"Стандартные" линкоры США, Германии и Англии. Американская "Пенсильвания"

И вот, наконец-то мы приступаем к описанию американских «стандартных» линкоров. Как уже говорилось ранее, для сравнения с британскими «Ривенджами» и германскими «Байернами» были выбраны американские линкоры типа «Пенсильвания» — в основном, из-за того, что корабли всех трех указанных типов были заложены почти одновременно, в 1913 г., то есть проектировались и создавались в одно и то же время. Кроме этого, несмотря на то, что первым «стандартным» американским линкором считается «Невада», она, если можно так выразиться, была все же «версия-лайт». Несмотря на то, что «Невада» обладала всеми признаками «стандартного» линкора США, то есть котлами на нефтяном отоплении, схемой бронирования «все или ничего» и применением трехорудийных башен (от которых американцы вынужденно отказались только на «Мерилендах», так как использовали на них уже на 356-мм, а 406-мм пушки), она была существенно меньше «Пенсильвании» (примерно на 4 000 т) и слабее вооружена. Следующие серии линкоров, хотя и были крупнее «Пенсильвании», но весьма незначительно и, вплоть до «Мерилендов», несли схожее по составу вооружение.

История проектирования линкоров типа «Пенсильвания» очень проста. Несмотря на то, что первыми американскими линкорами, получившими 356-мм артиллерию, стали два корабля типа «Нью-Йорк», остальные их конструктивные решения совершенно не блистали новизной. Затем американцы приступили к проектированию по-настоящему революционных линкоров типа «Невада», но, к сожалению, полет конструкторской мысли оказался изрядно приторможен финансовыми ограничениями, которые сводились к следующему: новейшие корабли следовало «впихнуть» в водоизмещение предыдущего типа «Нью-Йорк».


Дело заключалось в том, что создание американского линейного, да и не только линейного флота сильно зависело от политической конъюнктуры в Конгрессе и от текущего отношения президентской администрации к кораблестроительным программам. Флот желал закладывать по 2 линкора ежегодно, но в то же время было несколько лет, когда средства были выделены только на один корабль этого класса. Но и в тех случаях, когда Конгресс изыскивал средства на закладку двух кораблей, он мог настаивать на ограничении их стоимости, и в этом отношении американские моряки и корабелы, пожалуй, находились в худших условиях, нежели, например, немцы с их «морским законом».

Вот и в случае с «Невадами» адмиралам и конструкторам пришлось пойти на известные жертвы – так, количество 356-мм орудий пришлось сократить с 12 до 10 орудий. Кое-кто предлагал даже оставить всего 8 таких пушек, но идея строить новейшие линкоры более слабыми, чем корабли предыдущей серии, совершенно не нашла позитивного отклика, даже несмотря на то, что сэкономленное водоизмещение предлагалось пустить на усиление защиты. Кроме того, скорость пришлось понизить с первоначальных 21 уз. до 20,5 уз.

Так вот, когда пришло время проектировать следующую серию сверхдредноутов, ставшую в итоге линкорами типа «Пенсильвания», американские законодатели «расщедрились», позволив увеличить стоимость постройки новых кораблей с 6 до 7,5 млн. долл. Почему слово «расщедрились» взято в кавычки, ведь речь как будто бы идет аж о 25-процентном приросте финансирования? Дело в том, что, во-первых, по факту стоимость строительство «Невады» и «Оклахомы» обошлось в 13 645 360 долл., или более чем по 6,8 млн. долл. за корабль. Впрочем, фактическая стоимость строительства «Пенсильваний» также превысила плановую цифру, составив примерно 8 млн. долл. А во-вторых, дело в том, что речь идет о стоимости строительства без учета брони и вооружения: для двух линкоров типа «Невада» затраты по указанным статьям составили 9 304 286 долл. Другими словами, полная стоимость «Невады» составила 11 401 073, 04 долл., а «Оклахомы – и того больше, 11 548 573,28 долл. и разрешение проектировать и строить «Пенсильвании» на 1,5 млн. долл. дороже представляло собой всего лишь примерно 13-процентное увеличение полной стоимости корабля.


Линкор "Пенсильвания" (в нижнем правом углу) рядом со своими предшественниками: "Оклахомой" и "Невадой"


Надо сказать, что на эти деньги американцам удалось добиться довольно многого – в целом, линкоры типа «Пенсильвания» выглядели более мощными и гармоничными, чем корабли предыдущего типа. Это и неудивительно: по сути дела, основные характеристики «Пенсильваний» — 12*356-мм орудий, скорость 21 уз. и защита на уровне «Невады» представляют собой все то, что адмиралы хотели видеть в проекте линкоров типа «Невада», но от чего пришлось частично отказаться, чтобы «впихнуть» линкоры в требуемые водоизмещение и размеры сметы.

Проектирование

Мы не будем детально описывать перипетии этого этапа создания линкоров типа «Пенсильвания», поскольку они будут более уместны в соответствующих разделах, посвященных артиллерии, бронезащите и энергетической установке корабля. Остановимся лишь на паре интересных фактов общего характера.

У ВМФ США был реальный риск получить вместо «Пенсильваний» еще две «Невады». Дело в том, что Генеральный совет сформулировал свои требования к «линкору 1913 г.» 9 июня 1911 г., как раз тогда, когда проект «Невады» оказался практически готов. Неудивительно, что у Бюро конструирования и ремонта, отвечавшего за конструкторские работы, возникло немалое искушение «продать» только что сделанный проект повторно. Под это даже подвели тактическое обоснование: ведь Генеральный совет сам проводил линию на строительство линкоров эскадрами по 4 корабля, так чего же мудрить? Берем уже готовый проект, чуть-чуть доделаем здесь, подштопаем там, и…

Но Генеральный совет рассудил совершенно здраво – нет никакого смысла, получив расширенные финансовые возможности, строить еще две «Невады», со всеми их слабыми местами, являвшимися следствием финансового компромисса. В то же время, линкоры заявленных Генеральным советом требований (12*356-мм, 22*127-мм, 21 узел) вполне способны составить тактическую четверку с «Невадами», хотя и будут несколько сильнее и совершеннее последних.

Когда проектирование «Пенсильваний» было уже в самом разгаре, Генеральный совет вышел в Конгресс с предложением строить в финансовом 1913 г. аж четыре таких линкора. История умалчивает о том, было ли это по настоящему серьезным намерением, или же просто ответственные лица, вдохновившись пословицей «Много хочешь – мало получишь», всерьез рассчитывали лишь на 2 линкора, оставляя за собой поле для торговли с конгрессменами. Факт же заключается в том, что столь обширные аппетиты были признаны чрезмерными, но более всего программу 1913 г. подкосил небезызвестный сенатор Тиллман, который задался вопросом: зачем тратить кучу денег на серии постепенно улучшающихся кораблей? Давайте лучше сразу приступим к проектированию и строительству мощнейших предельных линкоров, больше и сильнее которых на текущем технологическом уровне создать будет просто невозможно. По мнению Тиллмана, логика развития военно-морских вооружений все равно приведет иные страны к строительству подобных линкоров, которые, конечно, сразу сделают устаревшими все предыдущие, а если так, то зачем ждать? В общем, точки зрения оказались слишком противоречивы, единого понимания будущего линейных сил у конгрессменов не сложилось, сомнения правили бал, и в результате в 1913 г. США заложили всего лишь один корабль – «Пенсильванию», а его «систершип» (строго говоря, тогда уж следовало писать «ее») «Аризона» был заложен лишь в следующем, 1914 г.

Интересно, хотя это и не относится к теме статьи, что в США с подачи Тиллмана действительно провели соответствующие исследования. Параметры «предельного» линкора поражали воображение: 80 000 т, 297 м длины, скорость около 25 узлов, бронепояс в 482 мм, главный калибр из 15 (!) 457-мм пушек в пяти трехорудийных башнях или 24*406-мм в четырех шестиорудийных! Впрочем, первые же прикидки показали, что стоимость одного такого корабля составит не менее 50 млн. долл., то есть примерно столько же, сколько дивизия из 4 линкоров типа «Пенсильвания», так что проработки по данной теме были прекращены (хотя и возобновлялись впоследствии).

Артиллерия



"Систершип" "Пенсильвании" — линкор "Аризона"


Главный калибр линкоров типа «Пенсильвания», вне всяких сомнений, представлял собой самое странное зрелище среди всех тяжелых морских установок мира.

«Пенсильвания» и «Аризона» вооружались 356-мм/45 пушками (истинный калибр — 355,6-мм) модификации Mk… а вот какой именно, быть может, не помнят и сами американцы, по крайней мере точных данных в русскоязычной литературе найти не удалось. Дело в том, что указанные орудия ставились на линкоры США начиная с «Нью-Йорка» и модифицировались огромное количество раз: существовало 12 основных модификаций данной пушки, но «внутри» у них были и другие – обозначались они от Mk 1/0 до Mk 12/10. При этом различия между ними как правило были совершенно незначительны, за, пожалуй, двумя исключениями. Одно из них касалось начальных серий: дело в том, что самые первые орудия 356-мм/45 не были лейнированы, но затем, конечно, получили лейнер. Второе было произведено уже после Первой мировой войны и заключалось в увеличении зарядной каморы, благодаря чему орудие получило возможность стрелять более тяжелым снарядом с более высокой начальной скоростью. При этом у большинства модификаций (но все же не у всех) баллистика орудий оставалась идентичной, зачастую вся «модификация» только и состояла в том, что пушка получала в общем-то идентичный лейнер с немного измененной технологией изготовления, и, по мере замены лейнеров орудие «меняло» свою модификацию. Также появление новых модификаций могло быть вызвано модернизацией, или просто заменой вконец расстрелянной пушки, а надо сказать, что, особенно в 20-30 годы прошлого столетия, американцы гоняли своих комендоров достаточно интенсивно. Вот так и получалось, что для американских линкоров было нормой наличие на одном корабле орудий нескольких модификаций одновременно. Так, на «Оклахоме» в момент ее гибели имелось два орудия Mk 8/0; пять — Mk 9/0; одно – Mk 9/2 и еще два Mk 10/0.

При этом, как мы говорили выше, баллистические качества модификаций за редким исключением оставались неизменными. Тем не менее, американцы не чурались ставить на один корабль орудия с разной баллистикой – считалось, что небольшие отклонения вполне способна компенсировать система управления огнем. Идея, прямо скажем, в высшей степени сомнительная, и, надо думать, широко это все-таки не практиковалось.

В общем, с одной стороны, обновление главного калибра линкоров США выглядит более-менее логично, но в силу своей запутанности неясно, орудия какой модификации получили «Пенсильвания» и «Аризона» при вступлении в строй. Это также создает известную неуверенность в их ТТХ, потому что, как правило, соответствующие данные в источниках приводятся для модификаций Mk 8 или Mk 12 – по всей видимости, на линкорах типа «Пенсильвания» изначально стояли более ранние модели.

Обычно, для 356-мм/45 орудий американских линкоров даются такие данные: до 1923 г., когда очередная модификация увеличила камору, позволив стрелять более тяжелым зарядом, они были рассчитаны на стрельбу 635 кг снарядом с начальной скоростью 792 м/сек. При угле возвышения в 15 град. дальность выстрела составляла 21,7 км или 117 кабельтов. В последующих модификациях (1923 г. и далее) эти же орудия получили возможность стрелять новейшим, более тяжелым снарядом весом в 680 кг с той же начальной скоростью, либо же, при использовании старого 635 кг снаряда повысить его начальную скорость до 823 м/сек.

Зачем нужно детально описывать ситуацию с послевоенными модификациями, ведь мы, очевидно, не будем принимать их во внимание при сравнении линкоров? Это необходимо для того, чтобы уважаемый читатель, в случае, если ему вдруг попадутся те или иные расчеты бронепробиваемости этих 356-мм/45 американских орудий, помнил о том, что они могут быть выполнены именно для более поздней, усиленной модификации. Так, например, мы можем видеть расчеты, приведенные в книге Манделя А.В.



Таким образом, мы видим, что на (округленно) 60 кабельтовых американская пушка «осиливала» 366 мм броню, а на 70 кабельтовых – 336 мм. Это явно скромнее показателей британского 381-мм орудия, на испытаниях пробившего лобовую 350 мм бронеплиту башни германского «Бадена» на расстоянии в 77,5 каб., но в сноске к таблице указано, что приведенные данные считались для 680 кг снаряда. Из чего очевидно следует, что показатели 635 кг снаряда еще более скромны. Впрочем, не будем забегать вперед — сравнение артиллерии линкоров Германии, Англии и США мы будем делать позднее.

Боекомплект линкоров типа «Пенсильвания» составлял по 100 снарядов на ствол, в него входили… ровно 100 бронебойных снарядов. Американские адмиралы долгое время были уверены, что их линейные корабли предназначены для одной-единственной задачи: сокрушение себе подобных на предельных дистанциях боя. По их мнению, лучше всего для этой цели подходил бронебойный снаряд, а раз так, то зачем засорять погреба линкоров боеприпасами других типов? В общем, фугасные снаряды на «стандартных» 356-мм линкорах США появились только к 1942 г., и рассматривать их в этом цикле статей никакого смысла нет.

Что же до 635 кг бронебойного снаряда, то он комплектовался 13,4 кг взрывчатого вещества, а именно – даннитом, более позднее название: Explosive D. Это взрывчатое вещество составлено на основе пикрата аммония (не путать с пикриновой кислотой, ставшей основой для знаменитой японской шимозы, или лиддита, мелинита и т.д.). В целом эта американская взрывчатка имела чуть меньшие возможности по сравнению с тринитротолуолом (тротиловый эквивалент 0,95), но было намного спокойнее и менее подвержено самопроизвольному взрыву, чем шимоза. Автор настоящей статьи, увы, не смог разобраться, имело ли место какое-то принципиальное отличие между ранними версиями даннита и более поздним «эксплозивом Д», которым комплектовались 680 кг снаряды: вероятно, если и были, то крайне незначительные.

Интересный факт: более поздний 680 кг снаряд содержал всего 10,2 кг ВВ, то есть даже меньше, чем было в 635 кг. Вообще, следует отметить, что американцы в своих снарядах очевидно «вложились» в первую очередь в бронепробиваемость, до крайней возможности усилив стенки, и соответственно, прочность боеприпаса, пожертвовав при этом массой взрывчатого вещества. Даже в «могучем» 635 кг снаряде количество ВВ соответствовало, скорее его 305-мм «собратьям»: достаточно напомнить, что 405,5 кг бронебойный снаряд германского 305-мм/50 орудия нес 11,5 кг ВВ, а русский 470,9 кг боеприпас аналогичного назначения – 12,95 кг. Впрочем, справедливости ради, отметим что британский 343-мм «гринбой», будучи полноценным бронебойным снарядом и имея сходную с американским четырнадцатидюймовым снарядом массу (639,6 кг), ненамного превосходил последний по содержанию ВВ – он содержал 15 кг шеллита.

Американские 356-мм/45 орудия выдерживали 250 выстрелов 635 кг снарядом с начальной скоростью 792 м/сек. Не поражающий воображения, но и не плохой показатель.

По своей конструкции 356-мм/45 артсистемы представляли, если можно так выразиться, некий промежуточный вариант между германским и британским подходами. Ствол был скрепленной конструкции, как и у немцев, но замок использовался поршневой, как у англичан: последнее было в известной степени продиктовано тем, что поршневой, открывающийся вниз затвор, был, пожалуй, наиболее оптимальным решением в тесной трехорудийной башне. Безусловно, применение передовой технологии дало американцам хороший выигрыш в массе орудия. Японские 356-мм пушки линкора «Фусо», имевшие проволочную конструкцию ствола и примерно равную дульную энергию, весили 86 т, против 64,6 т американской артсистемы.

В целом же об американском 356-мм/45 орудии можно сказать следующее. Для своего времени, а первая модель этой пушки была создана в 1910 г., она являлась весьма совершенной и конкурентоспособной артсистемой, однозначно одним из лучших морских орудий мира. Она ни в чем не уступала британским и сделанным в Англии для Японии 343-356-мм пушкам, а кое в чем – и превосходила. Но при всем при этом потенциальные возможности этого орудия были в значительной мере ограничены единственным типом боеприпаса – бронебойным снарядом, который, к тому же, имел сравнительно небольшое содержание ВВ. И, конечно, при всех своих достоинствах, 356-мм/45 орудие по своим возможностям с новейшими 380-381-мм артсистемами конкурировать не могло.

С другой стороны, американцы на линкорах типа «Пенсильвания» сумели разместить дюжину 356-мм/45, в то время как корабли типов «Ривендж» и «Байерн» несли только 8 орудий главного калибра. Для того, чтобы вооружить линкор таким количеством стволов, не удлиняя при этом его цитадель чрезмерно, американские конструкторы использовали трехорудийные башни, конструкция которых… впрочем, обо всем по порядку.

Впервые такие башни были использованы на линкорах типа «Невада»: вынужденные «утрамбовывать» корабль в водоизмещение предыдущего «Нью-Йорка», американцы очень стремились по возможности снизить габариты и массу трехорудийных башен, по возможности сблизив их с двухорудийными. Что ж, своей цели американцы достигли: геометрические размеры башен различались мало, так, внутренний диаметр барбета двухорудийной башни «Невады» составлял 8,53 м, а трехорудийной – 9,14 м, а вес вращающейся части – соответственно 628 и 760 т. И это, как выяснилось, был еще не предел: линкоры типа «Пенсильвания» получили башни, хоть и схожей конструкции, но даже меньших габаритов, их масса составляла 736 т, а внутренний диаметр барбета был уменьшен до 8,84 м. Но какой ценой это было достигнуто?

Американские двухорудийные башни имели классическую схему, в которой каждое орудие находится в отдельной люльке и снабжается своим собственным комплексом механизмов, обеспечивающих подачу снарядов и зарядов. В этом отношении двухорудийные башни США были вполне аналогичны установкам Англии и Германии. Но для миниатюризации трехорудийных башен американским конструкторам пришлось разместить все три орудия в одной люльке и ограничиться двумя снарядными и зарядными подъемниками на три пушки!

Интересно, что в большинстве источников указывается, что зарядных подъемников все-таки были три, так что «страдала» только подача снарядов, но, судя по развернутому (но увы, не всегда ясному) описанию конструкции башен, данному В.Н. Чаусовым в его монографии «Линейные корабли «Оклахома» и «Невада»», это все-таки не так. То есть в каждой американской башне действительно было по два снарядных и три зарядных подъемника, но дело в том, что один из последних подавал заряды из погребов только в перегрузочное отделение, а уже оттуда два других зарядных подъемника подавали заряды к пушкам. Впрочем, по всей видимости, один-единственный подъемник в перегрузочное отделение не создавал узкого места – он был цепным, и, вероятно, вполне справлялся со своей задачей. Но вот в самой башне снарядными и зарядными подъемниками были обеспечены только крайние орудия (первое и третье), среднее собственных подъемников не имело — ни зарядного, ни снарядного.


Казенная часть 356-мм/45 орудия линкора "Оклахома" в двухорудийной башне.


Американцы утверждают, что «при соответствующей подготовке расчетов» трехорудийная башня может, в принципе, развивать ту же скорострельность, что и двухорудийная, но в это весьма сложно поверить. Описанный выше технологический изъян никак не позволяет рассчитывать на схожий результат при равной подготовке расчетов двух- и трехорудийных башен. Иными словами, если расчет двухорудийной башни тренировать штатно, а трехорудийной – сверх того гонять в хвост и в гриву днем и ночью, то может быть они и уравняются в скорострельности на ствол. Но это будет достигнуто исключительно за счет превосходящей подготовки, а если такую же дать и расчету двухорудийной башни?

Еще одним крайне серьезным недостатком американских трехорудийных башен являлась малая механизация их процессов. Орудия главного калибра линкоров Англии, Германии и многих других стран имели полностью механизированное заряжание, то есть и снаряд, и заряды, после подачи и к орудиям, подавались в них посредством механических досылателей. Но только не у американцев! У них досылатель использовался только при заряжании снаряда, а вот заряды досылались вручную. Как это сказывалось на скорострельности? Вспомним, что заряд к 356-мм/45 орудию в те годы составлял 165,6 кг, то есть только для одного залпа расчету следовало переместить вручную почти полтонны пороха, а с учетом того, что американцы претендовали на скорострельность в 1,25-1,175 выстрелов в минуту... Конечно, заряжающим не приходилось таскать заряды на собственной спине, их нужно было перекатить с подъемника на специальный стол, а затем, при «нулевом» угле возвышения орудия, «втолкнуть» заряды в камору специальной деревянной палкой-прибойником (либо руками). В общем, наверное, минут 10 в таком темпе физически подготовленному человеку выдержать было можно, а что потом?

Вернемся теперь к «превосходному» решению о размещении всех трех орудий в одной люльке. На самом деле минусы подобной конструкции в значительной мере преувеличены и могли быть частично компенсированы организацией стрельбы, учитывающей данную особенность. Что тем проще было сделать, используя передовые на тот момент методы пристрелки «уступ» или «двойной уступ», но… проблема в том, что американцы ничего подобного не сделали. И потому свойственные «однолюлечной» схеме недостатки проявили себя на их линкорах во всей своей красе.

Строго говоря, у «однолюлечной» схемы, помимо компактности, есть еще как минимум одно достоинство – оси орудий находятся на одной линии, в то время у орудий в разных люльках имело место рассогласование линий стволов, с чем не так просто было бороться. Другими словами, из-за маленьких люфтов и т.д. при установке орудий, скажем, на угол возвышения в 5 град., могло получаться так, что правое орудие двухорудийной башни получало правильный угол, а левое – чуть меньший, и это, конечно, влияло на кучность стрельбы. «Однолюлечные» установки такой проблемы не имели, но увы, на этом их перечень преимуществ и заканчивался.

Обычные башни (т.е. имеющие орудия в разных люльках) имели возможность стрелять неполными залпами, то есть пока одно орудие наводится на цель и производит выстрел, остальные заряжаются. Таким образом, помимо всего прочего, достигается максимальная огневая производительность, так как никакая пушка башни не простаивает – в каждый момент времени она либо наводится, либо производит выстрел, либо опускается на угол заряжания, либо заряжается. Таким образом, задержки могут происходить только «по вине» управляющего огнем, если последний задержит передачу данных для стрельбы к орудиям. А при необходимости линкор с 8 орудиями главного калибра со скорострельностью 1 выстрел в 40 секунд на ствол, способен давать четырехорудийные залпы каждые 20 секунд. Линкор с 12 такими орудиями способен давать три четырехорудийных залпа каждые 40 секунд, то есть интервал между залпами составляет всего чуть более 13 секунд.

А вот в «однолюлечной» системе подобная производительность достигается только при залповой стрельбе, когда башни дают залп сразу из всех орудий: в этом случае линкор с дюжиной орудий ГК даст только один залп в 40 секунд, но, если это полный залп, то в полет отправятся 12 снарядов, то есть столько же, сколько будет выпущено и в трех четырехорудийных. Но если стрелять неполными залпами, то огневая производительность ощутимо проседает.

Но зачем вообще стрелять неполными залпами? Дело в том, что при стрельбе «полным бортом» доступен лишь один вид пристрелки – «вилка», когда нужно добиться, чтобы один залп лег перелетом, второй – недолетом (или наоборот) а потом «половинить» дистанцию до тех пор, пока не будет достигнуто накрытие. Например, выстрелили 75 кабельтов – перелет, 65 кабельтов – недолет, стреляем 70 кабельтов и ждем, что из этого получится. Допустим, перелет, тогда устанавливаем прицел на 67,5 кабельтов, и вот тут, скорее всего, будет накрытие. Это хороший, но медленный способ пристрелки, поэтому пытливая военно-морская мысль и изобрела пристрелку «уступом» и «двойным уступом», когда залпы даются на разную дистанцию «лесенкой», причем не дожидаясь падения предыдущего залпа. Например, стреляем тремя залпами с шагом 5 кабельтов (65, 70 и 75 кабельтов) с небольшим временным интервалом между каждым залпом, а потом оцениваем положение цели относительно нескольких падений. С учетом ряда нюансов морской стрельбы, подобная пристрелка, хотя, возможно, и ведет к повышенному расходу снарядов, но зато позволяет накрыть цель значительно быстрее, чем традиционная «вилка».

Но если «однолюлечный» линкор попробует стрелять двойным уступом (с интервалом, к примеру, 10 секунд между залпами), то он выпустит 12 снарядов не за 40, а за 60 секунд, так как время ожидания между первым и вторым и вторым и третьим залпом орудия будут простаивать. Таким образом, командиру американского линкора нужно было выбирать между огневой производительностью, или современными методами стрельбы. Выбор был сделан в пользу огневой производительности – и до, и вовремя, и длительное время после Первой мировой войны линейный флот США пристреливался полными залпами. Справедливости ради нужно отметить, что это не было следствием «однолюлечных» башен – просто американцы думали, что на больших дистанциях боя корректировать стрельбу будет удобнее по падениям полных залпов.

Однако стрельба полными залпами повлекла за собой другие сложности, которых, как ни странно, самостоятельно американцы просто не заметили. Как мы уже говорили, «однолюлечная» схема имеет потенциальное преимущество перед классической в кучности за счет отсутствия рассогласования осей стволов, но на практике его можно реализовать только при стрельбе неполными залпами. А вот при полных залпах рассеивание, наоборот, резко возрастает относительно классической схемы из-за близкого расположения осей стволов, и воздействия расширяющихся газов, вырывающихся из стволов, на вылетающие из соседних орудий снаряды. Так, у двухорудийных башен линкора «Оклахома» указанное расстояние составляло 2,24 м, а у трехорудийной – только 1,5 м. На учениях, после залпов трехорудийных башен американские моряки наблюдали иногда столкновения (!) выпущенных ими снарядов в полете.

Тем не менее, проблема не осознавалась, а принималась как должное, и так продолжалось до тех самых пор, пока США в конце Первой мировой войны не отправили свои дредноуты на поддержку Великобритании. Разумеется, американские корабли и базировались, и тренировались вместе с английскими, и вот здесь-то адмиралов США и постигло осознание того, что рассеивание снарядов в залпах английских линкоров значительно меньше, чем у американских – причем это касалось кораблей США с двухорудийными башнями! В итоге, в США создали специальное устройство, вносящее небольшую задержку орудий одной башни в залпе – они стреляли с разницей по времени 0,06 сек. Обычно упоминается, что использование этого прибора (впервые установленного на кораблях США в 1918 г) позволило добиться снижения рассеивания в два раза, но справедливости ради, одним приборчиком обойтись не удалось. Так, на линкоре «Нью-Йорк» с целью уменьшения рассеивания на предельной дистанции стрельбы (увы, в кабельтовых не оговорено) с 730 до 360 м пришлось, помимо задержки выстрела, уменьшить также начальную скорость снарядов – и опять же, не сообщается, насколько. То есть кучность, а значит и точность американских орудий удалось улучшить, но, в том числе и за счет некоторого падения бронепробиваемости.

Риторический вопрос: если подобные сложности с рассеиванием имели относительно неплохие двухорудийные башни американцев, то что же происходило с трехорудийными?

Тем не менее, ряд авторов, например, таких, как Мандель А.В., берется утверждать, что недостатки башен американских линкоров носили по большей части теоретический характер и не проявляли себя на практике. В подтверждение данной точке зрения, например, приводятся результаты зачетных стрельб линкора «Оклахома» за 1924/25 год…

Но об этом мы поговорим уже в следующей статье.

Продолжение следует…
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

102 комментария
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти