«Всему конец». Гибель империи Габсбургов. Ч. 2

«Право наций на самоопределение» быстро превратилось из государственно-правового принципа в пропагандистский лозунг и орудие политической борьбы Антанты с противниками.

Либерализация


Помимо поисков путей к миру, важнейшей частью политики австрийского императора Карла была либерализация внутриполитической обстановки внутри страны. С этой целью император 30 мая 1917 года вновь созвал не собиравшийся более трех лет рейхсрат – парламент западной части империи. Перед этим в Вене шла жаркая дискуссия о политической реформе Цислейтании (земли австрийской короны). Но в итоге Карл не пошёл на эту реформу, так как считал, что упрочение положения австро-немцев не упрочит положение империи, а наоборот.

Отказ от политической реформы Цислейтании, возобновление деятельности рейхсрата показали курс на либерализацию, в которой император будет опираться на все народы империи, а не только на немцев и венгров. Шагом в этом направлении стала и отставка в мае 1917 года премьер-министра Тисы, который олицетворял венгерский консерватизм и верность союзу с Германией. Но реформы в воюющей стране, в условиях постоянно возрастающей угрозы на фронте, крайне опасны. Понятно, что отмена наиболее жестких и репрессивных мер была необходима для уменьшения внутреннего напряжения. Однако созыв рейхсрата, с предоставлением парламентской трибуны лидерам национальных движений, показал слабость правительства. Многие решили, что пришло время вырвать уступки у власти.

Стоит отметить, что почти конца 1917 года демонстранты на митингах и собраниях выражали только социальный протест, а не национальный. Население выражало недовольство бесконечной войной и экономическим кризисом, на т. н. «голодных маршах» главным был лозунг: «Дайте нам картошки, или будет революция!» Мощная разрушительная сила национализма показала себя только в последний год существования империи Габсбургов. Видимо, есть в этом и вина самого императора Карла, который руководствуясь наилучшими побуждениями, сам «раскачал лодку» дунайской монархии, которая и так имела давние исторические и национальные противоречия до поры до времени сдерживаемые сакральностью императорской власти, армией и мощным бюрократическим аппаратом. Со смертью старого императора Франца Иосифа был подорван первый фактор устойчивости империи, так как Карл не обладал авторитетом «шёнбруннского старца» (Шёнбрунн - основная летняя резиденция австрийских императоров династии Габсбургов). Армия же была сильно обескровлена и деморализована в ходе войны.

Поспешная либерализация внутренней политики Карлом в условиях войны и роста социальной и национальной напряженности очевидно была ошибочной. Нельзя было начинать «перестройку» в столь неблагоприятных внешних и внутренних условиях. Для коренного реформирования нужен был мир, что бы император мог опереться на штыки армии в случае внутренних волнений. В результате рейхсрат стал для Карла тем же, что Генеральные штаты для французского монарха Людовика XVI. Созванный для того, чтобы обсудить с представителями народов перспективы дальнейшего сосуществования в рамках империи Габсбургов, парламент быстро стал антигосударственной говорильней. По мере того как продолжались заседания рейхсрата, позиция чешских и югославянских депутатов (последние создали единую фракцию, которую возглавил словенский политик Антон Корошец) становилась всё более радикальной. Так, Чешский союз выступил с заявлением, в котором говорилось: «Представители чешского народа действуют, исходя из глубокого убеждения в том, что нынешнее дуалистическое государственное устройство создало… народы правящие и угнетенные и что одно лишь преобразование габсбургско-лотарингской державы в федерацию свободных и равноправных государств устранит неравенство народов и обеспечит всестороннее развитие каждого из них в интересах всей страны и династии… Мы будем добиваться объединения… чехо-славянского народа в рамках демократического чешского государства – включая словацкую ветвь нашей нации».

Это вызвало резкую реакцию Будапешта, так как присоединение словацких земель к чешским означало бы нарушение территориальной целостности Венгерского королевства. При этом чешские националисты смешивали современный принцип самоопределения наций с историческим правом. То есть чешские политик хотели создать чешское государство в рамках земель средневекового Чешского королевства, значительную часть населения которого составляли немцы и силезские поляки, а также присоединить Словакию – оторвав её от Венгрии. Сами словаки в это время ещё не определились как быть – в союзе с чехами или автономией в составе Венгерского королевства. Чехословацкая ориентация взяла вверх только в мае 1918 года.

«Всему конец». Гибель империи Габсбургов. Ч. 2

Первая страница Корфской декларации

Развал империи

20 июля 1917 года на греческом острове Корфу представители Югославянского комитета и сербского правительства подписали декларацию о создании по окончанию войны единого государства «Королевство сербов, хорватов и словенцев» под эгидой сербской династии Карагеоргиевичей. 11 августа к соглашению присоединился Черногорский комитет национального объединения. Корфская декларация провозглашала равенство трех народов будущего королевства и трех религий – православия, католичества и ислама. При этом не затрагивался вопрос о правах национальных меньшинств – македонцев, албанцев, венгров и т. д. Кроме того, Югославянский комитет в этот момент не мог говорить от имени всею австро-венгерских сербов, хорватов и словенцев. Многие представители южных славян, заседавшие в венском и будапештском парламентах, в этот момент выступали за широкую автономию в рамках дунайской монархии.

Однако к концу 1917 года сепаратистские устремления большей части политической элиты славянских народов определились окончательно. Либерализация Карла, неудача с попыткой заключить достойный мир с Антантой, продолжение ухудшения жизни большей части населения империи и весть об Октябрьской революции в России, сразу после которой появился «Декрет о мире», призывавший к «миру без аннексий и контрибуций» и реализации принципа самоопределения наций подкосили дунайскую монархию. 30 ноября 1917 года Чешский союз, Югославянский клуб депутатов и Украинское парламентское объединение выступили с совместным заявлением, в котором потребовали, что на мирных переговорах с Россией в Бресте были представлены делегации отдельных народов Австро-Венгрии, так как это должен быть «мир для народов и между народами». После того как министр иностранных дел Чернин отверг эти требования, 6 января 1918 года в Праге собрался съезд чешских депутатов рейхсрата и членов земельных собраний. Присутствующие приняли декларацию, в которой уже без оговорок потребовали предоставления народам монархии права на самоопределение. В частности, чехи требовали провозглашения самостоятельного чехословацкого государства. Таким образом, в 1918 году чешская политическая элита стала авангардом сепаратистских (национально-освободительных) движений в Австро-Венгрии. Премьер-министр Цислейтании Зайдлер объявил эту декларацию «актом государственной измены».

Однако ничего, кроме слов, противопоставить национализму власти уже не могли. Начался распад. Дальнейшие уступки правительства только ухудшали положение. В апреле 1918 года в Риме прошёл «съезд угнетенных народов». В Рим приехали представители польских, чешских, словацких, югославянских, румынских и др. националистических групп. В большинстве своем это были немногочисленные, маргинальные группы, не имеющие влияния на свои народы, но они не стеснялись говорить от лица своих народов. На самом деле народы никто не спрашивал. В Париже, Риме, Лондоне и Вашингтоне просто использовали принцип самоопределения наций в своих стратегических интересах – в первую очередь для расчленения старых аристократически-монархических империй, чтобы создать небольшие «независимые» и «демократические» государства, который будут в полной зависимости (особенно через финансово-экономический приоритет) от ведущих западных «демократий».

Известно, что многие сербские, хорватские и словенские депутаты рейхсрата выступали против присоединения своих земель к Сербии. Нет и доказательство того, что большая часть населения Чехии и Моравии была за полное отделение от дунайской монархии. О подлинной демократии и свободе воли народов здесь речи не было. Это была часть Большой игры. Хозяева Запада приговорили Германию, Австро-Венгрию, Османскую и Российскую империи. Их расчленяли, территории подвергали грабежу, рынки захватывали, новые «независимые» государства, создаваемые на развалинах империй, ставили под свой контроль (через политическую элиту, через финансово-экономическую, технологическую зависимость). Для этого использовали самые различные силы, включая национал-сепаратистов, которые чаще всего не имели серьёзного влияния на свои народы. Но западники поддержали националистов своими ресурсами – политико-дипломатическими, информационными, материальными, и они оказались ведущей политической силой в разваливающейся Австро-Венгрии. «Право наций на самоопределение» быстро превратилось из государственно-правового принципа в пропагандистский лозунг и орудие политической борьбы Антанты с противниками.

3 июня 1918 года Антанта провозгласила, что считает одним из условий справедливого мира создание независимой Польши, объединяющей этнические польские области – территории бывшей Российской империи, Германии и Австро-Венгрии (Галиция). В Париже уже действовал Польский национальный совет во главе с Романом Дмовским, который после Октябрьской революции в России сменил прорусскую ориентацию на прозападную. Деятельность сторонников независимости активно спонсировала польская община США. Во Франции была сформирована польская добровольческая армия под командованием генерала Юзефа Галлера (Халлер). Галлер служил в польском легионе — части австрийской армии, сформированной из поляков, после заключения Брестского мира в обстановке хаоса, царившей в Малороссии, где располагались польские части, порвал с австро-германцами и в июне 1918 года бежал в Москву, откуда через Мурманск - во Францию. Большинство солдат новой армии были либо поляками, состоявшими на службе во французской армии, либо бывшими польскими военнопленными из Германии, либо ранее служившими в австро-венгерской имперской армии. Много поляков было из США. Остальные собирались со всего мира, в том числе ранее служившие в российском экспедиционном корпусе во Франции. К концу войны силы под командованием Галлера, называвшиеся «Армией Галлера» или «голубой армией» по цвету формы, достигли шести дивизий.



Польский политик Роман Дмовский

Юзеф Галлер с польской армией во Франции

30 июля 1918 года правительство Антанты признало право чехословаков на самоопределение. Чехословацкий национальный совет был объявлен «высшим органом, представляющим интересы народа и являющимся основой будущего чехословацкого правительства». 9 августа Чехословацкий совет был признан в этом качестве Великобританией, а 3 сентября – США. Таким образом, право на государственность было признано за народом, существовавшим в планах Масарика и его помощников. При этом чехов и словаков объединял только язык, славянское происхождение. На протяжении многих веков два народа имели разную историю, находились на разном уровне политического, культурного и экономического развития. Однако искусственность подобных политических и национальных конструкций нисколько не беспокоила Антанту, важно было использовать националистов, включая чешских, для развала империи Габсбургов, получая от этого самый различный гешефт.

В августе 1918 года началось т. н. «Стодневное наступление» союзников на Западном фронте. Вскоре германский фронт затрещал и потрепанные и деморализованные немецкие дивизии стали отдавать территорию, за которую пролили море крови, противнику. Германы отступили на «линию Гинденбурга». 26 сентября началось масштабное наступление войск Антанты на позиции немцев с целью широкого прорыва «линии Гинденбурга». К концу сентября союзники прорвали «линию Гинденбурга». Начальник германского Генштаба фон Людендорф, разбитый и опустошенный, доложил главнокомандующему Гинденбургу, что видит иного выхода, кроме начала переговоров о перемирии.

29 сентября Болгария первой из блока Центральных держав капитулировала перед странами Антанты. Соглашение о перемирии с 30 сентября стало следствием разложения и стремительного разгрома болгарской армии на Салоникском фронте, мятежей болгарских солдат, больше не желающих воевать. Войска Антанты, практически не встречая сопротивления, стали быстро продвигаться через Македонию и Сербию на север – к границам Австро-Венгрии, у которой уже не было боеспособных сил, чтобы создать новый фронт на Балканах. Узнав об этом, министр иностранных дел граф Буриан (заменил Чернина), лаконично отметил: «Всему конец».

