Как Россия бросила вызов Японии

Корея

Между Россией, Китаем и Японией находилось сравнительно небольшое Корейское королевство. Корея издавна находилась в сфере влияния Китая, опасалась японцев и конце XIX века стала подпадать под влияние европейских держав и России. Японцы же традиционно рассматривали Корейский полуостров как стратегический плацдарм, с которого можно атаковать саму Японию. В Японии помнили, как в ещё XIII столетии «монгольский» хан Хубилай, наследник огромной империи Чингисхана, создал мощный флот и отплыл от корейских берегов, чтобы захватить Японию. Тогда только «божественный ветер» спас Японию от страшного вторжения.


В конце XVI века уже сами японцы попытались захватить Корею. Талантливый и воинственный сёгун Тойетоми Хидеёси решил захватить Корею. Армада из 4 тыс. кораблей высадила на полуострове 250-тыс. десант. Японцы успешно действовали на суше, однако корейский адмирал Ли Сунсин создал «железный корабль» — первые в мире броненосцы-кобуксоны («корабли-черепахи»). В результате корейский флот одержал полную победу на море, что сделало связи японской армии вторжения с островными базами проблематичными. Корея была спасена, Лу Сунсин вошёл в историю как «священный герой», «спаситель отечества».

В последние десятилетия XIX столетия корейские короли старались сохранить независимость за счёт лавирования между Китаем, Японией, Россией, США, Британией и Францией. При королевском дворе существовали прояпонская, прокитайская, прорусская партии, которые постоянно боролись, интриговали, пытаясь усилить своё влияние в Корее. Россия начала оказывать влияние на Корею с 1860 года, когда по Пекинскому договору русские владения вышли на корейскую границу. Уже 1861 г. русские корабли вошли в порт Вонсан на северо-восточном побережье полуострова. В 1880 и 1885 гг. русские корабли снова посетили Вонсан. Тогда возникла идея создать здесь незамерзающий Порт Лазарева для русского Тихоокеанского флота. Однако под давлением Британии от этой идеи пришлось отказаться.

Япония сначала пыталась подчинить Корею с помощью экономических методов, подчинив её хозяйство. Но в 1870-1880-е годы Япония стала оказывать военное давление на Корею. Отношения между двумя странами накалились. В 1875 г. корейцы обстреляли японские корабли. В ответ японцы высадили десант, захватили прибрежные форты и потребовали особых прав. По договору 1876 года Япония получила торговые привилегии и право экстерриториальности. В 1882 г. японские офицеры прибыли в Сеул для реорганизации корейской армии, то есть превращения её в придаток японских вооруженных сил. Корея должна была стать первой колонией Японии на пути создания собственной колониальной империи и сферы влияния.

Однако это не устраивало Китай, который традиционно смотрел на Корею как на своего вассала. Китайский посол в Сеуле Юань Шикай приложил все силы, чтобы восстановить влияние Китая в Корее. Чтобы уравновесить влияние Японии китайцы посоветовали корейскому правительству расширить связи с западными державами. В 1880-е годы в Сеул прибыли первые европейские дипломаты. В 1882 г. был подписан договор о дружбе с США, затем подобные договоры были подписаны с европейскими странами. С Россией такой договор был подписан в 1883 году.

Наглые действия иностранцев вызвали взрыв в 1883 г., и японский посол бежал на британском корабле. В ответ 1885 г. японцы отправили в Корею войска. Но Китай не хотел сдавать своих позиций и прислал свой военный контингент. Через реку Ялу китайцы стали вооружать корейскую армию, построили ряд укреплений в стране, укрепили торговые связи. В Токио встал вопрос — готова ли Япония к полномасштабной войне? В итоге решили, что Япония ещё недостаточно модернизирована, военные реформы не завершены, чтобы тягаться с Поднебесной. Кроме того, Китай получил неожиданного союзника. Франция выразила недовольство японским давлением в Корее и усилила свой флот в регионе. Конфликт был исчерпан подписанием мирного договора в Тяньцзине, согласно которому большая часть войск обеих стран были выведены из Кореи, которая с этого момента оказалась фактически под совместным японо-китайским протекторатом.

Тем временем Россия снова начала усиливать свои позиции в регионе. Одновременно были проведены переговоры с корейским королем и японцами. На коронацию Николая II прибыл фельдмаршал Ямагато. Японцы предложили русским поделить Корею по 38-й параллели. Но Петербург интересовал незамерзающий порт в южной части полуострова. Кроме того, в это время все козыри были у России: корейский король часто прятался в русской миссии и просил отряд русской охраны, направить военных и финансовых советников, российский кредит. Поэтому японцам отказали. В Корею прислали группу военных советников для обучения королевской гвардии и несколько русских батальонов. Русские стали проникать в государственные структуры Кореи. Корейцам предложили деньги на строительство железной дороги. При этом были использованы далеко не все открывшиеся для России возможности в Корее. При более решительном напоре и умелых действиях Корея могла стать протекторатом Российской империи.

Таким образом, позиции России серьёзно укрепились за счёт Японии. Японии позволили оставить в Корее только 200 жандармов для охраны линии телеграфа, и 800 солдат охраны японских резидентов в Пусане, Вонсане и Сеуле. Все остальные японские военные должны были покинуть полуостров. В результате Российская империя лишила японскую элиту мечты о превращении Кореи в свою колонию. А подчинение Кореи должно было стать первым этапом на пути создания Японской колониальной империи, доминирующей в Азии. Более того, русские стали теснить японцев из стратегического предполья, что весьма задевало Японию. В последующие годы, укрепляясь в Маньчжурии-Желтороссии и получив концессию на реке Ялу, Россия стала претендовать на роль регионального лидера, что делало конфликт с Японией неизбежным.

Поднебесная

Китай в этот период формально ещё был великой азиатской державой, колоссом с 400-миллионым населением и огромными ресурсами. Однако Поднебесную подвела отстраненность от научно-материального прогресса, созерцательность и презрение к «варварам», которым нужно было только золото. Китай исторически отстал от Запада в области науки, техники и стал его жертвой. Пекин не смог начать успешную модернизацию, по примеру Японии. Проводившиеся реформы не были цельными, системными, мешала дикая коррупция. В результате страна потеряла внутреннюю цельность, стала уязвимой перед лицом европейских хищников, а затем и преобразившейся Японии. Страшная коррупция, деградация китайской элиты ещё более ослабила древнюю империю. Европейцы, русские и японцы легко покупали самых высоких сановников.

Таким образом, огромная держава стала жертвой. «Опиумные войны» 1839—1842 и 1856—1860 гг. сделали Китай полуколонией Британии и Франции. Поднебесная потеряла некоторые ключевые территории (Гонконг), открыла свой внутренний рынок для европейских товаров, что вызвало деградацию китайского хозяйства. Поток продаваемого британцами в Китай опиума, весьма значительного ещё до войны, ещё больше увеличился и привел к гигантскому распространению наркомании среди китайцев, умственной и физической деградации и массовому вымиранию китайского народа.

В 1885 году франко-китайская война завершилась победой Франции. Китай признавал, что весь Вьетнам контролируется Францией (Вьетнам с древних времен находился в сфере влияния Поднебесной), с вьетнамской территории выводились все китайские войска. Франции предоставлялся ряд торговых привилегий в пограничных с Вьетнамом провинциях.

Первый удар японцы нанесли по Китаю в 1874 г. Япония претендовала на исторически принадлежавшие Китаю острова Рюкю (включая Окинаву) и китайскую Формозу (Тайвань). В качестве повода для начала военных действий Япония использовала убийства японских подданных (рыбаков) тайваньскими туземцами. Японские войска захватили юг Формозы и потребовали от династии Цин взять на себя ответственность за убийства. Благодаря посредничеству Великобритании было заключено мирное соглашение: Япония вывела свои войска; Китай признавал за Японией суверенитет над архипелагом Рюкю и платил контрибуцию в 500 тыс. лян (порядка 18,7 тонн серебра).


Следующий конфликт между двумя азиатскими державами начался в 1894 г. и был намного серьёзнее. Поводом для японо-китайского противостояния стала Корея. Япония уже чувствовала себя сильной и решилась провести первую серьёзную кампанию. В июне 1894 года по просьбе корейского правительства Китай направил в Корею войска для подавления крестьянского восстания. В ответ японцы направили ещё больший контингент и организовали в Сеуле переворот. Новое правительство 27 июля обратилось к Японии с «просьбой» об изгнании китайских войск из Кореи. Японцы атаковали противника.

По иронии судьбы эта война стала генеральной репетицией русско-японской войны. Японский флот начал боевые действия без объявления войны. В Желтом море произошло генеральное сражение японского и китайского флотов. Японские войска высадились в корейском порту Чемульпо, а затем вблизи Порт-Артура. После интенсивной бомбардировки китайская крепость Порт-Артур была взята с суши японскими войсками. Уцелевшие китайские корабли были блокированы японцами в военно-морской базе Вэйхайвэй. В феврале 1895 г. Вэйхайвей сдался. В целом китайцы были биты во всех решительных сражениях. Японская армия и флот открыли дорогу на Пекин, что решило исход кампании.


Источник: Морской атлас Министерства Обороны СССР. Том III. Военно-исторический. Часть первая

Главными причинами поражения стали: деградация китайской элиты — вместо выполнения военной программы императрица Цыси и её окружение предпочитали тратить деньги на новые дворцы; негодное командование; плохая организация, дисциплина, разношерстность войск, устаревшая техника и вооружение. Японцы же имели решительных и талантливых командиров; подготовили страну, вооруженные силы и народ к войне; умело пользовались слабостями противника.

Не имея возможности продолжать войну, китайцы подписали 17 апреля 1895 года позорный Симоносекский договор. Китай признавал самостоятельность Кореи, что создавало благоприятные возможности японской колонизации полуострова; передавал Японии навечно остров Формозу (Тайвань), острова Пэнху (Пескадорские острова) и Ляодунский полуостров; уплачивал контрибуцию в 200 млн. лян. Кроме того, Китай открывал ряд портов для торговли; предоставлял японцам право строительства промышленных предприятий в Китае и ввоза туда промышленного оборудования. Япония получила такие же права как США и европейские державы, что резко поднимало её статус. То есть сам Китай теперь входил в сферу влияния Японии. А Захват Формозы-Тайваня, первой колонии Японии, сделал её единственной неевропейской колониальной державой в Азии, что заметно ускорило рост имперских амбиций и колониальных притязаний Токио. Контрибуция была потрачена на дальнейшую милитаризацию и подготовку новых захватов.

Как Россия бросила вызов Японии

Сражение в устье реки Ялу (с японской гравюры)

Вмешательство России

На первом этапе японо-китайского конфликта Министерство иностранных дел России заняло выжидательную позицию. Вместе с тем российская пресса предвидела опасность успехов Японской империи для интересов России. Так, «Новое время» (15 июля 1894 г.) предупреждало об опасности победы Японии, захвата Кореи и создания на Дальнем Востоке «нового Босфора», то есть блокирования русских морских коммуникаций на дальнем Востоке Японией. Притязания Японии на Корею, агрессивные выступления отдельных идеологов в пользу отрыва от России Сибири вызвали резкие заявления «Нового времени» (24 сентября 1894 г.). «Биржевые ведомости» высказывались за раздел Китая между западными державами и призывали к «обузданию» Японии.

1 февраля 1895 г. в Петербурге было созвано особое совещание под председательством великого князя Алексея Алексеевича для решения вопроса о действия России в сложившейся ситуации. Полная победа Японской империи не вызывала сомнений, но не было известно, что потребует Япония, как далеко зайдут японцы. Японские дипломаты держали требования в секрете. На совещании великий князь Алексей Алексеевич заявил, что «постоянные успехи Японии заставляют ныне опасаться изменения статус-кво на Тихом океане и таких последствий китайско-японского столкновения, коих не могло предвидеть предшествующее совещание». Имелось в виду совещание 21 августа 1894 г. Поэтому совещание должно было обсудить меры, которые «следовало бы принять для ограждения наших интересов на Крайнем Востоке». Необходимо было действовать совместно с другими державами или перейти к самостоятельным шагам.

В ходе обсуждения ясно проступили две политические позиции. Одна заключалась в том, чтобы воспользоваться разгромом Китая и компенсировать успехи Японии какими-либо территориальными захватами — получить незамерзающий порт для Тихоокеанской эскадры или занять часть Северной Маньчжурии для более короткого пути Сибирской железной дороги к Владивостоку. Другая позиция предусматривала отпор Японии под флагом защиты независимости Кореи и целостности Китая. Основная цель такой политики — не дать Японии укрепиться неподалеку от русских границ, не позволить ей овладеть западным побережьем Корейского пролива, закрыв выход России из Японского моря.

В целом министры высказались против немедленного вмешательства. Слабость русского флота и сухопутных сил на Дальнем Востоке была основным сдерживающим фактором. Совещание приняло решение усилить русскую эскадру в Тихом океане так, чтобы «наши морские силы были по возможности значительнее японских». Министерству иностранных дел было поручено попытаться заключить с Англией и Францией соглашение по поводу коллективного воздействия на Японию, если японцы при заключении мира с Китаем нарушат существенные интересы России. При этом Министерство иностранных дел должно было учитывать, что главная цель — «это сохранение независимости Кореи».

В марте 1895 г. царь Николай II назначил министром иностранных дел князя А. Б. Лобанова-Ростовского. Новый министр запросил ведущие европейские державы о возможности совместной дипломатической акции, направленной на обуздание японских аппетитов. Великобритания воздержалась от вмешательства в дела Японии, зато Германия безоговорочно поддержала Российскую империю. Вильгельм II, утверждая проект телеграммы в Петербург, подчеркнул, что готов сделать это и без Англии, отношения с которой у Германии к этому времени уже серьёзно накалились. Россию поддержала и Франция, у которой были свои интересы в Азии.

В начале царь Николай придерживался сравнительно мягкой позиции в отношении Японии, которая соответствовала мирной позиции князя Лобанова-Ростовского. Князь опасался оказывать сильное давление на Токио, лишая японцев шансов закрепиться на материке. Он хотел указать Японии «в самой благожелательной манере», что захват Порт-Артура станет непреодолимым препятствием для налаживания дружеских отношений Японии с Китаем в будущем и этот захват станет вечным очагом противоречий на Востоке. Однако постепенно, когда японские успехи стали очевидны, царь перешёл на позиции более решительной партии. Николая II стала привлекать идея получить незамерзающий порт в южных морях. В итоге царь пришёл к выводу, что «для России открытый и действующий круглый год порт необходим абсолютно. Этот порт должен находиться на материковой части (на юго-востоке Кореи) и должен быть присоединен к нашим владениям полосой земли».

Витте в это время выступил как решительный сторонник оказания помощи Китаю, которым многими в России рассматривался как опекаемая русскими держава. «Когда японцы получат по контрибуции от Китая свои шестьсот миллионов рублей, они потратят их на укрепление полученных ими территорий, овладеют влиянием на высшей степени воинственных монголов и маньчжуров, а после этого начнут новую войну. При таком повороте событий японский микадо может — что становится вероятным — через несколько лет стать императором Китая. Если мы сейчас допустим японцев в Маньчжурию, тогда оборона наших владений и сибирской дороги потребует сотни тысяч солдат и значительного увеличения нашего военно-морского флота, поскольку раньше или позже мы придем к столкновению с японцами. Это ставит перед нами вопрос: что лучше — смириться с японским захватом южной части Маньчжурии и укрепиться уже после завершения строительства сибирской дороги или собраться сейчас и активно предотвратить такой захват. Последнее представляется более желательным — не ожидать спрямления нашей амурской границы, чтобы не получить союз Китая и Японии против нас, определенно объявить, что мы не можем позволить Японии захватить южную Маньчжурию, а если с нашими словами не посчитаются — быть готовыми предпринять соответствующие меры».

Министр финансов России Витте отмечал: «Мне казалось, что исключительно важным было не позволить Японии вторгнуться в самое сердце Китая, твердо оккупировать Ляодунский полуостров, который занимает столь важную стратегическую позицию. Соответственно я настаивал на вторжении в договорные дела Китая и Японии". Таким образом, Витте был одним из главных инициаторов вмешательства России в дела Китая и Японии. И для Японии Россия стала главным противником.

4 апреля 1895 г. русскому посланнику в Токио из Петербурга была отправлена следующая телеграмма: «Рассмотрев условия мира, которые Япония соизволила предъявить Китаю, мы находим, что присоединение Лаотонгского (Ляодунского) полуострова, потребованное Японией, явилось бы постоянной угрозой китайской столице, сделало бы призрачной независимость Кореи и было бы постоянным препятствием к продолжительному успокоению на Дальнем Востоке. Благоволите высказаться в указанном смысле перед японским представительством и посоветовать ему отказаться от окончательного овладения этим полуостровом. Мы все же хотим пощадить самолюбие японцев. Ввиду этого вы должны придать своему шагу самый дружелюбный характер и должны войти по этому поводу в соглашение с вашими французскими и германскими коллегами, которые получат такие же инструкции». В заключение в депеше отмечалось, что командующий Тихоокеанской эскадрой получил приказание быть готовым ко всякой случайности. Кроме того, Россия начала мобилизацию войск Приамурского военного округа.

11 (23) апреля 1895 г. представители России, Германии и Франции в Токио одновременно, но каждый в отдельности потребовали от японского правительства отказа от Ляодунского полуострова, что вело к установлению японского контроля над Порт-Артуром. Германская нота оказалась наиболее резкой. Она была составлена в оскорбительном тоне.

Японская империя не могла противостоять военно-дипломатическому давлению сразу трёх великих держав. Эскадры России, Германии и Франции, сосредоточенные вблизи Японии, имели в совокупности 38 кораблей водоизмещением 94,5 тыс. т против 31 японского корабля водоизмещением 57,3 тыс. т. В случае же начала войны три державы без труда могли в несколько раз увеличить свои военно-морские силы, перебросив корабли из других регионов. А Китай в таких условиях немедленно бы возобновил боевые действия. В японской армии, находившейся в Китае, вспыхнула эпидемия холеры. В Японии военная партия во главе с графом Ямагато трезво оценила ситуацию и уговорила императора принять предложения трех европейских держав. 10 мая 1895 г. японское правительство заявило о возвращении Китаю Ляодунского полуострова, получив взамен с Китая дополнительную контрибуцию в 30 млн. лян. Эта вынужденная уступка была воспринята в Японии как унижение, и облегчила подготовку общества к будущему столкновению с Россией, а затем и Германией.

Следует отметить, что Германия очень активно поддерживала все политические акции Российской империи на Дальнем Востоке. Кайзер Вильгельм II писал царю Николаю: «Я сделаю все, что в моей власти, чтобы поддержать спокойствие в Европе и охранить тыл России, так, чтобы никто не мог помешать твоим действиям на Дальнем Востоке», «.. что для России великой задачей будущего является дело цивилизованного азиатского материка и защиты Европы от вторжения великой желтой расы. В этом деле я буду всегда по мере сил своих твоим помощником». Таким образом, кайзер Вильгельм без обиняков дал понять русскому царю, что Германия «присоединится к любым действиям, которые Россия посчитает необходимым предпринять в Токио с целью заставить Японию отказаться от захвата не только южной Маньчжурии и Порт-Артура, но и расположенных у юго-западного побережья Формозы Пескадорских островов».

Берлину было крайне выгодно отвлечь Россию от европейских дел и постепенно ослабить связи России и Франции. Кроме того, Германия в союзе с Россией хотела получить в Китае свой «кусок пирога». В конце послания Николаю II германский император отметил: «Надеюсь, что, как я охотно помогу тебе уладить вопрос о возможных территориальных аннексиях для России, так и ты благосклонно отнесешься к тому, чтобы Германия приобрела порт где-нибудь, где это не «стеснит» тебя». К сожалению, Петербург не использовал этот удачный момент для укрепления связей с Берлином, что могло разорвать роковой для России союз с Францией, который был в интересах Британии. Хотя мог сложиться весьма плодотворный и опасный для англосаксов стратегический союз Германии и России.


Подписание Симоносекского договора

Продолжение следует…
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

33 комментария
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти