Штурм Ардагана

Сосредоточение русских войск на Кавказском театре началось ещё в августе 1876 года. Было принято решение направить к границе с Турцией свободные войска Кавказского военного округа, чтобы удержать в Малой Азии 4-й Анатолийский корпус турецкой армии, который османское правительство собиралось перебросить на Балканы для подавления восстания южных славян.

В сентябре 1876 года, по мере ухудшения отношений с Османской империей, были сделаны первые наброски плана войны на Кавказе. Первоначально Кавказской армии ставилась активная задача: наступление в глубь Анатолии с целью отвлечь на себя значительные силы турецкой армии и тем самым способствовать успеху русских войск на главном Балканском театре, где решался исход войны. Общий замысел был сформулирован так: «Конечная цель наших военных действий со стороны Закавказья находится не в Азиатской Турции, а на Балканском полуострове. Цель эта будет тем ближе достигнута, чем больше турецких сил мы привлечем на себя и чем больше займем пунктов и пространства в Азиатской Турции… Наиболее важными и выгодными пунктами для занятия представляются Карс и Эрзерум, и все возможное должно быть сделано, чтобы ими овладеть». Кроме отвлечения сил турецкой армии от Балкан, Кавказская армия должна была прорваться в глубь турецких владений и захватить стратегические пункты, что укрепляло безопасность границ империи на Кавказе, и поднимало престиж России среди кавказских народов, христиан Малой Азии — армян и грузин. Освобождение христиан Малой Азии от османского гнёта было одной из задач русской армии.

Однако эти задачи можно было решить только путем крупных наступательных операций против турецкой армии. В результате в дальнейшем, исходя из ошибочных данных разведки о якобы двойном превосходстве противника, русское командование отказалось использовать выгоды внезапной крупной наступательной операции для быстрого захвата Карса и Эрзерума. Военные действия решили вести осторожно. Планировали после объявления войны перейти границы и занять выгодный оборонительный рубеж, чтобы надежно прикрыть русскую территорию от возможного вражеского удара, а затем действовать по обстановке. Уже перед началом войны, в марте 1877 года на военном совете под председательством главнокомандующего Кавказской армией брата императора великого князя Михаила Николаевича было решено первый удар нанести по Ардаганской крепости, а затем блокировать и взять Карс.


Силы сторон

Россия. Накануне войны русская Кавказская армия насчитывала более 95 тыс. человек и 276 орудий. Для наступления против Турецкой империи со стороны Закавказья из её войск был сформирован действующий корпус в составе 52,5 тыс. человек при 160 орудиях. Его командиром был генерал от кавалерии М. Т. Лорис-Меликов. Это был храбрый и опытный военный, отличившийся в Кавказской войне с горцами и Восточной (Крымской) войне на Кавказском фронте. Кавказский корпус был разделен на отряды в соответствии с основными операционными направлениями. На правом фланге, у Ахалкалаки, расположился Ахалцыхский отряд во главе с генерал-лейтенантом Ф. Д. Девелем (13,4 тыс. человек при 36 орудиях). В центре, у Александрополя, расположились главные силы корпуса (более 27 тыс. человек при 92 орудиях) под личным командованием Михаила Лорис-Меликова. На левом фланге, у Игдыря, стоял Эриванский отряд генерал-лейтенанта А. А. Тергукасова (11,6 тыс. человек при 32 орудиях). Кроме того, у моря располагался отдельный Рионский (Кобулетский) отряд под командованием генерал-майора И. Д. Оклобжио (более 24 тыс. человек при 96 орудиях). Остальные войска Кавказской армии (около 19 тыс. человек при 20 орудиях) были сосредоточены в районе Сухума, на Северном Кавказе и составляли общий резерв.

Александропольский отряд должен был решить задачу по захвату Карса, а затем действовать на эрзерумском направлении. Ахалцыхский отряд должен был занять Ардаган и обеспечить действие главных сил с правого фланга, действуя в направлении Карса и Артвина. Эриванский отряд должен был захватить Баязет, а затем во взаимодействии с главными силами наступать по Алашкертской долине на Эрзерум. Таким образом, ближайшей задачей было выйти на линию Ардаган — Карс — Баязет. При успешном решении этой задачи в дальнейшем предусматривалось наступление всеми силами на Эрзерум и захват этой стратегической крепости в Турецкой Армении. Далее открывался путь в глубь Анатолии. Приморский отряд Оклобжио должен был вести наступление на главный город Аджарии — Батум.

Турция. Перед началом боевых действий турецкие войска в Анатолии находились в стадии формирования. В марте 1877 года главнокомандующим на Кавказе был назначен Ахмед Мухтар-паша. Он энергично принялся за формирование сильной армии, способной успешно вести боевые действия на Кавказе. По его просьбе на пополнение 4-го корпуса султан направил 20 батальонов и 12 эскадронов. Турецкое командование также разделило войска на отряды: Карский под командованием самого главнокомандующего, Ардаганский — Гусейна Серби-паши, Алашкертский — Татыр-оглы Мехмет-паши, Ванско-Баязетский — Фаика-паши и Батумский — Дервиша-паши. Численность Анатолийской армии составляла 65-75 тыс. человек. Не имея количественного и качественного превосходства над русскими, и данных о численности русских войск, турецкое командование решило держать оборону. Войска Мухтар-паши должны были остановить наступление противника, чтобы выиграть время для завершения укрепления опорных баз в Карсе и Эрзеруме, формирования и обучения Анатолийской армии, затем можно было переходить в контрнаступление.



Начало войны

Войска Кавказской армии перешли турецкую границу 12 (24) апреля 1877 г. с объявлением войны. Участник войны, в будущем знаменитый русский генерал А. А. Брусилов, служивший в 15-м Тверском драгунском полку в составе Александропольского отряда, писал в своих мемуарах: «11 апреля, хотя нам никто ничего не объявлял, разнёсся слух, что 12-го перейдём границу. В 7 часов вечера весь лагерь, по распоряжению корпусного командира, был оцеплён густой цепью с приказанием никого в город из лагеря не выпускать, а затем в 11 часов вечера все полковые адъютанты были потребованы в штаб корпуса, и там нам продиктовали манифест об объявлении войны и приказ командующего корпусом, в котором значилось, что кавалерия должна перейти границу в 12 часов ночи… Выступили мы в 12.30 часов ночи и быстро подошли к турецкой казарме, стоявшей на правом берегу Арпачая. Ночь была тёмная. Река оказалась в полном разливе. Мы переправились частью вброд и частью вплавь. Турки крепко спали, и нам стоило больших усилий разбудить их и потребовать, чтобы они сдались в плен. После некоторых переговоров турки, видя себя окруженными, исполнили наше требование и сдались без единого выстрела вместе со своим бригадным командиром. Другая наша колонна так же успешно выполнила возложенное на нее поручение. Мы взяли тогда в плен больше сорока сувари (турецкие драгуны) и сотню турецкой конной милиции со значком».

Таким образом, благодаря стремительным действиям нашей кавалерии (1-я Кавказская кавалерийская дивизия) все турецкие посты были уничтожены и пленены. Лишь на одном противник оказал небольшое сопротивление. В схватке погибли один казак и четыре турецких солдата. Это обеспечило благоприятные условия для наведения мостов через пограничную реку Арпачай в районе Александрополя. Наступление русской армии застало османов врасплох.

Мухтар-паша по опыту прошлых войн знал, что русские в первую очередь постараются занять Саганлугский хребет, который прикрывал путь Карс — Эрзерум. Кроме того, он переоценивал силу русской армии. Чтобы не оказаться в окружении, сохранить свободу маневра и удержать эту важную позицию, турецкий главнокомандующий 15 (27) апреля направился туда из района Карса с 5-тыс. отрядом, оставив для защиты Карса 15-тыс. гарнизон. Укрепившись на Саганлуге, Мухтар-паша обеспечил коммуникацию Карс — Эрзерум. Оттуда он имел возможность атаковать главные силы русского корпуса или выступить против Эриванского отряда. Также турецкие войска могли затруднить осаду Карса. Таким образом, турецкий главнокомандующий рассчитывал, что осада русскими Карса даст ему выигрыш времени для создания в тылу, в раойне Эрзерума, новой крупной группы войск, которую можно будет противопоставить Кавказской русской армии.

Наступление русских войск проходило в сложных условиях весенней распутицы, артиллерия и обозы вязли в грязи. Горные дороги стали почти непроходимыми. Поэтому войска продвигались медленно. За две недели главные силы Лорис-Меликова заняли восточную часть Карской области. К 27 апреля (9 мая) они вышли к Карсу. В этой ситуации русское командование могло ограничиться выставлением небольшими заслонами Ардагана и Карса. Турецкие гарнизоны не были достаточно боеспособны, что организовать серьёзную операцию в тылу главных русских сил. А главными силами организовать стремительное движение на Эрзерум, разгромить отряд Мухтар-паши и взять Эрзерум, не готовый к сильной обороне. Турки не имели серьёзных сил на эрзерумском направлении, чтобы остановить быстрое движение русской армии. В таком случае имеющиеся в Карсе и Ардагане передовые турецкие гарнизоны были обречены на быстрое поражение. Турки лишались мощной опорной базы, где собирались создать сильную армию. Русская армия получала стратегический пункт, с помощью которого можно было как развивать наступление в глубь турецкой территории, так и держать оборону, поджидая подкрепления из России. Также русские захватывали богатые продовольственные ресурсы Эрзерумской долины.

Также русские войска могли сразу пойти на штурм Карса. Уход отряда Мухтар-паши ослабил гарнизон крепости, посеял в турецких войск и населении города страх и смятение. Турки не знали численности русских войск, преувеличивали их численность. Помочь Карской крепости никто в это время не мог. Таким образом, момент для штурма был самым благоприятным. Немедленный захват Карса также решал несколько важных задач: русские надежно прикрывали свою границу, получая сильный опорный пункт, как для обороны, так и дальнейшего наступления, после подхода подкреплений; русская армия прикрывала свои коммуникации. Правда, в таком случае, турки получали возможность для создания группировки в районе Эрзерума.

Командующий Кавказским корпусом генерал Лорис-Меликов не использовал ни одну из открывавшихся возможностей. Отказавшись от немедленного наступления на Эрзерум и от немедленного штурма Карса, он решил прежде всего овладеть Ардаганом, а затем двинуться против Мухтара-паши, разгромить его и лишь после этого вплотную заняться Карсом. Немедленный штурм Карса Лорис-Меликов считал невозможным, так как, по его мнению, Каре можно было взять лишь путем длительной осады. Он хотел взять Ардаган, чтобы усилить за счёт Ахалцихского отряда главные силы корпуса. В итоге это привело к задержке кампании и выигрышу турками времени, необходимого для формирования боеспособной группы войск, организации противодействия русским войскам. Османы получали информацию о том, что русских не так много как считали ранее. Первоначальная паника в Карсе улеглась, турецкий гарнизон пришёл в себя и изготовился к длительной осаде.

Штурм Ардагана

Генерал-адъютант князь Д. И. Святополк-Мирский, великий князь Михаил Николаевич, генерал-адъютант М. Г. Лорис-Меликов (слева направо). Карс. 1877

Взятие Ардагана

Однако в это время основные события развивались в районах действий Ахалцыхского и Эриванского отрядов. Русская армия начала наступление на ардаганском направлении. Здесь располагалась довольно сильная для того времени Ардаганская крепость, которая охраняла узел дорог ведущих в Батум, Эрзерум и Карс, и прикрывала пути от русской границы чрез Ольту на Эрзерум. Учитывая важное стратегическое значение этого пункта, Порта не жалела средств на его укрепление. К этому делу привлекались и европейские специалисты. Ключевым пунктом в системе обороны Ардагана были Гюлявердынские высоты в 2-3 км к востоку от города и отдельная крутая гора Манглас к северу. Гюлявердынские высоты господствовали над ахалкалакской дорогой, по которой продвигался русский отряд. На высотах турки возвели укрепление бастионного типа — Эмир-оглы-табия. Впереди располагалось два передовых опорных пункта. На горе Манглас располагалось самое сильное укрепление — Рамазан-табия, откуда турки могли простреливать все подступы к крепости с севера и северо-востока. Укрепления самого Ардагана, расположенного по обоим берегам Куры, состояли из отдельных фортов и люнетов. Цитадель была плохо приспособлена к современной войне и в случае падения других укреплений теряла значение. Турецкий гарнизон насчитывал более 8 тыс. человек при 95 орудиях.

28 апреля (10 мая) 1877 года Ахалцыхский отряд подошел к Ардагану и блокировал крепость. Русский отряд насчитывал 8,5 тыс. человек при 28 орудиях. Генерал Девель не решился на открытый штурм своими силами и запросил подкреплений. Командир корпуса выделил из состава главных сил отряд под командованием генерала Геймана и вместе с ним направился к Ардагану, чтобы возглавить общее руководство штурмом. После прибытия подкрепления Ахалцыхский отряд насчитывал 15 тыс. штыков и сабель при 20 осадных и 56 полевых орудиях.

Накануне решительного штурма провели тщательную разведку вражеских позиций. Главный удар решили нанести с южного направления, откуда турки менее всего ждали нападения. Но перед атакой Ардаганской крепости необходимо было взять Гюлявердынские высоты . Ночью подготовили десять артиллерийских батарей. Пять батарей предназначались для обстрела Эмир-оглы, пять — городских стен. На рассвете 4 (16) мая 1877 года началась атака Гюляверды. Она поддерживалась сильным огнем 20 орудий. Русские солдаты захватили одну за другой вражеские позиции и подступили к Эмир-оглы, откуда противник вёл сильный огонь по наступающим. Как позднее выяснилось, турецкие артиллеристы проявили такую храбрость по той причине, что их приковали к орудиям. Взобравшиеся на гребень вершины солдаты просто падали от усталости, они не в силах были продолжить штурм. На помощь выступили подкрепления во главе с генералом Гейманом, и Эмир-оглы взяли. Русские войска потеряли при этой атаке 24 человека убитыми и 115 ранеными. Было захвачено 9 турецких орудий и несколько сотен снарядов. Стремительность наступления и хорошо продуманное артиллерийское обеспечение гарантировали успех операции.

После захвата форта Эмир-оглы и других позиций Гюлявердынских высот русские войска смогли приступить к осуществлению второй части операции — штурму самого Ардагана. Город штурмовали двумя колоннами. Первая колонна, под командованием генерала Девеля, назначалась для показательной атаки на Рамазан, вторая, во главе с Гейманом, наносила главный удар с юга, частью сил — с востока, от Гюляверды. Лорис-Меликов, не решился атаковать с хода, и решил продолжить операцию лишь после основательной двухдневной артиллерийской подготовки.

5 (17) мая 40 орудий, установленных на Гюлявердынских высотах, открыли сильный огонь по турецким позициям. Воспользовавшись замешательством противника, русские войска начали наступление ранее намеченного срока. Батареи, снявшись с позиций, пошли на помощь атакующей пехоте. Турки утратили боевой дух и в панике отступали. К утру 6 (180 мая) турки оставили без боя и самое сильное укрепление — Рамазан-табию, на горе Манглас. В результате при штурме Ардаганской крепости русские войска потеряли около 300 человек убитыми и ранеными. Потери турецкого гарнизона достигали 3 тыс. человек. Среди трофеев было 92 орудия, до 6 млн. патронов, много военного снаряжения и припасов, на сумму 4-5 млн. рублей. Это была полная победа. Остатки турецкого гарнизона бежали в Батум.


Русская армия захватила важную крепость и узел коммуникаций. Это была первая серьёзная победа русской Кавказской армии. Русские войска перехватили путь, который связывал Батум с Карсом и Эрзерумом. Теперь войска Мухтара-паши не могли рассчитывать на поддержку приморского отряда Дервиша-паши, который опирался на Батум и османский военно-морской флот. Правый фланг русской армии был защищён, и она могла сосредоточить усилия на карско-эрзерумском направлении. «Занятие этого укрепленного пункта, — отмечал военный министр Д. И. Милютин, — весьма облегчает наше положение на театре войны и дает возможность усилить главный корпус, нацеленный к Карсу».

Двухдневный штурм Ардагана показал морально-боевое превосходство русской армии над противником. Даже опираясь на сильную и хорошо вооруженную крепость, османы не смогли устоять. Хорошо проявила себя русская пехота и особенно артиллерия. Основную часть артиллерии привлекали к решению боевых задач на главном направлении атаки, с выделением незначительного резерва. Характеризуя её роль в этом деле, главнокомандующий Кавказской армией отмечал: «Ардаган пал преимущественно от блистательного действия нашей славной артиллерии; все в восторге от её меткого огня; на турок же он навёл панику».

Успех в деле штурма Ардагана вновь поставил вопрос о том, что делать дальше. Отход Мухтар-паши от Карса и сравнительная слабость сопротивления турецкого гарнизона в Ардагане показывали слабость турецкой армии и необходимость этим воспользоваться. Лорис-Меликов попросил указаний у главнокомандующего. Лорис-Меликов получил от него ответ, что решение вопроса о дальнейших действиях предоставляется ему самому и военному совету из подчиненных ему генералов. Командующий собрал военный совет и поставил на обсуждение три варианта действий: 1) одновременно вести осаду Карса и наступать в направлении на Эрзерум; 2) заняться осадой Карса и не обращать внимания на группу Мухтара-паши; 3) бросить осаду и заняться только разгромом войск Мухтара-паши. Военный совет под влиянием Геймана склонился к второму варианту. Сам Лорис-Меликов склонялся к наступлению в эрзерумском направлении, но согласился с мнением военного совета. Решили приступить к осаде Карса. 8 июня крепость Каре была блокирована, 12 июня были сооружены осадные батареи, и началась правильная осада.

Это было не самое лучшее решение. К концу мая Лорис-Меликов имел 6 тыс. человек с 16 орудиями в Ардагане — после взятия крепости часть войск Ахалцихского отряда, переименованного в Ардаганский, была взята в главные силы действующего корпуса. 31 тыс. человек с 112 орудиями располагались под Карсом и 7,5 тыс. человек с 30 орудиями в Эриванском отряде. Мухатр-паша располагал 20 тыс. человек с 28 орудиями на линии Ольты, Зивин, Алашкерт. В глубине Кавказского театра турки имели ещё около 15 тыс. человек. Также турки были значительно слабее в качественном, боевом отношении, их войска только формировались, проходили боевую подготовку. Турки были значительно слабее в артиллерии и кавалерии. Их силы были распылены на большом пространстве. Но фактор времени был на стороне османов, чем больше русские медлили, тем сильнее становилась турецкая армия. Таким образом, одновременное наступление трёх основных русских отрядов на Зивин, где располагались на позициях главные силы Мухтара-паши, вело к решительному успеху: полевую турецкую армию можно было разгромить по частям. Лорис-Меликов понимал это, но не решился взять ответственность за это великое дело.


М. Т. Лорис-Меликов, 1878

Действия Эриванского отряда

На своём левом крыле русская армия также одержала важную победу. Эриванский отряд Тергукасова перешёл границу 17 (29 апреля) 1877 г. и двинулся на Баязет. Впереди при движении отряда находился кавалерийский авангард (3,5 тыс. конницы и 16 орудий конной артиллерии) под командованием генерал-майора князя Амилохвари. Турки имели здесь гарнизон в 1,5 тыс. пехоты и 500 всадников, османское командование надеялось задержать русских. Мухтар-паша в инструкции Ванско-Баязетскому отряду отмечал, что «русские непременно нападут на Баязет, поэтому для его сохранения нужно ни перед чем не останавливаться». Однако при первом появлении русских турецкий гарнизон бежал в горы Ала-Дага в направлении Вана.

Эриванский отряд 26 апреля (8 мая) направился по большой эрзерумской дороге на Диадин и в этот же день занял его. В Баязете был оставлен небольшой гарнизон во главе с полковником Ковалевским. За две недели наступления русские войска заняли всю Баязетскую долину. В дальнейшем были захвачены Алашкерт и Зейдекян. Турецкие войска отошли к Дели-Бабе.

Продолжение следует…

Читайте "Военное обозрение" в Яндекс Новостях

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также

Комментарии 5

Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти
  1. Синьор Помидор (Андрей) 27 июня 2017 13:29
    Очень интересно читать про славные победы Русского Солдата.
    А нерешительные особи "царской крови" - куда им до Суворова, Кутузова и т.д.!
    1. mgero (Mher) 27 июня 2017 18:44
      После почти 150 лет легко найти ошибки, а когда сам в марше или в акопох тогда посмотрим,
    2. антивирус 27 июня 2017 18:55
      про Сталина-- сколько не родилось детей , от погибших в ВМВ?
      про Л-Меликова-сколько детей родилось, сохранив жизнь солдатам в нерешительном наступлении?
  2. andy.v.lee (Andy Belski) 8 августа 2017 18:07
    Эх.. Тогда надо было и Константинополь брать.
    1. 97110 (николай) 29 августа 2017 11:00
      Цитата: andy.v.lee
      Эх.. Тогда надо было и Константинополь брать.

      А Севастополь опять отдавать? Соловки, Петропавловск отбились бы? РИ прямо шла к Цусиме и Мукдену, 1905 году и 1917 году. Надеетесь, что взятие Царьграда позволило бы всего перечисленного избежать? Уж не посредством ли Порт-Артурской бутылки с крантиком?
Картина дня