В первую неделю октября итальянским войскам, ранее прикрывавшим левое крыло Салоникского фронта, удалось занять почти всю территорию Албании, освободить часть Черногории и Косово. Австрийские гарнизоны спешно отходили с гор к морю, где они планировали капитулировать перед итальянцами. Австро-венгерская армия вошла в стадию полного разложения, солдаты бежали десятками тысяч, некоторые создавали «зеленые» бандформирования в горах. 12 октября сербские войска, преследующие отступающих австрийцев, вступили в город Ниш. Освобождение Ниша имело важный не только военно-стратегический, но и психологический эффект: это был второй по величине город Сербии. 19 октября французы, прикрывавшие правый фланг наступления сербов из Ниша на Белград, заняли стратегически важный город Видин (на северо-западе Болгарии). Видин располагался на границе как с Австро-Венгрией, так и с Румынией.

3 октября новое германское правительство Максимилиана Баденского приняло условия мира, изложенные в январе 1918 года в «14 пунктах Вильсона» и в дальнейших заявлениях американского президента, как основу для переговоров. 4 октября по согласованию с императором Буриан направил западным державам ноту, в которой сообщалось, что Австро-Венгрия готова к мирным переговорам на основе «14 пунктов», включая пункт о самоопределении наций. На следующий день в Загребе было сформировано Народное вече Хорватии, провозгласившее себя представительным органом всех югославянских земель монархии.

6 октября в оккупированной немцами Варшаве марионеточный Регентский совет Польши вновь объявил о создании независимого польского государства, но уже в форме не зависимого от немцев королевства, а по-настоящему суверенной республики. Началось формирование Временного народного правительства. 9 октября новое правительство Польши заявило о планах восстановить страну в границах Речи Посполитой XVII-XVIII веков (включавшей в себя помимо собственно польских земель нынешнюю Литву, южную часть Латвии, Белую Русь, большую часть западных и центральных районов Малой России и даже часть территорий Великой России со Смоленском). Немедленно последовала реакция украинских националистов, проживавших в Австро-Венгрии. 10 октября украинские националисты образовали Украинский национальный совет во Львове с целью перехвата власти в случае ожидавшегося распада дунайской монархии.

8 октября в Вашингтоне по инициативе Масарика была обнародована Декларация независимости чехословацкого народа. В ней, в частности, говорилось, что «ни федерализация, ни автономия ничего не значат, если сохранится габсбургская династия… Наш народ не может самостоятельно развиваться в габсбургской лже-федерации…». Американское правительство признало, что чехословаки и Германия и Австро-Венгрия находятся между собой в состоянии войны и Чехословацкий национальный совет является де-факто правительством, ведущим войну. Теперь США считали автономию чехословаков не достаточным условием заключения мира. Таким образом, США подписали смертный приговор Австро-Венгерской империи.

Гибель

Развал Австро-Венгрии вошёл в финальную стадию. Император Карл ещё пытался спасти империю. 10 – 12 октября он принял делегации венгров, чехов, австро-немцев и южных славян. Венгерская элита, включая бывшего премьера Тиса, снова заняла консервативную позицию и слышать не хотела о федерализации монархии, что казалось Карлу последним шансом спасти империю. И венгры снова настояли на своём. Карл пообещал, что готовящийся им манифест о федерализации не коснется Венгерского королевства. В свою очередь, чехам и южным славянам идея федеративного государства уже не казалась привлекательной, ведь Антанта обещала больше – полную независимость. Карл уже не приказывал, а упрашивал, просил и даже умолял, но было поздно. Народы отказывались подчиняться своему монарху. 12 октября в Праге начались забастовки и демонстрации с требованиями независимости и для чехов со словаками. 14 октября они перекинулись на другие города Чехии.

16 октября император Австро-Венгрии Карл I, издал манифест «К моим верным австрийским народам» («Манифест о народах»), в котором фактически соглашался с замыслом убитого в июне 1914 года в Сараево эрцгерцога Фердинанда о преобразовании Австро-Венгрии в федерацию народов с широкими правами и полномочиями территорий. Он призвал своих подданных разных национальностей создавать национальные советы, которые могли бы выражать волю каждого народа. Это была последняя попытка спасти единство империи в условиях наметившегося развала страны, но создание таких советов лишь ускорило развал. Сам император узаконил национальные советы и тем самым дал возможность многим чиновникам и офицерам монархии со спокойной совестью начать служить своим народам.

Время для такой реформы было упущено. Создание федерации могло спасти империю, но до начала войны 1914 года. Национал-радикалы не нуждались в разрешении последнего монарха Габсбурга. Те же, кто придерживался умеренных взглядов, и не был уверен в жизнеспособности новых искусственных государств, в большинстве своем покорно шли за националистами. За ними была сила. Войска Антанты победоносно наступали и несли на своих штыках «независимость». Хотя в реальности одна зависимость – от династии Габсбургов, старой австрийско-венгерской элиты, сменялась зависимостью от ведущих западных держав, так как будущие «демократические» государства не могли существовать без опоры на внешнюю силу.

17 октября на заседании рейхсрата чешские депутаты отвергли план Карла по созданию федерации и потребовали предоставления полной независимости народам Чехии и Словакии. 19 октября во Львове собралась Украинская национальная Рада во главе с национал-демократом Константином Левицким. Она претендовала на выражение воли народа западной, австрийской» части Украины и обнародовала заявление о подготовке к провозглашению независимого западноукраинского государства. Венгры были испуганы происходящим, опасаясь, что и от них, как от австрийцев, отколются территории зависимых народов. 17 октября венгерский парламент провозгласил разрыв личной унии Венгрии и Австрии, хотя дальше этого депутаты пока не пошли и о полноценной независимости Венгрии от Австрии речи пока ещё не шло. 21 октября немецкие депутаты рейхсрата объявили себя Временным Национальным собранием Немецкой Австрии. Де юре означало уже начало конца Австро-Венгрии, хотя империя ещё существовала де -факто.

Многие австро-немецкие политики рассчитывали, что населенные немцами области распадающейся Австро-Венгрии смогут присоединиться к Германии, что было давней мечтой пангерманистов. Однако это противоречило интересам Антанты, которые не желали усиления Германии, а наоборот, её ослабления. Поэтому под давлением Запада Австрийская республика, о создании которой объявили 12 ноября, была сохранена как отдельное немецкое государство.


Улицы Будапешта 31 октября 1918 года

Продолжение следует…
Автор:
Самсонов Александр
Статьи из этой серии:
Кампания 1918 года

Стратегия мирового господства США
Турецкое вторжение в Закавказье
Румынское вторжение в Бессарабию
Как румынские палачи истребляли русских солдат
Германский "удар кулаком" с целью оккупации западной части России
Как германцы оккупировали западную часть России
100 лет "похабному" Брестскому миру
100 лет Ледовому походу Балтийского флота
Весеннее наступление германской армии
«Мы пробьём брешь, остальное будет само собой»
Пиррова победа германской армии
Битва на Лисе
Германские дивизии в 56 километрах от Парижа
Как итальянские "кайманы Пьяве" разбили австрийцев
Как германская армия проиграла "сражение за мир"
Как русские снова помогли Франции выиграть сражение на Марне
Начало Стодневного наступления
Как американцы одержали первую крупную победу в мировой войне
Битва при Добро Поле
Турецкий армагеддон
Как пробили "линию Гинденбурга"
Битва при Витторио-Венето
Как национальный вопрос разрушил Австро-Венгрию
"Мы были обречены на гибель и должны были умереть"
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

10 комментариев
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти