стоит удивляться, почему Штаб округа не сообщал этих сведений в штаб корпуса…»

Комкор Белов П.А. после ознакомления с РМ в РО ОдВО вечером 21.6 продолжает спокойно отдыхать и не спешит к своим войскам. Может быть, все было обыденно и соединения противника находились в ППД?

Мемуары П.А. Белова: «Свой отпуск я проводил вместе с семьей в Одессе… Пора было возвращаться. Пришлось подналечь на весла. «Папа, смотри!» — окликнула меня дочь. К берегу… быстро спускалась жена, призывно махая рукой. Следом за ней бежал мой шофер… «Отзывают из отпуска», — решил я… «Война! Немцы напали!» — крикнула мне жена…»

Н.К. Рыжи: «Казарменное расположение частей, размещавшихся к началу войны в г.Рени, было удалено не более одного километра от южного берега р.Дунай, занимавшегося румынскими войсками. Возможность скрытного расположения войск и артиллерии позволили противнику с началом боевых действий вести артиллерийский огонь прямой наводкой непосредственно по нашим казармам…»

Два командира из 8-ми опрошенных подтвердили, что все сведения о противнике подтвердились. Один написал, что сведения РО штаба ОдВО были подробные, а сведения в штабе кк были отрывочные. Только данный командир не рванул в корпус, а продолжил отдых...

Начальник артиллерии Н.К. Рыжи пишет, что скрытное расположение войск и артиллерии позволило противнику вести артиллерийский огонь прямой наводкой. Получается, что разведка не вскрыла выход войск противника на исходные позиции для атаки?

Самое печальное в том, что РМ в штабе ОдВО были искаженные. Это мы видели в предыдущей части и поэтому все три указанных командира (кроме Н.К. Рыжи) говоря о верных данных разведки имеют в виду немецкую дезинформацию, значительно завышающую численность войск.

КОВО. М.А.Пуркаев: «Ночью 11 или 12 июня поступили разведданные:
а) от агентуры КОВО – об окончании развертывания немецких войск группы Клейста…;
б) от штаба ОдВО о том, что немецкие солдаты и офицеры в Румынии в кабачках ведут разговоры о начале боевых действий против СССР с утра 17 июня. Около 4-х ночи я эти разведданные доложил по ВЧ народному комиссару, который приказал ждать у аппарата. Часов около 6 утра тов.Тимошенко вызвал меня по ВЧ и сказал, что эти разведданные имеются и в ГШ, возможно, что пьяные немцы болтают недостоверные данные, но «ухо держите остро…
».

Информация «об окончании развертывания немецких войск группы Клейста» не соответствует действительности: немецкие мото-танковые соединения 11-12 июня еще даже не сосредоточились у границы и сам штаб танковой группы и штабы мк не были обнаружены нашей разведкой. А за работу РО штаба КОВО в числе прочих отвечал и НШ. Говоря о полноте информации, получаемой от разведки – он является лицом заинтересованы…

В тоже время генерал А.В. Владимиров не подтверждает наличие полноты РМ о танковой группе: «Состав, нумерация и местоположение соединений противника нашей разведкой были вскрыты не точно и не полностью. Так, перед 5-й армией отмечалось наличие только 15 дивизий противника, в том числе лишь 2 тд. В действительности же была 21 дивизия, в том числе 5 тд. Сосредоточение 1-й танковой группы перед 5-й армией, а также штабов группы армий «Юг» и 6-й армии перед КОВО вообще не отмечалось…»

Н.П. Иванов (НШ 6 А): «Будучи еще в Забайкалье и получая разведсводки, мы чувствовали нависающую угрозу, т.к. разведка довольно точно определелила сосредоточение немецко-фашистских войск (см., например, Разведсводку по Западу №4 в мае 1941 года)…»

Разведсводка по Западу в мае 1941 года, к сожалению, являлась продуктом немецкой дезинформации.

П.А. Новичков (НШ 62 сд): «Еще задолго до начала войны, т.е. с октября 1940 года, имелись разведданные о сосредоточении немецких войск вблизи нашей границы. И в течение всей зимы и весны 1941 года мы имели данные о сосредоточении немецких войск, источниками этих данных были разведсводки штаба армии, округа и разведбюллетени РУ ГШ. То, что перед полосой дивизии, мы знали, сосредоточены части 62 и 56 пд и № третьей пд не помню…»



Из представленного рисунка видно, что против войск 62 сд развернута немецкая 62 пд и часть 298 пд. Немецкая 56 пд развернута против 45 сд. В разведсводке, о которой упоминает П.А. Новичков, отсутствуют РМ об дивизиях 3 мк противника. Иначе бы он написал о обратном: что он знал о войсках мк противника. Мы видим, за пд напротив 62 сд имеются части 25 мд и 14 тд противника. 62-й сд повезло, что удар подвижной группировки пришелся левее, в большей мере по 87 сд, командиры которой не пишут об верности РМ – эту сд немцы разнесли… Придись удар немецкого мк по дивизии Новичкова и останься он жив после этого – вряд ли бы он написал о достоверности довоенных РМ…

