Михаил Фрунзе. Завершение гражданской войны на юге России и помощь Мустафе Кемалю
М. Фрунзе в Турции
В предыдущих статьях мы говорили о революционной деятельности Михаила Фрунзе и об успешной карьере в качестве советского полководца, победах над Колчаком и Врангелем. Сегодня мы продолжим этот рассказ.
Завершение гражданской войны на Украине
Итак, Крым был освобожден. Затем, в ноябре того же 1920 года, части Красной Армии окончательно разгромили петлюровские войска так называемой Украинской Народной Республики (УНР), которая была создана местными националистами во главе с Владимиром Винниченко и Петлюрой 13 ноября 1918 года и постоянно воевала против Советской России – в том числе и на стороне Польши. Параллельно была решена и проблема анархистской республики Нестора Махно, который четыре раза воевал на стороне большевиков, был награждён орденом Красного Знамени, но приказы выполнял только те, что ему нравились, и потому все попытки союза заканчивались очередным разрывом и конфронтацией.
С. Корольков «В стане Махно», 1931 г.
Махновцы на фотографии 1920 г.
Вот и сейчас махновская бригада Семена Колесникова 8 ноября 1920 г. вместе с красноармейцами форсировала Сиваш. Однако после победы над Врангелем махновцы снова не подчинились приказу Реввоенсовета Южного фронта, отказавшись отправиться из Крыма на Кавказ, и были атакованы частями Красной Армии.
7 декабря 1920 года остатки махновских войск сумели снова перейти через Сиваш и объединиться у села Новоспасовка Бердянского уезда. Всего же, по свидетельству начальника штаба Махно В. Белаша, у батьки еще оставалось около трех с половиной тысяч кавалеристов, до пяти тысяч пехотинцев, 16 орудий и 500 пулеметов. Но теперь анархистскую республику недоговороспособного батьки было решено окончательно ликвидировать.
По той же причине и из тех же соображений по приказу Екатерины II была разогнана Запорожская Сечь. Свое значение военного союзника и запорожцы, и махновцы потеряли, но разоружаться не хотели. Запорожцы отказывались стать служилыми казаками, махновцы – солдатами регулярной армии. То есть посреди мирной территории в обоих случаях оказались земли, занимаемые незаконным вооруженным формированием во главе с какими-то «мутными» атаманами, которые не подчинялись приказам центрального правительства и жили по самостоятельно устанавливаемым ими законам. И можете поверить, правительство Франции ни при каких обстоятельствах не стало бы терпеть какую-то анархистскую республику в Нормандии, британское правительство – в Уэльсе, американское – в Аризоне, испанское – в Каталонии и так далее. Екатерина II и большевики тоже не стали терпеть. Излишне самостоятельных и своевольных запорожцев разогнал Петр Текели. А Махно вынудил бежать в Румынию Михаил Фрунзе.
16-17 марта 1921 года 9-я кавалерийская дивизия разгромила основные силы во главе с самим батькой, захватив канцелярию, обоз и артиллерию. Махно едва не попал в плен, но сумел ускользнуть и к началу мая набрал новый отряд численностью около 4 тысяч человек при 190 пулеметах и 8 пушках. Однако никаких шансов на победу у него уже не было. 13 июня 1921 года у поселка Недригайлов (на территории нынешней Сумской области) в бою против 8-й кавалерийской дивизии Червонного казачества Махно потерпел окончательное поражение. Здесь погиб его ближайший сотрудник – бывший матрос-анархист Феодосий Щусь.
Нестор Махно и очень стильный анархист Феодосий Щусь (справа от него)
Остатки отрядов Махно побежали к румынской границе – дошли всего 78 человек. 28 августа 1921 года тяжелораненого Нестора Махно сумел перевезти на правый берег Днестра Лев Зиньковский (Задов), который станет героем романа А. Н. Толстого «Хождение по мукам». Скоро этот глава разведывательной и контрразведывательной службы Махно, а также начальник его личной охраны вернётся на родину и устроится на службу в ЧК. Станет уполномоченным Иностранного отдела ОГПУ по Одесской области и старшим уполномоченным 3-го (контрразведывательного) отдела Одесского УНКВД, организует в Румынии агентурную сеть из российских эмигрантов.
Чекист Л. Зиньковский с сослуживцами
А для Фрунзе именно разгромом отрядов Махно и закончилось его участие в гражданской войне.
Командировка в Турцию
31 октября 1918 г. на борту британского корабля «Агамемнон» турецкие представители вынуждены были подписать Мудросское перемирие, которое фактически стало актом о капитуляции этой страны. И на следующий день британская газета «Таймс» торжественно известила своих читателей:
Доступ в Проливы даст нам не только власть над Черным морем, но и наилучшую возможность оказывать влияние на русские дела. Пока Черное и Балтийское моря закрыты для нашего флота, наша морская мощь не может оказывать влияния на будущее России. Сибирь, Мурманск – в лучшем случае неудобный черный ход. Но когда британский флот находится в Черном море – открыта парадная дверь. Близкое господство союзников над Черным морем прозвучит похоронным звоном владычеству большевиков в России.
Слова не расходились с делами, и 23 ноября 1918 года в порт Севастополя вошел британский крейсер «Кентербери». Через два дня к нему присоединились четыре линкора (два британских, один французский и один итальянский), два крейсера и девять эсминцев. Думаю, теперь вам понятно, почему правительство Советской России так охотно пошло на сотрудничество с Мустафой Кемалем (будущим Ататюрком): жизненно важно было помочь истекающей кровью молодой Турецкой республике восстановить и суверенитет, и контроль над проливами Босфор и Дарданеллы.
Дела у турок были совсем плохи. С 18 ноября 1918 г. в гавани Константинополя стояла «Союзная эскадра Эгейского моря» – 167 военных и вспомогательных кораблей разного ранга, в том числе 14 линкоров, 14 крейсеров, 11 канонерок и мониторов, 17 эсминцев.
Французский военный корабль в гавани Константинополя
Английские матросы и солдаты у Галатской башни
В Константинополе была размещена армия государств Антанты численностью в 49 516 солдат и 1759 офицеров. И французский генерал д'Эспере, подражая султану Мехмеду Завоевателю, торжественно въехал в Константинополь на коне (оккупационные войска находились здесь 5 лет, пока к городу не подошла армия уже получившего прозвище Гази — непобедимый, но еще не ставшего Ататюрком Мустафы Кемаля).
Въезд д'Эспере в Константинополь
Британцы заняли форты в проливах, французы оккупировали Киликию, те и другие поделили между собой африканские владения Турции. Греки ввели свои войска в Смирну. Итальянцы оккупировали юго-западную Анатолию и Додеканесские острова (часть архипелага Южные Спорады). На территории Турции планировалось создать государство Курдистан.
В мае 1919 года началась еще и так называемая Вторая греко-турецкая война, в которой турки поначалу терпели поражения.
Председатель Великого Национального Собрания Турции Мустафа Кемаль (избран 23 апреля 1920 года) обратился к В. И. Ленину с предложением установить дипотношения и просьбой о помощи в борьбе «с империалистическими правительствами». Были подписаны два договора: «О сотрудничестве» (24 августа 1920 г.) и «О дружбе и братстве между РСФСР и Турцией» (16 марта 1921 г.). Отметим ещё раз: для Советской России жизненно важно было закрыть черноморские проливы для военных кораблей Антанты, и потому этот союз был взаимовыгодным.
В Турцию был направлен и Михаил Фрунзе: 4 ноября 1921 года с группой военных советников по железной дороге он отправился из Харькова в Батуми. В Батуми 25 ноября все они сели на итальянский пароход «Саннаго», который направлялся в Трапезунд. Разумеется, миссия была тайной, и советские военные путешествовали под чужими именами (Фрунзе достались документы некоего купца Михайлова). В Самсуне Фрунзе встретил С. И. Аралов – бывший штабс-капитан царской армии, первый глава Регистрационного управления Полевого штаба Реввоенсовета Красной Армии, в будущем – один из основателей ГРУ.
Полковник С. Аралов во время Великой Отечественной войны
Уже 13 декабря советская делегация прибыла в Анкару, где «маски» были сброшены, а Фрунзе теперь выступал в роли руководителя чрезвычайного посольства Украинской Советской Социалистической Республики – и принимали его со всеми полагающимися почестями. Он выступил перед депутатами Великого Национального Собрания Турции, а Мустафа Кемаль заявил в ответном слове:
Уже один факт, что советское правительство прислало в Анкару Фрунзе, одного из выдающихся политических деятелей, являющегося в то же время одним из самых доблестных полководцев и героических вождей победоносной Красной Армии, вызвал особую признательность со стороны Национального собрания.
Визит не остался незамеченным за рубежом. Берлинская газета «Руль» писала:
В связи с прибытием в Ангору третьего советского представителя – Аралова с миссией, состоящей сплошь из офицеров генштаба, греческие газеты сообщают, что присутствие в Ангоре трех уполномоченных советских представителей (Фрунзе, Аралова и Фрумкина) свидетельствует о намерении большевиков взять в свои руки руководительство военными операциями в Анатолии.
М. В. Фрунзе со своими сотрудниками в Анкаре, 1922 г.
2 января 1922 года был заключен договор «О дружбе и братстве» между Турцией и УССР.
Фрунзе успел побывать в действующих войсках и дать несколько советов по их организации. После этого он покинул Турцию и возвратился в Харьков. А вот Аралов остался: с 5 января 1921 по 29 апреля 1923 г. он исполнял обязанности Полномочного представителя (посла) Российской Советской Федеративной Социалистической Республики в Турции. Он посоветовал создать ударный кавалерийский корпус из трех дивизий, которые до того действовали раздельно, – так появилась турецкая «конармия», которая прекрасно проявила себя в боях, а ее командира Фахреттина турки называли «наш Буденный». Аралов неоднократно выезжал на фронт и оказал Мустафе Кемалю огромную помощь в планировании и подготовке генерального контрнаступления августа 1922 г.
Мустафа Кемаль, Исмет-паша (Иненю), полпред РСФСР С. Аралов и военный атташе К. Звонарев в окрестностях Коньи в период подготовки к генеральному наступлению турецких войск против греческой армии. 23 марта 1922 г.
О том, насколько важно было его участие в турецких делах, можно судить по знаменитому Монументу Республики на площади Таксим в Стамбуле: Мустафа Кемаль Ататюрк распорядился разместить по левую руку от себя скульптуры Ворошилова и Аралова.
Скульптурные изображения Ворошилова и Аралова
Заслуги Аралова очевидны, а вот почему рядом с Ататюрком оказался Ворошилов – большой вопрос. Видимо, открыты еще не все архивы, и где-то лежат документы, раскрывающие роль этого человека в победе Турции над греками и восстановлении ее независимости.
Президент Турецкой Республики Мустафа Кемаль Ататюрк и глава советской делегации, председатель Реввоенсовета СССР К. Е. Ворошилов на военном параде по случаю 10-летия со дня основания Республики, 29 октября 1933 г.
18 августа 1922 года турецкая армия под командованием Мустафы Кемаля перешла в наступление и 30 августа разбила греков в сражении при Думлупынаре. Развивая успех, 5 сентября турки освободили Бурсу, 9-11 – Смирну. Эвакуироваться на британских кораблях удалось примерно третьей части греческой армии. В плен были взяты около 40 тысяч греческих солдат и офицеров, трофеями стали 284 артиллерийских орудия, 2 тысячи пулеметов и 15 самолетов.
14 октября 1922 года эта война завершилась полной победой Турецкой республики. Во многом эта победа была одержана благодаря финансовой и материальной помощи нашей страны. Всего в качестве помощи Турции было выделено 6,5 миллионов рублей золотом, 33 275 винтовок, 57,986 миллионов патронов, 327 пулеметов, 54 орудия, 129 479 снарядов, 1,5 тысячи сабель, переданы два корабля Черноморского флота – «Живой» и «Жуткий». Также вернули канонерские лодки, экипажи которых увели их в Севастополь, чтобы не сдавать англичанам.
Турки оказались благодарными людьми и очень старались оказать содействие красным войскам на территории Кавказа и Закавказья. Командующий Восточной армией генерал Карабекир-паша писал Халил-паше и Нури-паше:
Для появления большевиков у границ Турции необходим немедленный захват большевиками всего Кавказа, даже их малые силы, придя в Азербайджан и вместе с азербайджанцами дойдя до границ Турции, сыграют на пользу турецких интересов. Очень было бы кстати обеспечить приход к власти большевиков в Азербайджане, Дагестане и Грузии.
Турецкие агенты в Азербайджане не позволили мусаватистам взорвать нефтяные вышки (экономический ущерб был бы просто громадным) и организовали практически бескровное вступление частей 11-й армии в Баку. Орджоникидзе писал Ленину:
Весьма активную роль в пользу революции в Баку сыграли турецкие аскеры и офицеры, отряд которых пресек правительству возможность бежать из Баку.
Благодарность к СССР турки сохраняли и после смерти Кемаля Ататюрка – в отличие от болгар и румын, независимость которых оплатили своей кровью русские солдаты и офицеры. Преемник Ататюрка – Исмет Иненю, не допустил вступления Турции во II мировую войну на стороне Германии. В 1953 году он (тогда лидер оппозиционной Народно-Республиканской партии), узнав о смерти Сталина, первым пришел в советское посольство, написав в книге соболезнований:
Не стало человека, олицетворявшего эпоху, которого я лично знал и, не всегда соглашаясь с ним, высоко чтил! С именем Сталина эта эпоха одинаково была связана с вашей и нашей историей. В войнах наши страны чаще воевали друг с другом, а в годы революций и сразу после них мы были вместе и помогали друг другу.
В следующей статье мы закончим рассказ о Фрунзе. Поговорим о его деятельности на посту председателя Реввоенсовета и наркома по военным и морским делам. И о неожиданной смерти этого незаурядного человека.
Информация