З.З. Рогозный (НШ 15 ск): «Командование 5 А недооценивало сведений агентурной разведки, которые с исчерпывающей полнотой раскрывали намерения немецкого командования. Генерал-майор Потапов 20 июня 1941 года ответил подполковнику Черных (бывший разведчик штаба армии) на его информацию о явных приготовлениях к боевым действиям, что немцы воевать с нами не будут и не могут…»

Общая фраза: «Командование 5 А недооценивало сведений агентурной разведки, которые с исчерпывающей полнотой раскрывали намерения немецкого командования». Согласитесь, что эту формулировку можно предъявить любому командиру КА, включая высшее руководство КА. Начальник оперативного отдела 5 А утверждает обратное, что мото-танковая группировка противника была не вскрыта полностью…

И.А. Корнилов (командир 49 ск): «За несколько месяцев до войны, читая регулярно получаемые разведсводки, можно было установить, что немцы усиленно готовятся к войне против СССР… Командуя 45 сд (до назначения командиром корпуса), расположенной на границе, и имея связь с погран.отрядом, я располагал более подробными сведениями, которые убеждали меня в неизбежности нападения Германии на нашу родину…»

В неизбежности нападения на СССР сомневалось достаточно мало военных. К тому же Вам было показано, что в РМ было много дезинформации, которая существенно завышала численность немецких войск.

Г.И. Шерстюк (командир 45 сд): «Обстановка на границе с каждым днем сгущалась. Почти ежедневного госграница нарушалась авиацией немцев, проникающей вглубь нашей страны. К границе сосредотачивались новые нумерации немецких частей и соединений, явно увеличивалось у госграницы количество новых ОП артиллерии немцев…»

Баранов А.М. (НШ 17 ск): «Командование корпуса, получая почти ежедневно разведданные от погранотрядов, делало вывод, что перед госграницей… сосредотачиваются не только румыны, но и немецкие войска с танками, артиллерией, и в лесах создаются склады боеприпасов и инженерного имущества, и сосредоточение это считалось не простым размещением войск в мирное время, а подготовкой к войне, о которой, по разведданным, уже с марта месяца вели усиленный разговор в Румынии…»

Н.В. Фекленко: «Штабы корпусов особых данных из разведсводок о противнике не имели за исключением того, что немецкие войска после проведения операций во Франции, Польше и т.д. сосредотачивают свои войска вдоль и поблизости Советской границы, как бы для отдыха…»

Владимиров В.Я. (НШ 96 гсд): «К причинам неуспехов я отношу – во-первых – растерянность и неорганизованность в высших штабах, во-вторых – недостаточное знание истинной обстановки и самого пр-ка и слабая информированность непосредственных исполнителей; излишняя самонадеятельность и засекречивание неотложных нужд и задач на случай войны…»

Д.И. Рябышев (командир 8 мк):« Командованию 8 мк из разведывательных сводок РУ ГШ СА было известно, насколько мне помнится, что немцами на государственной границе Киевского операционного направления было сосредоточено до 34 пд, 4 тд и 4 мд, в ходе войны эти данные примерно подтвердились…»

Поскольку идет ссылка на РМ РУ ГШ КА, то в указанных документах шла завышенная оценка количества немецких дивизий. Д.И. Рябышев пишет насколько он помнит было 42 дивизии (из них 8 мд и тд). По данным РУ ГШ в этом районе находилось 46 дивизий (из них 11 мд и тд). По памяти командир 8 мк приводит достаточно близкие данные к указанным в РМ.

Фактически же было 37 немецких дивизий (в т.ч. 9 мд и тд). При этом мы уже знаем, что к 22.6.41 фактическое количество приближалось к данным в соответствии с РМ РУ ГШ, а, например, в мае расхождение было еще более значительным.

Таким образом, из 72 ответов, представленных в книге, по 70-ти можно сказать, что данные разведки о численности немецких дивизий у нашей границы были не достоверными. В большей мере это относилось к оценке дислокации мото-танковых сил, которые германское командование пыталось скрывать.

Еще раз о ВМФ. В предыдущих частях было показано несколько примеров частной инициативы командным составом НКО и НВМФ по подготовке войск к нападению фашисткой Германии. За этот период поступило несколько сообщений, в которых возмущенные пользователи пишут: «Не может быть никакой частной инициативы… Так может рассуждать только человек, далекий от армии... Все указания проходили из НКО и ГШ…» Пусть каждый останется при своем мнении, но примеры частной инициативы мы еще увидим неоднократно…

В 12-й части говорилось о введение степени оперативной готовности №2 на СФ адмиралом А.Г.Головко: «17.6.41… Приходится на свой страх и риск снова проявлять инициативу. Перевожу флот своим распоряжением на ОГ №2…»

Автор писал тогда, что ему обещали найти мемуары одного из ветеранов-североморцев, и он поместит текст, подтверждающий или опровергающий указанное выше утверждение.

Н.П. Дубровин (начальник тыла СФ, инженер-контр-адмирал): «17 июня 1941 года над главной базой СФ – Полярным появился первый гитлеровский самолет… Командование флотом приняло решение перевести флот на повышенную готовность, что фактически означало выполнение значительной части мобилизационного плана…

Формально с жидким топливом на СФ непосредственно перед войной дело обстояло не так и плохо: мазута было 96,6% от общей потребности, автобензина – 149,5%. Но такая оценка обеспеченности была правильной только с позиций мирного времени. Эти расчеты потеряли под собой почву, как только командующий флотом 17 июня 1941 года, в связи с явной угрозой войны, перевел флот на повышенную готовность. В этот день большая часть запасов мазута, соляра, бензина была подана на корабли, а в емкостях тыла топлива осталось меньше, чем на одну заправку
…»

Частная инициатива адмирала А.Г. Головко привела к его приказу использовать НЗ топлива для заправки кораблей флота. Оставшееся топливо было израсходовано (выдано) на мобилизованные корабли и суда 22.6.41. Не начнись война, за это адмиралу А.Г. Головко пришлось бы «ответить головой»… Для автора теперь является подтвержденным фактом – факт объявления 17.6.41 на СФ готовности №2. Возникает логичный вопрос: а может быть тогда правдивы и воспоминания НШ КБФ адмирала Ю.А.Пантелеева? Напомню, о чем идет речь.

Ю.А. Пантелеев: «19 июня 1941 года… ВС КБФ решил привести флот в повышенную оперативную готовность... Адмирал [В.Ф. Трибуц] меня задержал. Он позвонил в Москву и вызвал народного комиссара ВМФ Н.Г. Кузнецова: «Товарищ Нарком, у меня сложилось мнение, что нападение Германии возможно в любой час. Надо начинать ставить заграждения, иначе будет поздно! Считаю необходимым повысить ОГ флота...» Положив трубку, адмирал облегченно вздохнул: «С повышением ОГ флота согласился, но приказал быть осторожными, не лезть на провокации. А с постановкой мин велел подождать. Давайте действовать!»

Таким образом, возможно, что и на КБФ готовность №2 была объявлена не по команде из Москвы, а по предложению командующего КБФ, а нарком Н.Г. Кузнецов только согласился с этим. Получается, что руководство НКО и ГШ не имеют никакого отношения к приведению флотов в готовность №2. Вспомните, как удивился командующий ВМБ Ханко генерал С.И. Кабанов, когда по КБФ объявили готовность №2, а 8-й отд.сбр не объявили ее до начала войны…

Автор составил упрощенный календарь событий. Часть материалов Вы уже видели, а часть ожидает Вас в последующих частях.

Середина июня. Н.Г. Кузнецов: «Ватутин обещал немедленно известить нас, если положение станет критическим…»

Тимошенко позвонил Кузнецову только в 23-00 21 июня. Получается, что до 23-00 21.6.41 в ГШ не считали положение критическим…

17…18.6.41. М.И. Казаков: «Мне сказали, что идет отмобилизование ВС Финляндии, а войска фашистской Германии уже сосредоточились у наших границ. На мой прямой вопрос: «Когда начнется война с фашистской Германией?» — А.М. Василевский ответил: «Хорошо, если она не начнется в течение ближайших 15-20 дней…»

Война может начаться в течение 15-20 дней… Получается, что около 17-18 числа в ГШ войну именно на рассвете 22 июня не ожидали, а ждали на большом интервале времени...

Спецсообщение НКГБ СССР 19.6.41: «Вчера в МИД Италии пришла телеграмма итальянского посла в Берлине, в которой тот сообщает, что высшее военное немецкое командование информировало его о начале военных действий Германии против СССР между 20 и 25 июня сего года. «Тит»»

20-го июня войны еще нет и немецкие войска, как считает разведка, не выдвигаются к границе.

Спецсообщение 20.6.1941: «Начальнику РУ ГШ КА. Болгарин, германский эмиссар, здесь сказал сегодня, что военное столкновение ожидается 21 или 22 июня, что в Польше находятся 100 германских дивизий, в Румынии – 40, в Финляндии – 6, В Венгрии -10, в Словакии – 7. Всего 60 моторизованных дивизий… В Румынии мобилизация окончена и каждый момент ожидаются военные действия. В настоящее время в Болгарии находятся 10 тысяч немецких войск…»

В РУ и ГШ знают, что наличие 100 германских дивизий в Польше – это деза, 40 – в Румынии – немного завышено, 60 немецких мд – деза. Документ противоречивый, но немецких войск у границы мало, подвижных группировок нет, авиации нет. Трудно поверить в начало войны столь малыми силами через 1,5 суток…

20.6.41. М.И.Казаков: «Утром 20 июня… Г.К.Жуков пригласил меня вместе с Ватутиным. Он довольно внимательно полистал нашу разработку… Вечером… мы с Ватутиным еще раз просмотрели все документы, опечатали папки, сдали в хранилище и надолго распрощались…»

Трудно назвать важным рассматриваемый вопрос о «Планах прикрытия САВО» — второстепенного округа для ГШ КА, если Жуков ожидает войну 22 июня. И обычным делом – если не ожидает… Ватутин много времени 20 июня посвящает Казакову...

20.6.41. П.И.Батов: «Маршал С.К.Тимошенко поставил меня в известность о том, что я назначен на должность командующего сухопутными войсками Крыма и одновременно командиром 9 ск. При этом маршал ни словом не обмолвился о том, каковы должны быть взаимоотношения с ЧФ, что делать в первую очередь, если придется срочно приводить Крым в готовность как театр военных действий…»

Тимошенко позвонит после начала войны с указанием о противодесантной обороне Крыма.

20.6.41. Штабом ПрибОВО введена ОГ№2 для ПВО и отдан приказ о затемнении Риги. Информация доходит до Москвы. На следующий день следует реакция начальника ГШ.

Н.Н. Воронов: «По приказу командующего войсками ПрибОВО… вводилось затемнение городов и отдельных объектов, имеющих военное значение. Я сразу же по телефону доложил об этом начальнику ГШ Г.К. Жукову, чтобы получить разрешение на проведение таких затемнений и в других приграничных округах. В ответ услышал ругань и угрозы в адрес Кузнецова…»

В других округах не вводилась ОГ№2 для ПВО.

Вечер 20.6.41. М.М. Попов: «Хорошо, что позвонил, — прозвучал в трубке голос наркома. — Выход в море пока отложим. Немедленно возвращайся в Ленинград...»

Командующий ЛВО выезжает в штаб ЛВО поездом, прибытие которого ожидается только днем 22.6.41. Вечером 20-е нарком не ожидает начало войны на рассвете 22-го июня. Иначе он дал бы команду немедленно вылететь самолетом.

«День 21 июня, проведенный в вагоне, прошел спокойно. На крупных станциях являвшиеся по долгу службы в вагон военные коменданты ничего тревожного доложить не могли. В Петрозаводске, куда мы прибыли около 4 часов утра 22 июня, помимо ожидавшего нас командарма генерал-лейтенанта Ф.Д.Гореленко, встретили еще секретаря ЦК Карело-Финской ССР и начальника Кировской железной дороги. Прежде всего, они сообщили о полученном распоряжении из Москвы: вагон командующего от поезда отцепить и вне графика безостановочно доставить его в Ленинград, для чего выделить отдельный паровоз»

Приказ об ускорении прибытия командующего в штаб ЛВО появляется только после начала войны.

Утро 21.6.41. Начальник РУ получил информацию от источника «Х»: «Посольство получило телеграмму из МИД. С 4 часов идет совещание у Типпельскирха. Источник убежден, что война начнется в ближайшие 48 часов.»

В этот же период доставляются сообщения от «Маро» («Нападение назначено на 22 июня…») и «Коста» («Военное столкновение 21 или 22 июня…»).

До 13-00 21.6.41. Жуков направляет ШТ в штаб ПрибОВО: «Вами без санкции наркома дано приказание по ПВО о введении в действие положения №2 – это значит провести по Прибалтике затемнение, чем и нанести ущерб промышленности. Такие действия могут проводиться только по решению правительства. Сейчас Ваше распоряжение вызывает различные толки и нервирует общественность. Требую немедленно отменить незаконно отданное распоряжение и дать объяснение для доклада наркому. Начальник ГШ КА генерал армии Жуков»

15-00 21.6.41. Н.Д. Яковлев: «В кабинете наркома как раз находился начальник ГШ генерал армии Г.К. Жуков… С.К. Тимошенко не дал нам времени на разговоры. Лаконично предложил… с 23 июня, начать принимать дела от бывшего начальника ГАУ… [В это время] Позвонил командующий войсками ПрибОВО генерал Ф.И. Кузнецов. Нарком довольно строго спросил его, правда ли, что им, Кузнецовым, отдано распоряжение о введении затемнения в Риге. И на утвердительный ответ распорядился отменить его…"

Днем 21.6.41. Н.Н. Воронов: «К начальству попасть не удалось, меня обещали принять с докладом только в понедельник или вторник...»

Днем 21.6.41. И.Т. Пересыпкин (нарком связи):«Вы еще не уехали?» — спросил меня Сталин. [Речь идет о поездке наркома в Прибалтику.] Я пытался ему объяснить, что по его поручению работал в комиссии, но он меня перебил и снова задал вопрос: «А когда вы выезжаете?» Мне уже ничего не оставалось, как ответить:«Сегодня вечером». Он положил трубку… [Утром 22.6.41] Я позвонил в Москву… [и попросил переговорить с К.Е. Ворошиловым]. Через несколько минут из Москвы последовало указание: «Немедленно возвратиться…»

Наркома связи направляют во второстепенную командировку, в которой может справиться любой представитель наркомата, с соответствующими полномочиями. Даже И.Сталин, внимательно изучающий РМ, не ждет войны в ближайшие дни…

Вечер 21.6.41. К.А. Мерецков: «С.К. Тимошенко сказал тогда: «Возможно, завтра начнется война!.. Главное — не поддаваться на провокации… Выдержка прежде всего. Суметь отличить реальное нападение от местных инцидентов и не дать им перерасти в войну…»

Представитель наркома обороны, который должен определить начались провокации или это война, выезжает в штаб ЛВО поездом, никак не успевая к рассвету. Его тоже не направляют срочно самолетом. Кто-нибудь в Москве, вообще-то, ожидает нападение на рассвете 22 июня, или нет??

Вечер 21.6.41. П.Н. Горемыкин: «В здании… где размещалось ГАУ… Очень резко были поставлены вопросы генералом армии Г.К.Жуковым. Он говорил о необходимости существенной доработки мобилизационного плана по боеприпасам, имея в виду увеличение цифровых заданий…»

Да, вечером 21 июня у начальника ГШ других важных дел быть не должно… Но все обыденно, если он не ждет войну 22-го.

21.6.41 около 19-00 Я.Е. Чадаев: «Поскребышев: «Хозяин.., только что в возбужденном состоянии разговаривал с Тимошенко… Видимо, вот-вот ожидается… Нападение немцев…»

19-05…20-15 21.6.41. В кабинете Сталина находится в числе прочих Тимошенко. Жуков отсутствует. Решается вопрос об организации ЮФ, о назначении командования ЮФ, Северного фронта и о командовании общим руководством ЮФ и ЮЗФ. Рассмотрение этого вопроса, отдельные писатели связывают с ожиданием войны на рассвете 22-го июня. Интересно куда успеет уехать Жуков утром 22-го, чтобы успеть к началу войны. Это же обычное совещание на перспективу, такое же как и выезд фронтовых управлений…

После 20-00 21.6.41. Сталину доставляют спецсообщение от источника «Х»: «Посольство утром получило указание уничтожить все секретные бумаги. Приказано всем сотрудникам посольства до утра 22 июня запаковать свои вещи и сдать их в посольство. Живущим вне посольства – переехать в посольство. Считают, что наступающей ночью будет решение. Это война».

20-50 21.6.41 г. С.М. Буденный: «Сталин сообщил нам, что немцы, не объявляя нам войны, могут напасть на нас завтра, т.е. 22 июня… Что мы должны и можем предпринять сегодня же и до рассвета завтра 22.6.41 г.

Тимошенко и Жуков заявили, что если немцы нападут, то мы их разобьем на границе, а затем на их территории.

И. Сталин подумал и сказал: «Это несерьезно». Обратился ко мне: «А Вы как думаете?»…
»

21.6.41. П.А. Судоплатов: «Боевая готовность [штабов и командования пограничных и внутренних войск, дислоцированных на Украине, в Белоруссии и Прибалтике.] была объявлена… в 21-30…»

Берия поступает по-другому: в отличие от военных, он приводит свои территориальные подразделения и войска в боевую готовность. Будет война или не будет неизвестно. Но его силы готовы к провокациям и противодействию диверсантам…

21.6.41 после 22-20 Тимошенко и Жуков отправились в НКО подготавливать Директиву №1.

Г.К. Жуков: «…Давно стемнело. Заканчивался день 21 июня. Доехали мы с С.К. Тимошенко до подъезда наркомата молча, но я чувствовал, что и наркома обуревают те же тревожные мысли. Выйдя из машины, мы договорились через десять минут встретиться в его служебном кабинете…»

Да здесь не тревожные мысли должны одолевать, а бегом к телефонам и поднимать войска! Но руководство КА не верило в нападение или же не решилось что-нибудь взять на себя…

Около 23-00 21.6.41. Л.М. Сандалов: «Около 23 часов нас вызвал к телефону НШ округа. Однако особых распоряжений мы не получили. О том же, что нужно быть наготове, мы и сами знали…»

Отголосок звонка Тимошенко в штаб ЗапОВО около 23 часов докатился до штаба 4-й армии. О подъеме войск ни слова…

Около 23-00 21.6.41. Тимошенко звонил Я.Т.Черевиченко: «Имейте в виду, что возможна провокация со стороны Германии и Румынии.

— Что, война? — невольно вырвалось у меня.

— Войны, возможно, и не будет, но войска должны быть наготове, — ответил Тимошенко
…»

Около 23-00 21.6.41. Н.Г. Кузнецов: «С.К. Тимошенко: «Есть очень важные сведения. Зайдите ко мне…» Через несколько минут мы уже поднимались на второй этаж небольшого особняка, где временно находился кабинет С.К. Тимошенко. Маршал, шагая по комнате, диктовал… Генерал армии Г.К. Жуков сидел за столом [без кителя] и что-то писал. Несколько листов большого блокнота лежали слева от него. Видно, Нарком обороны и начальник ГШ работали довольно долго. Семен Константинович заметил нас, остановился. Коротко, не называя источников, сказал, что считается возможным нападение Германии на нашу страну. Жуков встал и показал нам телеграмму, которую он заготовил для пограничных округов. Помнится, она была пространной…»

После 23-00 21.6.41. Сталин уехал из Кремля.

23-45 21.6.41. ШТ с Директивой №1 поступила в ШО.

0-30 22.6.41. ШТ отправлена адресатам — через 2 часа 10 минут после выхода из кабинета Сталина. За это время сидельцы в НКО не дали никакого конкретного указания по подъему войск. Войска не подняты… Действия по округам мы рассмотрим в других частях.

3-13 22.6.41. Налет немецких самолетов на Севастополь. На парашютах с них сбросили донные неконтактные мины. Две мины упали на сушу. В 3-48 и 3-52 они самоликвидировались.

3-55 22.6.41. Налет немецких самолетов на Либаву.

Н.Н. Воронов: «Около четырех часов получили первое сообщение о бомбежке вражеской авиацией Севастополя. Вскоре через ВНОС поступили сведения о воздушных налетах на Виндаву и Либаву… Через несколько минут я уже был у [Тимошенко] с данными о бомбежках целого ряда наших городов. В кабинете наркома находился и начальник Главного политического управления Л.З. Мехлис… Я вышел из кабинета с камнем на сердце. Меня поразило, что в столь серьезной обстановке народный комиссар не поставил никакой задачи войскам ПВО, не дал никаких указаний. Мне тогда показалось: ему не верилось, что война действительно началась...»

В мемуарах Н. Кузнецова отмечено, что нарком обороны диктовал, а начальник ГШ писал. На рисунках приведены (якобы) черновик Директивы №1, подписанный С. Тимошенко и Г. Жуковым. Было отмечено, что на обороте листа 259 среди прочих пометок имеется указание фамилий шифровальщиков: Агапов и Храмцовский. После ухода Г. Жукова из ГШ Храмцовский станет его личным шифровальщиком.





Историк С.Л. Чекунов указывал, что существует два рукописных экземпляра Директивы, написанные с небольшим интервалом. Этот человек в настоящее время лучше всех знает, как писалась Директива №1, как отправлялась в войска и много других интересных вещей. По его сообщениям на форуме можно сказать, что С.Л. Чекунов готовит выпуск нескольких книг, начиная с 1927 года. Там будут многие интересные документы, о которых мы даже не подозреваем. Единственное, что ждать книгу о событиях перед 22 июнем придется долго. Следите за указанными книжными новинками…



В сообщениях на сайтах указывается, что на ШТ имеются следующие пометки: «Поступила в ШО в 23-45 21 июня 1941 г.» Директива отправлена в 00-30 в ЛВО, ЗОВО, КОВО, ОдВО, ПрибОВО под номерами: 19942, 19943, 19944, 19945, 19946 соответственно.

Что интересного в тексте Директивы? Прежде всего недописанные слова, которые зачеркнуты. Директива писалась «вживую», рождалась на ходу. Кто-нибудь верит, что ее диктовал И. Сталин? Автор не верит. Если верить Буденному, то Директиву писали после Кремля. Автор этому верит, но это недоказуемо. Нет документальных фактов об этом периоде. Мемуарам Жукова автору верить не хочется…

Из текста удалены важные фразы «в ночь» и «противовоздушную оборону привести в боевую готовность». Руководство КА не торопится и не верит в начало войны на рассвете… Автор просит прощения, но в части 4 приведена неверная информацию о генерале Покровском и машинистке Грибовой…

Основой для шифровальной связи являлось «Наставление по шифровальной связи (или службе)». С основными положениями этого Наставления должен был ознакомлен командный состав, который имел право подписи ШТ. О всех нарушениях, связанных с оформлением, передачей, адресацией и т.д., руководитель ШО (отдела или органа) обязан проинформировать вышестоящее руководство (НШ, к которому он относится, или в вышестоящий штаб, если нарушения производит командный состав штаба). При сообщении в вышестоящий штаб о нарушениях, связанных с шифрсвязью, максимум, что может ждать руководитель ШО – это перевод в другой округ на туже должность, перевод в вышестоящий штаб или снятие командного состава штаба, которое требует сотрудников допускать нарушения. Это я говорю к тому, что шифровальщики были защищены от самодурства командиров в штабе.

В июне 1941 года существовали следующие схемы связи Генштаба с военными округами:

1) с помощью шифрмашинок – индивидуальная между двумя адресатами;

2) циркулярная (или общая) с помощью ручного шифра. Длительность обработки ШТ с помощью ручного шифра увеличивалась в 6-10 раз. Существовали и индивидуальные схемы связи с использованием ручного шифра.

Почему существовала только индивидуальная связь с помощью машинок? Установка, с помощью которой маркировались места отверстий и проводилось их последующее пробитие, позволяла работать только с двумя лентами, которые после этого превращались в шифрленты. Возможно, требование об организации машиной шифрсвязи между двумя адресатами была заложена в техническом задании на разработку.

Таблицы в шифрблокнотах для ручного шифра печатались типографским способом и поэтому позволяли иметь сколько угодно адресатов.

Директива №1 была направлена в округа с использованием шифрмашинок, об чем свидетельствует пять номеров исходящих ШТ проставленных на черновике ШТ. Автор оценил длину ШТ (по ШТ ЗапОВО для армий), которая составляет около 205 групп. Длина приблизительная и нужна нам только для оценки времени передачи ШТ разными службами. Если шифровальщики работали с указанными выше скоростями (они указаны были в части 4), то на обработку одной ШТ при «З» уходило около 6 минут, а на ее «Р» – до 8. Мы знаем, что черновик выполнен на трех листах, и с ШТ работали два специалиста, которые должны были работать параллельно, передавая листы черновика друг другу. Зам.дежурного по ШО обеспечивал их шифрами и забирал материал для отправки на узел связи. В этом случае один специалист обработал три ШТ за время около 18 минут, а другой две ШТ за 12. Получается, что с учетом дополнительных правок все пять ШТ могли быть сданы на узел связи до 00-30.

В звене «штаб округа – штаб армии» шифровальных машин практически не было. Вся шифрсвязь осуществлялась с помощью ручных шифров.

В ЗапОВО было как минимум два полных набора для шифрмашинок. Это означает, что в состав комплекта шифртехники входило устройство, которое при расшифровке на шифрмашинке одновременно на устройстве печатало расшифрованный текст на листе бумаги. Расшифрованный текст на листе бумаги (или с лентой, наклеенной на лист бумаги) называется черновым материалом, который учитывается в журнале наряду с ШТ и используемыми шифрами. Бланки ШТ с текстом, которые имеются в свободном доступе, – это результат перепечатки текста на бланки на печатной машинке работником ШО специально для руководства.

Когда ШТ с текстом Директивы №1 поступила в ШО штаба ЗапОВО, то руководство округом уже ждало ее поступление. НШ округа приказал дежурному по ШО доставить черновой материал ШТ на рассмотрение Военному Совету, что и было сделано. Поскольку шифровальщики жили еще нормами мирного времени, то дежурный допустил нарушение, приказав расшифровать ШТ вторично. На это требовалось чуть более 5 минут. Используя вторичный черновой материал, стали печатать, как привыкли, текст на бланке входящей ШТ. Таким образом, с целью экономии времени командным составом округа резолюции и адресация появились на листе чернового материала, превратившись во входящую ШТ. Отпечатанный текст на бланке входящей ШТ превратили в исходящую.

По словам С.Л. Чекунова: «Самым первым ее принял ПрибОВО в 1 час 07 минут. Все остальные приняли позже, например ЗапОВО в 01.10. Расшифровку первым сделал ПрибОВО. Первым среди всех адресатов ее прочел Сафронов (ПрибОВО) около 01.40-01.45. Все остальные прочли позже. ЗапОВО только в начале третьего…»

Директива №2 ввиду огромного наплыва информации из округов уже направлялась адресатам циркулярно с помощью ручного шифра.



На рисунке подчеркнуты номера ШТ это Директивы (20021, 20022, 20023). Адресатов снова пять. Длина ШТ автором оценена в 248 групп. Допустимая длина ШТ – 300 групп (в исключительных случаях допускалось отправлять ШТ длиной 350 групп). Если бы ее направили с использованием шифрмашин, то телеграмма имела бы пять номеров, как и Директива №1. Три номера свидетельствуют о подготовке ее к отправке циркулярно во все пять ВО. Обработка была проведена с использованием ручного шифра. Также на листах мы видим рабочую разбивку по частям дежурный по ШО (или его заместителем) на три части для 2-3 шифровальщиков. Для срочных ШТ разбивка осуществлялась «на глазок», что при большом опыте работы позволяла использовать количество листов из шифроблокнота, достаточно близкое к необходимому. Известны два оригинала Директивы №2, так же, как у Директивы №1. Объяснить это автор не ставил себе целью…



Мы закончили рассмотрение материала относящегося к разведке и оценке соединений противника руководством КА. В дальнейшем нас ожидает рассмотрение всех округов (кроме ПрибОВО, рассмотренного в первых частях цикла).

По результатам рассмотрения первых шести частей 2-го цикла можно сделать следующие выводы:

1. С лета 1940 года разведки РУ ГШ КА и НКВД завышали численность германских войск, сосредоточенных у наших границ. Понятие «у наших границ» — чисто условное, т.к. немецкие дивизии размещались от 20 до 424 (и более) километрах от границы. Завышение числа дивизий, вероятно, является результатом хорошей работы немецкого командования по дезинформации советского руководства страны и КА.

2. С осени 1940 года началось перемещение некоторых немецких соединений в сторону Балкан (в т.ч. в Румынию). В конце апреля 1941 года численность немецких соединений, сосредоточенных у нашей границы (против войск ПрибОВО, ЗапОВО, КОВО), снова достигла уровня, зарегистрированного нашей разведкой в конце августа – в начале сентября 1940 года.

3. Руководство КА оценивало количество немецких соединений, необходимых для начала войны с СССР, в 173 (осень 1940) – 200 (март-апрель 1941) – 180 (май 1941) дивизий.

К 21 июня, по оценке РУ ГШ, у наших западных границ находилось 124 дивизии, что значительно отличалось от вышеуказанного числа 180. Следует отметить, что более 2/3 этих войск находилось на расстоянии от 20 до 100 км от нашей границы.

4. Руководство КА прекрасно знало, что на начальном периоде войны для продвижения группировок войск на большую глубину германское командование использует несколько подвижных групп, поддержанных большим количеством авиации.

В состав подвижных групп должны входить мк, дивизии тяжелых танков. Подвижные группы взаимодействуют с десантными и пехотными дивизиями. По состоянию на конец 1940 года в германских ВС было 12 мк.

5. До начала войны у границы не было обнаружено ни одной танковой группы (из четырех расположенных у границы), ни одного мк (из 10-ти расположенных), ни одной тяжелой танковой дивизии (из 0 существовавших), одну десантную дивизию (из пяти, которые Германия могла выделить для войны с СССР по оценке руководства КА). Большая часть авиация перелетела на аэродромы ближе к границе вечером 21.6.41.

Более половины обнаруженных разведкой тд у границы – это тб и тп россыпью, сведенные в условные тд: без штабов и управления, связи и инженерных подразделений, мотопехоты и артиллерии, без частей снабжения, ремонта и обеспечения. Эти условные тд годились только для усиления АК.

Парировать наличие тяжелых танков в подвижных группировках должны были ПТ артиллерийские бригады, оснащенные артсистемами, обладающими большим бронепробитием.

6. Непосредственно перед началом войны значительные ресурсы были брошены на долгосрочные программы: по постановке на вооружение тяжелого танка Кв-3, по проектированию танков Кв-4 и Кв-5, по возведению и оснащению сотен долговременных сооружений на нашей границе, по строительству бетонных ВПП на аэродромах.

7. Военно-политическое руководство страны думало:

— что, парируя германскую группировку у границы дивизиями КА (не достигая при этом превосходства над ними), можно отодвинуть начало войны с Германией;

— что миролюбивая политика СССР по отношению к Германии позволит также отодвинуть начало войны.

Однако маниакальная идея Гитлера о войне с СССР свела эти разумные действия к нулю. Когда пришлось пересматривать свои взгляды с точки зрения фактов, то он стал сомневаться в правильности своих действий. По словам Гудериана, 4.8.41 Гитлер сказал: «Если бы я знал, что у русских действительно имеется такое количество танков… я бы, пожалуй, не начинал эту войну…»

8. Зная о неподготовленности нашей армии к войне, Сталин не мог даже даже допустить мысль о первом ударе по отмобилизованным и находящимся вблизи границы немецким войскам.

То, во что нам тыкают на картах и планах со стрелочками, – это просто рисунки. Планы – это кипа бумаг объемом несколько кубометра. А то, что мы видели, – это черновики планчиков…

9. В шести частях нам встречались случаи проявления частной инициативы командованием разных уровней КА и ВМФ при подготовке своих войск (сил) к войне. Эти действия не являлись следствием указаний из Москвы к подготовке к войне руководством НКО и ГШ КА. Мы увидим еще немало примеров проявления такой частной инициативы при рассмотрении событий в приграничных округах.

10. До сих пор мы не увидели ни одного документа, факта или воспоминания, указывающих непосредственно на наличие мифической Директивы ГШ КА о переводе сухопутных войск и ВВС в готовность №2. Наличие мифической директивы продолжим искать в материалах, посвященных приграничным ВО.

Однако рассмотренные события косвенно свидетельствуют об обратном: руководство КА не ожидало начала войны на рассвете 22 июня 1941 года, и нам не встретилось пока ни одного факта, свидетельствующего об обратном…
Ctrl Enter

Заметив ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter

198 комментариев
Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти